Неправильно...или?
Шрифт:
Немного остыв от купания и, заметив, что в душ идти вроде бы как уже не имеет смысла, я вернулась в каюту, привела себя в относительный порядок, надела джинсы с футболкой и босоножки и отправилась искать Найлуса.
Спектр ждал меня возле лифта на второй палубе. Еще накануне он предупредил меня, что на встречу с Советом отправимся только мы с ним, Удина и Андерсон. Если кто-то из моей команды и остался недоволен поворотом событий, виду никто не подал.
Для начала Советники поблагодарили меня за помощь в разоблачении Сарена (уже приятно), а потом сообщили мне то, что давно было известно не только мне, но и всему
– В связи с чрезвычайными обстоятельствами мы рассмотрели вашу кандидатуру в качестве будущего Спектра. Вашим первым заданием будет арест или уничтожение Сарена, на ваше усмотрение. Шепард... вы не могли бы рассказать... – все-таки Советники здесь были явно умнее, чем в игре.
– Чем смогу – помогу. В игре все закончилось довольно плохо. На вашем месте я не стала бы особо полагаться на мои знания, так как этот мир – это одно, а игра по этому миру – совсем другое.
– Но, Шепард, пока все шло во многом точно так же, как в этой вашей «стрелялке». И Сарен боится того, что вы знаете правду.
– Я просто говорю, что все может быть совсем не так... Знаю лишь одно – основная база Сарена находится в туманности Хок на планете Вермайр. В игре это было просто строение под открытым небом, но я в этом сильно сомневаюсь – ведь это идиотизм полный!
– Скорее всего. Возможно, какой-то бункер. Искать можно долго, – саларианец говорил, как всегда, быстро и по существу. – Саларианский ГОР поможет вам с Вейрмайром, Шепард.
– Так же у нас есть для вас еще одна зацепка, – вмешалась азари. – Второй голос на пленке принадлежит матриарху Бенезии Т’Сони. У нее есть дочь – Лиара. По иронии судьбы, Лиара занимается изучением протеанской истории и культуры. По нашим последним данным, она находилась где-то на Теруме в...
– Системе Кносс, туманности Македонии. Где конкретно, вы не знаете?
– А вы, Шепард, разве не знаете? – язвительно уточнил турианец.
– Успокойтесь, – мягко одернула его азари, – вы встречали хоть одну «стрелялку», где бы подробно указывались точные координаты места?
– Прошу меня простить, капитан. Нервы...
– Я не понимаю, почему вы нервничаете?
– Капитан, то, что вы здесь – это очень хорошо и очень плохо одновременно... – саларианец осекся.
– Договаривайте, – я почувствовала, что сейчас мне сообщат что-то явно неприятное.
– Мы... когда решили проверить, правдивы ли ваши слова, запросили базу ДНК и списки фамилий. Хотели сравнить. Найти ответ.
– Мда, нас же вроде сейчас одиннадцать миллиардов по всей Галактике?
– Именно. Нашли более пятисот семей с фамилией Шепард. Все, кто был младше пятидесяти лет, были убиты около пяти-шести лет назад.
– То есть... как это... И... почему их было так много?
– У вас, землян, есть странная традиция – многим детям, выросшим в приютах и не знающим своей настоящей фамилии, дается либо фамилия каких-либо героев, либо распространенная фамилия, вроде... Смит, Джонсон...
– Понятно, потом дети вырастают, обзаводятся семьей, и их дети гордо носят фамилии родителей. А почему Альянс не обратил внимания на...
– Никто из многочисленных Шепардов, как ни странно, не состоял в армии Альянса. К тому же, они жили в разных концах галактики. Да и признавали их жертвами несчастного случая...
– Вы хотите сказать, что кто-то, возможно, Сарен, просто перебил людей из-за фамилии? Что кто-то
– А, может быть, ты, капитан, и есть тот самый «подходящий» человек? Все-таки кое-чем странным ты обладаешь.
– Ну... биотика, регенерация и умение хорошо стрелять из штурмовки мне на халяву от Алики достались.
– Я имею в виду вовсе не это. Ты можешь сплотить других вокруг себя, найти правильные слова для убеждения. За тебя, человека, яростно вступился турианец. Найлус, конечно, не ненавидел людей, но и особого дружелюбия к представителям вашей расы не испытывал. А о тебе отзывался с восхищением.
– Э-э-э... Ну, – я почувствовала, что краснею.
– Поставила себе задачу найти улики против Сарена и добилась этого, имея в команде всякий сброд: крогана-наемника, турианского офицера-неудачника, посредственного Спектра, сержанта, потерявшего весь взвод и...
– Заткнитесь! Никогда. Не смейте. Отзываться. В подобном. Тоне. О моей. Команде. Я понятно объясняю? – я смотрела в глаза азари немигающим взглядом.
– Вот это я и имела в виду, – произнесла она, отводя взгляд. – Как вам удалось объединить таких разных, не совсем успешных, признайте, представителей разных народов и получить команду, способную справиться с чем угодно?
– Я не знаю. Просто так получилось.
– А ни у кого из наших генералов не получилось ничего подобного тому, что смогла сделать человеческая обычная студентка, – ухмыльнулся турианец.
– Ладно, проехали. Есть еще одно. Я знаю, что геты могут появиться в одной из колоний на Феросе, а Бенезия на Новерии. Но где и когда – я не знаю... В игре на Феросе – Надежда Чжу, а на Новерии – порт Хань-Шань.
– Ни одного из этих названий нет в каталоге, – Удина, про которого все опять забыли, пролистал что-то на своем унике и с подозрением уставился на меня.
– Плохо. Но я же вас сразу предупредила, что так, как в игре, все вряд ли будет.
– Итак, капитан Шепард, отправляйтесь на Терум.
– До свидания, – я слегка поклонилась и, развернувшись, услышала за спиной голос азари.
– Удачи, Рин.
К доку Нормандии мы с Найлусом шли в мрачном настроении. На полпути Спектр предложил мне зарулить в недавно открывшийся бар «Темная Звезда», чтобы слегка успокоить нервы и поговорить. Говорить нам не дали. Едва мы присели за свободный столик, к нам подкатили пять моих «соотечественников» и начали цепляться к Найлусу, ну и ко мне тоже. Суть разговора была такова – нехер всяким турианцам клеиться к нашим девушкам. Быстро набив морду идиотам, мы двинулись из бара – бухать расхотелось, то есть, от хорошей драки настроение поднялось. Прокатившись на двух лифтах, обсудив решение Совета, мы подошли к стыковочному шлюзу «Нормандии» и увидели... Рекса. С чемоданом.