Немезида

Бэнкс Анна

— Свадьба должна стать пышной, Ваше Величество, — говорит Рашиди. — И у меня возникла идея послать королю Анкору запас спектория и ядовитой пыли и показать, как создавать краторий. Ведь, когда мы объединимся, королевство Хемут тоже подвергнется риску нападения.

Вооружить еще и жителей Хемута против Серубеля? Моему терпению сегодня вечером наступил предел. Повернувшись к Тарику, я прижимаюсь спиной к стене, всем видом отвергая его близость. Его глаза содержат печаль, которую я чувствую глубоко в груди.

Но это не имеет значения. Больше нет.

— Я рабыня, Ваше Величество?

— Конечно же, нет, — шепчет он.

— Тогда я могу уйти, если захочу?

— Сепора…

— Вы же не думаете, что я буду стоять и смотреть, как вы ставите мой народ на колени. Я также не стояла и не смотрела, как мое королевство атакует ваше, не предупредив вас.

Конечно, все происходило не совсем так, но всё сводится именно к этому. И ведь он не ожидает от меня, что я буду стоять и смотреть, как он жениться на принцессе Тюль. Но это не предназначено для ушей Рашиди. Даже сейчас, когда между нами все раскрыто, это все еще касается только нас двоих.

Он проводит рукой по волосам.

— Вы говорите так, словно это я начал войну. Вспомните, что это ваш король…

— Это не имеет никакого значения. Я не останусь здесь и не буду смотреть, как вы умираете. Ни серубелиянцы, ни теорианцы. Я приехала сюда, чтобы предотвратить войну. Я потерпела неудачу. Нет больше смысла оставаться здесь.

— Смысла?

Он поднимает руку, чтобы провести костяшками пальцев вдоль моей щеки. Нужна вся моя сила воли, чтобы не вздрогнуть от его прикосновения. Рашиди застывает в углу. Король не прикасается к своей служанке таким образом. Теперь Тарик нарушит этикет?

— Ваша задача состоит в том, чтобы я не сошёл с ума, не потерял равновесие, — он улыбается. — Чтобы я не стал высокомерным.

Я отворачиваюсь и прохожу мимо дверей, ведущих на балкон, к другой стене.

— Это только слова! Я не Лингот, Ваше Величество. Слова для меня ничего не значат. А вот действия — все.

— Сепора, не делайте этого.

— А что насчет короля Хемута? Вы отправите ему запас кратория? Рашиди обеспечил вам невесту и могущественного союзника для войны. Как вы, должно быть, рады.

— Нам необходимы союзники, Сепора. Мои враги теперь и враги Хемута.

Чем громче я говорю, тем мягче его тон. Я не позволю ему успокоить себя. Не в том случае, когда на карту поставлено так много.

— Почему? Почему вы должны сотрудничать с ним, когда в вашем распоряжении столько всего? У вас есть нефарит для защиты. У вас есть краторий, чтобы дать отпор. В чем смысл союза с Хемутом? Это не их война.

— Это не их война, но она станет ей, — вмешивается Рашиди. — Он должен жениться на Тюль. Королю Соколу нужны наследники. Он должен сохранить свою родословную.

И вот тогда у меня, действительно, останавливается

дыхание. Мне так хочется броситься на Рашиди за его бессердечие. Наследники. Тарик должен будет взять принцессу Тюль в свою постель. А что остается мне? Что, к черту, остается делать мне? Я остаюсь влюбленной дурой. Служанкой, оказавшейся настолько глупой, чтобы влюбиться в короля.

— Значит, вы женитесь на принцессе Тюль?

Он медленно кивает, не отрывая от меня глаз. Мальчик-король выглядит измученным. Интересно, выражение моего лица такое же, как у него?

— Мне нужна армия Хемута так же сильно, как спекторий.

— Как ты мог одаривать меня своей любовью и вниманием, зная, что женишься на другой?

Все эти поцелуи, ласки, тайные улыбки между нами. Все это время, когда я думала о нем, желала быть рядом, жаждала его прикосновений.

Он делает шаг вперед, и я поднимаю руку, чтобы остановить его.

— Я думал, что ты знаешь, Сепора. Брак — это всего лишь способ объединить королевства. Он ничего не значит. Она ничего не значит.

— А что насчет наследника, которого ты должен произвести на свет? — ему не нужно отвечать, мы оба знаем ответ. Я качаю головой. — И ты считаешь, что я буду стоять и ждать, что ты вернешься ко мне, после того, как проведешь ночь с ней?

У Рашиди достаточно здравого смысла, раз он держит рот на замке. Если он раньше только подозревал, что между королем и мной что-то не так, то теперь сомнений больше нет. Но меня больше не волнует, как это выглядит с его стороны. Мне всё равно, потому что меня предали самым худшим способом, и я хочу получить ответы.

— Я не думал об этом так. Это вопрос долга…

— Долга? А если бы у меня был такой долг? Ты бы смог ждать меня, пока я буду лежать в постели с другим мужчиной?

Лицо Тарика каменеет, и я понимаю, что попала в цель.

— У тебя нет прав делить постель с другим мужчиной.

— Я не твоя наложница, Тарик. И не собираюсь делить тебя ни с кем, король ты или нет.

Его лицо смягчается.

— Такова суть вещей. Только так мы сможем быть вместе. Я думал, что между нами было понимание.

Мой смех резок, полон горечи и лишен юмора.

— Я тоже так думала. Но, увы, нам не суждено быть вместе, Ваше Величество. Я уйду, как только рассветет.

Тарик проводит рукой по волосам. Его лицо говорит мне, что он не удивлен.

— Куда ты пойдёшь?

— Это не твоя забота.

Кроме того, я не уверена, куда пойду. Не в Хемут, ни за что на свете. Я не могу вернуться в Серубель. Я никогда не выживу в Вачуке с их примитивным и жестким образом жизни. Возможно, я поеду в Пелусию. Они обходятся без спектория, так что от меня не будет никакой политической пользы, и для ненасытной руки надвигающейся войны я была бы недосягаема.