Нёрд

Листад Мина

Мое сердце выпрыгнуло из груди и приземлилось где-то в желудке. Я-то думала, это очень неудачная шутка, но очевидно, нет. Меня начало подташнивать. Это будет совсем не круто, это будет настоящий кошмар.

После урока Эспен ждал меня на лестнице возле главного входа. Высокий худощавый парень со светло- розовыми длинными прядками у лица. Он стоял и слушал музыку, но как только увидел меня, тут же вытащил наушники и принялся

напевать мое имя. Слишком громко. Я не люблю это, но он обожает доводить меня до крайней степени неловкости. Но ему самому такое чувство неведомо. Ну разве не идеальная пара? По его мнению, точно.

– Мари-и-и-и, Мари-и-и-и-и-и!

Сегодня он надел мои розовые джинсы, которые я носила в пятом классе. Он их обрезал, и теперь это шорты. До него еще никому не удавалось прийти в школу в розовых шортах, не став предметом для насмешек.

Эспен снова закричал мне:

– Я целый урок терпел, чтобы поглядеть, что ты там натворила!

Отрицательно покачала головой, украдкой озираясь по сторонам. Лицо Эспена растянулось в довольной ухмылке.

Перед выходом из дома я отправила ему фотку с повязкой. Вот же нашла проблему на свою голову, как будто их и так мало. Лучше улизнуть от греха подальше.

Он разгадал мой замысел и успел меня перехватить, перепрыгнув через лестничный пролет. Поднес руку к волосам и потеребил челку, видневшуюся из-под подвязки:

– Чем ты там занималась, а?

– Ничем.

Он ухмыльнулся:

– О нет, Мари. Колись, ты опять хотела сделать такой же причесон, как у Хедди? Дай посмотреть.

Попытка стянуть повязку.

– Нет! Эспе-е-ен!

Оттолкнула его. Он засмеялся и посмотрел мне в глаза. Дольше, чем я могу выдержать, – засосало под ложечкой. Надо вырваться из плена его глаз: посмотреть вниз, в пол. Но как только я попыталась опустить взгляд вниз, тут же наткнулась на смурфа с большими глазищами, который таращился на меня.

– Новый? – спросила я.

Поджав подбородок, Эспен посмотрел на свой тёмно-зелёный свитер и расправил аппликацию на животе:

– Свитер старый, а смурфа вчера пришил. У меня ещё один есть, если хочешь.

Он улыбнулся, но весь его вид говорил о том, что он знает, что я откажусь. Я засмеялась:

– Нет уж. Это он на тебе круто смотрится, а я буду выглядеть как дурочка.

Эспен пожал плечами:

– На твоём сером свитере не хватает чего-нибудь весёлого. Просто мысли вслух.

Я посмотрела на свою одежду. Серый свитер, чёрные штаны, беговые кроссовки. Куда мне до модной смурфеты.

Эспен притяну меня к себе и обнял:

– Я же прикалываюсь. Ты офигенная.

Я уперлась головой в его плечо, повязка, закрывающая мои волосы тут же поползла вверх.

– Эспен, волосы! – Локтями отпихнула его подальше и схватилась за прическу. – Я же только все поправила!

Он вскинул руки в извинительном жесте:

– А-а, Мари, сорян!

Подтянул повязку на место. Теперь она сидела как надо, но я была не уверена, что со стороны все выглядело так же хорошо.

Эспен утешающе улыбнулся:

– Мари, ты красиво выглядишь. Честное слово.

Стало полегче. Хотя знаю, что это неправда.

После

сдвоенного урока по английскому, который, казалось, никогда не закончится, наступил обед и наконец-то можно было сидеть с кем хочешь и где хочешь.

Мы с Эспеном нашли место за корпусом спортзала – туда никто никогда не заходит. Это небольшой закуток, где новое здание школы соединялось со старым. Здесь можно присесть на травку, опереться спиной о кирпичную стену и нежиться на тёплом солнышке. И пусть немного поддувает. Даже навес есть на случай дождя.

Но козырное оно потому, что оно наше с Эспеном.

– Скажи, когда будешь открывать пакет, чтобы я приготовился, – сказал Эспен.

Эспен не любит сидеть рядом с другими во время перекуса, объясняя это тем, что я всегда приношу бутерброды с красной икрой, но я-то знаю, что он просто не любит есть, когда на него смотрят. Развернула пакет, достала бутер с икрой и глубоко вдохнула его запах. Сегодня мама дала еще один пакет – с кексами. Достала и его и протянула Эспену:

– Тогда не хочешь мои кексы?

Он сморщил нос.

– Они без сахара и без глютена, из экологически чистой малины.

Фу, говорю как мама.

– Но самое главное – они супервкусные, – сказала я, чтобы снова стать самой собой.

Эспен нехотя взял кекс. Я всегда его чем-нибудь подкармливаю, а сегодня он вообще забыл еду дома.

– Можешь еще и бутер взять, если хочешь.

Он покачал головой:

– Они напичканы всякой глютено-экологической фигней.

Он потрепал меня по волосам, затем погладил по щеке. Упёршись ладонью о землю, Эспен отклонился назад и прислонился спиной к стене. Откусил кусок от кекса и посмотрел на футбольное поле. Я медленно жевала свой бутер. Эспен – единственный в мире человек, с которым мне нравится сидеть в тишине. Вечность бы так провела, ничего не замечая.

Он прокашлялся и отложил недоеденный кекс. Полез в рюкзак за блокнотом. Открыл его и протянул мне.

– На биологии была скукотища, я рисовал, – объяснил он. На развороте блокнота красовался нарисованный чёрными чернилами скетч: маленькие фигурки людей, дом и подпись.

Пока учитель пытался растолковать Эспену принцип работы периодической системы, вдохновение побудило его нарисовать целый город.

Я провела пальцем от верхнего угла на левой странице до нижнего угла на правой странице:

– Это я? – Показала на рисунок девочки с повязкой на голове. Она улыбается. Красивее меня.

Эспен кивнул:

– Йеп.

Рядом он изобразил себя. Нарисованный Эспен будто бы танцевал.

Я достаю ему до плеча – ровно как и в жизни.

Мы хорошо смотримся вместе. Подходим друг другу то есть.

Положила палец на бумагу, очертила вокруг нарисованных нас невидимый круг. Эспен наклонился ближе. Я почувствовала его теплое дыхание на своей щеке. Потом он выпрямился, перевернул страницу и уселся обратно, оперевшись о стену.