Нефрит
Шрифт:
— …как я смогу отпустить тебя?…
Слыша, как его дыхание изменилось и сильные пальцы сомкнулись на спине, я не чувствовала облегчения, боясь пошевелиться и понять, что минуты нашей близости пройдут слишком быстро и наступит страшный момент, когда ему нужно будет уходить.
— Старшие сыновья королей всегда становились приемниками отцов и наследовали трон и силу рода. Младшие же должны были оберегать трон и своего брата, как главную ценность. Когда они достигали наивысшей силы, на их грудь наносили раны, которые не заживали
— …как у Свирепого? — прошептала я едва слышно, вспоминая его шрамы, которые рассекали грудь ровной двойной галочкой от плеч к центру груди.
— Да…у меня не было братьев, а Север остался совсем один. У него есть только я.
Со знаком защитника или без него, я не оставлю брата одного, Кудряшка, пожалуйста, пойми меня…
Я честное слово пыталась!
Прилипнув к своему мужу всем телом, я молилась о том, чтобы врасти в него!
Стать маленькой родинкой на его идеальном большом теле, чтобы всегда быть рядом, жить им, дышать им, делить с ним боль и кровь, и. если придется, умереть в единый миг, засыпая навеки под стук его сердцебиения.
Но, наблюдая украдкой за Севером и Мией, я понимала, что не смогу сказать Нефриту — будь со мной и забудь обо всем. То, что происходило сейчас, было выше понимания простого человека, но я была женой Берсерка и обязана была смотреть на многие вещи иначе.
— Поспи, ты устала, — Нефрит легко коснулся губами моего лба, поглаживая по спине мягко и убаюкивающее, согревая своим теплом и обволакивая ароматом, лишь улыбнувшись, когда я упрямо покачала головой, боясь упустить драгоценные секунды нашего покоя, даже если веки были тяжелыми и голова гудела от этого сумасшедшего дня, насыщенного массой событий.
Притихнув, я лежала на его груди, продолжая отчаянно обнимать и пытаясь придумать, что же я скажу с рассветом, чтобы передать, что моя душа и сердце с ним, и при этом не разрыдаться, прислушиваясь к тихим разговорам вокруг и умиротворяющему треску костра.
Конечно же, никто не спал.
Но все равно напряженно вытянулись, оттого что спустя несколько часов, когда темная и тяжелая ночь вступила в свои права, Карат вернулся как обычно подчеркнуто спокойный и без единой эмоции на своем прекрасном лице, проговорив:
— Север, иди в дозор. Возьми с собой Нефрита. И будьте начеку.
Сердце замерло и провались куда-то в область пупка, зарыдав там глухо и отчаянно.
Неужели что-то случилось?!
Видя, как еще сильнее побледнела крошка Мия, но все равно осторожно встала, выпрямляясь рядом со своим могучим синеглазым мужем, я старалась храбриться и не выдавать вида, что готова выть и рыдать навзрыд лишь бы только они никуда не уходили!
Я была готова умолять их бросить это дело и просто вернуться домой прямо сейчас, но стоически молчала, кусая губы, когда Нефрит поднялся вслед за братом, чуть приобнимая меня, явно чувствуя, что я готова
Очевидно, что и Север и Нефрит принюхивались, глядя словно куда-то вглубь себя, явно пытаясь уловить опасность, когда Север чуть нахмурился, окинув Карата подозрительным, но не злобным взглядом:
— Почему именно мы и именно сейчас? Газве не ты говорил, что на нас не будут нападать и придут в назначенное время к ритуальной скале?
— Не стоит полагаться на догадки, дети — просто пожал плечами наш невероятно сексуальный и такой же невероятно хитрый папа, — Лучше всегда быть готовым к любым выпадам противника.
Север и Нефрит сосредоточенно переглянулись. и в этот раз протянул уже Нефрит, окинув своего отца прищуренным взглядом:
— И почему именно мы?
— Потому что, не считая меня, вы здесь единственные из рода Кадьяков, и почувствуете свою кровь быстрее и острее, чем кто бы то не было.
Кажется, это было логично.
И как бы не пытались все уличить Карата в хитрости, принюхиваясь и приглядываясь. а Север и Нефрит ушли, быстро поцеповав нас с Мией и пообещав вернуться раньше рассвета, чтобы еще немного побыть рядом.
Но меня не отпускала эта ситуация, особенно когда Ледяной сел рядом с Каратом у костра, пихнув его своим могучим плечом и заглядывая в глаза тяжело, но отчасти даже лукаво:
— …ничего не хочешь мне сказать?
— Нет.
Позже, обнимая молчаливую и поникшую Мию, с личика которой буквально пропали все краски, оставив лишь тревожный блеск голубых глаз, и сидя на коленях полусонного Янтаря. я видела, как Карат что-то говорил Сумраку так тихо, что не услышал даже Ледяной, кивая в темный устрашающий лес, на что мужчина коротко кивнул и скрылся в темноте, не говоря никому ни слова.
Я бы хотела поделиться своими мыслями с девочками, чтобы услышать от них, что мне все лишь кажется, что назревает что-то еще. И что это что-то не дело рук нашего второго папы, когда неожиданно в ночной тишине раздался не то вой, не то рев.
Звук настолько низкий и обволакивающий, что было жуткое ощущение, что он идет откуда-то из-под земли, словно пробудилось какое-то древнее чудовище, вроде Праотца Берсерков. сила которого была буквально безграничной!
Звук, от которого все волоски на теле встали дыбом, и зубы клацнули, оттого, что просто свело челюсти!
Ей-богу, я бы поверила даже в существование драконов, если бы все Берсерки нашей семьи не подскочили со своих мест в одну секунду, и их зрачки не ахнули практически в унисон, словно это был какой-то сигнал.
— Какого черта?! — зарычал Янтарь, сгребая нас с девочками в охапку и загораживая собой, даже если тут же подскочили Малахит, Звезда и Вульф — три наших главных защитника, глядя при этом на вход в пещеру, словно сейчас должен был войти как минимум снежный человек или Лохнесское чудовище, а может даже их гибрид!