Немоногамия

Джокер Ольга

— Окей, поговорим, когда я буду трезвый? – спрашивает Тарас, почесывая затылок.

Мужчины прощаются, жмут друг другу руки. И мы наконец-то выходим на улицу.

Цокая каблуками и неспеша прогуливаясь по тротуару в направлении парковки, я неожиданно содрогаюсь от резкого порывистого ветра. Разгорячённое после клуба тело никак не принимает освежающую прохладу.

— Замёрзла? – спрашивает Ян, остановившись.

Я быстро киваю. На мне рубашка и юбка. Когда утром я смотрела прогноз погоды, то ожидала, что будет теплее, чем сейчас.

Каминский

снимает с себя пиджак, накидывает мне на плечи. Затем обхватывает мой затылок, наклоняется и целует в губы. Страстно, напористо. Лаская горячими и твёрдыми губами, лишая кислорода и почвы под ногами. И чтобы не пошатнуться и не упасть, я обвиваю руками его шею и стремлюсь навстречу. Глажу затылок, перебираю жесткие волнистые волосы. Отвечаю с таким же сильным рвением и отдачей несмотря на то, что мы находимся на переполненной парковке.

Когда Ян отрывается от меня, то его ладони продолжают блуждать по моим лопаткам и спине, направляясь к ягодицам.

— Зачем ты всё же приехал? – спрашиваю мужа, облизав губы.

Он пожимает плечами, берёт меня за руку и продолжает дорогу.

Повисший в воздухе вопрос дает крошечную и ложную надежду на то, что Каминский банально соскучился. Правда, мой внутренний голос насмешливо шепчет, что я наивная дура и всячески отговаривает смотреть на поступки сквозь призму алкогольного опьянения.

Сев в кожаный салон автомобиля, я пристёгиваю ремень безопасности и устало откидываюсь на спинку сидения.

Ян заводит двигатель, включает музыку. Спустя минуту мы трогаем с места. Настроение приподнятое и весёлое, но ровно до того момента, когда я краем глаза замечаю на приборной панели небрежно валяющуюся резинку для волос. Вдавив ногти в ладони до отчётливых полумесяцев, яро борюсь с собой, но позже позорно проигрываю:

— Ты ездил в командировку со своей помощницей? — спрашиваю сипло.

— Да, с Тиной, — спокойно отвечает Ян.

— Я так и думала. Вы спите?

Идут мучительные секунды за которые сердце в грудной клетке успевает несколько раз перевернуться кувырком. Почти полгода между нами с мужем была редкая и мучительная близость. Чувства, которые нас переполняли, были мало похожи на похоть и страсть. В этот же сложный период появилась и Тина. Наверняка симпатичная, совершенно точно умная и старательная — мой муж других не держит.

— Нет, не спим, — сухо отвечает Каминский.

— Ясно.

— Не веришь?

Ян бросает на меня короткий взгляд, но затем снова возвращается к дороге. Сжимая челюсти и вдавливая ногу в педаль газа.

— Мне всё равно – я просто спросила.

Услышав шумный раздражённый вздох, отворачиваюсь к боковому окну и смотрю на ночной мерцающий огнями город.

— Майя, я далеко не образец для подражания и совершил много уебанских поступков, но сейчас, когда у нас вроде как налаживаются отношения, меньше всего на свете меня тревожат личные помощницы.

— Молодые и красивые.

— Пусть так. Тина отлично справляется

со своей работой. И только.

— Наши отношения не налаживаются, Ян. Они плавно подходят к концу, — тут же мотаю головой. — Странно, что тебе показалось, будто да.

Каминский останавливается на светофоре и отчётливо барабанит пальцами по рулю. И мне бы замолчать, но я для чего-то продолжаю говорить:

— Секс — это всего лишь секс. Физиология. Между нами столько непониманий и обид, что забыть их будет просто нереально.

Ян согласно кивает.

— Я каждый день пытаюсь, Майя.

Глава 23.

***

В пирамиде человеческих потребностей наравне с едой и сном в основу заложена безопасность. И когда теряется это ощущение, то мы очень быстро на этом разрушаемся.

Человеку просто необходимо, каждый раз открывая утром глаза, не думать о том, что новый день принесёт беду или угрозу. Увы, не всегда получается. Но, к счастью, переживая очередной удар судьбы, наша психика рано или поздно перерабатывает ситуацию, адаптируется, подстраивается и помогает жить дальше.

Сейчас для меня безопасность – это синоним стабильности. Когда я хожу на работу, занимаюсь домом или встречаюсь с подругами – над моей головой будто бы образуется невидимый защитный купол, который не даёт возможности круглосуточно думать о том, что будет впереди и сколько ещё сложностей для меня уготовано. Он просто не допускает ненужные мысли и позволяет наслаждаться моментом.

— Я встрял в пробке, — произносит Ян в телефонную трубку. – Похоже, на центральной улице случилась серьезная авария – дорогу перекрыли и никого не пропускают.

— Да, я читала об этом в новостях. Там и правда авария — кровь, кишки и трупы.

— С минуты на минуту подъедет Володя, — прерывает меня Каминский. – Угости его кофе и поясни ситуацию, пожалуйста. Я постараюсь вернуться как можно скорее.

— Ладно, — отвечаю, стараясь реагировать с полным равнодушием в голосе. – Буду ждать тебя.

Закончив вызов, я чувствую как на моих плечах непроизвольно собираются мурашки несмотря на то, что я была прекрасно осведомлена о приезде Титова. Они с Яном запланировали посмотреть футбольный матч и выпить пива как в старые добрые времена. Вот только я хотела прикрыться работой и сбежать на второй этаж, а не развлекать Вову до приезда мужа.

Шумно вздохнув и смирившись с ситуацией, откладываю в сторону телефон и снова пытаюсь включиться в работу. На следующей неделе в университете состоится важная международная конференция на которую прилетят представители из разных вузов не только страны, но и всего мира. И мне необходимо закончить вступительную презентацию над которой я усердно работаю третий вечер подряд.

Взяв в руки мышку, хочу создать новый слайд. Кликаю, кликаю… Но ничего не происходит.

Я раздражаюсь и повторяю те же действия, но ситуация не меняется.