Неравный брак
Шрифт:
Поставив ту же самую запись Малера, которую он прокручивал недавно во время ужина, Роберто подошел и сел напротив Джейн. Именно напротив, а вовсе не рядом, как ей бы хотелось. Уселся в кресло с бокалом бренди в руке и принялся изучать Джейн долгим, проникновенным взглядом, который одновременно пугал и возбуждал ее. Чувствуя, как взгляд Роберто скользит по ней, Джейн сидела словно зачарованная. Он долго смотрел на ее грудь, затем опустил взгляд ниже. Боже, хоть бы он заговорил; сама же она решительно не знала, что сказать.
— Дорогая, ты сейчас так напряжена. В чем дело?
— Это из-за тебя. Мне не вполне нравится твой взгляд.
—
Но, даже когда она последовала его совету, напряжение не исчезло.
— Нет, что-то не так. — Джейн поднялась и с отчаянием взглянула на Роберто. — Роберто, я… — Она осеклась на полуслове и покраснела, ненавидя себя за этот идиотский румянец. Он вопросительно посмотрел на нее. — Скажи, Роберто… нет ли у тебя, случайно, какой травки? — произнесла она сдавленным голосом и густо зарделась.
— Правильно ли я услышал это слово, контесса: «травки»?!
— Да, — подтвердила она.
— А зачем тебе травка?
— Чтобы немного расслабиться. Она хорошо расслабляет.
— Я понимаю, что расслабляет. Но вот голос у тебя какой-то странный. — Он подошел и сел рядом с Джейн, взял ее за руку. — Да, у меня есть какая-то травка, но мне сперва хотелось бы услышать, зачем вдруг она понадобилась?
— Ну, просто мне иногда нравится…
— Едва ли это единственная причина.
— Травка помогает мне.
— Помогает в чем? — Ответом было ее упорное молчание. Роберто взял ее за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Так в чем же?
— Я не хочу тебе объяснять. Разве нельзя просто дать — и ни о чем не спрашивать?
— Нет, дорогая. Мне вовсе не нравится этот твой отчаянный взгляд. Скажи мне, очень прошу.
— Ну, раз уж на то пошло, с травкой мне проще заниматься любовью.
— Но, дорогая, нам с тобой ничего такого не понадобится. Особенно сегодня.
— Ты не понимаешь! Пока не покурю, я не могу заниматься сексом.
— Дорогая… — протянул он, и в его голосе послышалась озабоченность: он увидел, как на глаза ее навернулись слезы. — Дорогая, не нужно так уж расстраиваться.
— Но все это именно так, — всхлипнула она. — Если чего-нибудь не принять, я не могу, в принципе не могу… И не желаю притворяться.
— Дорогая, тебе незачем притворяться, все равно меня не проведешь. Разве ты не поняла, что я очень чутко улавливаю все твои настроения? Как же, в таком случае, ты сможешь меня провести?
— Но это совсем другое дело. Я просто не хотела бы портить тебе удовольствие. Понимаешь, мне все нравится в начале и в самом конце, но вот в процессе я остаюсь совершенно холодной. — И она виновато улыбнулась.
— Дорогая, я научу тебя настоящему сексу. Со мной тебе не придется пользоваться стимуляторами. — С этими словами он принялся осторожно целовать ее лицо, шею, покусывать мочку уха. Джейн откинулась на спинку дивана. Через тончайший капрон чулок она почувствовала, как его теплые губы от лодыжек двинулись вверх, к коленям. Руки Роберто легли ей на бедра, так что Джейн невольно выгнулась. — Ну же, дорогая. — произнес он, взяв ее на руки, словно ребенка. На руках он и понес женщину вверх по лестнице.
Они оказались в другой комнате, посреди которой стояла огромная, позолоченная, с колонками по углам кровать. Большие свечи приглушенно освещали комнату. Роберто нежно уложил Джейн в постель. Открыв глаза, она увидела, что внутренняя
— Ну, пожалуйста, пожалуйста, дорогой мой… — услышала она свой голос. Роберто лишь нежно прикоснулся к ней. Продолжая нашептывать ласковые слова, он коснулся губами соска Джейн, и она совершенно неожиданно для себя вдруг испытала сильнейший оргазм. Затем расслабленно опустилась на подушки. Роберто привстал и мягко улыбнулся.
— Не смотри так! — потребовала она и спрятала лицо в подушку.
— Какая вы, однако, чувственная англичаночка. Ну как, все еще хотите травки? Для полного, так сказать, удовольствия, а? — Он благодушно рассмеялся.
— Роберто, да не смотри же ты так! Я стесняюсь!
— Неловко?! Чего же это тебе неловко, скажи на милость?
— Ты едва коснулся меня, и вот чем все это закончилось. Как же так?
— Многое в этом мире оказывается возможным, дорогая моя, очень многое. — Он склонился и крепко, страстно поцеловал Джейн в губы. Почувствовав его губы, руки и ощутив прикосновение чресел, она принялась умолять принца не тянуть более. Она прямо-таки стонала от страсти до тех самых пор, пока он наконец не овладел ею.
В эту ночь Джейн суждено было многое узнать об искусстве любви. Раньше она и не подозревала, что вообще можно так любить, что она в состоянии кончать раз за разом, как если бы тело ее превратилось в некий инструмент, полностью находящийся под контролем Роберто: чем больше она кончала, тем сильнее хотела вновь оказаться с Роберто. Вообще в эту ночь она сделалась совершенно ненасытной и прямо-таки упивалась этим мужчиной и его телом. Она узнала множество новых для себя позиций, причем каждая последующая была лучше предыдущей. В любви, оказывается, нет и не может быть места греху, отвращению, есть одно лишь удовольствие. Роберто делал с ней все, что хотел. Впрочем, и сама Джейн не стеснялась. Боже, как же много в ее душе от распутной женщины! Она впервые встретила человека, который с такой готовностью отдавал ей всего себя, все свои силы, свою страсть. Человека, который более всего хотел доставить удовольствие ей и сдерживал свои желания до такой степени, что в конечном итоге оказался совершенно измотанным.