Неукротимые сердца
Шрифт:
Джим Трент молча смотрел, как уходит его добыча. Красивое лицо его искривилось от досады. Обернувшись к девушке, он…
— Мисс Гленн, мисс Гленн!
Сюзанна тряхнула головой, отгоняя воспоминания.
— Что, Эшли?
— А ваш папа говорит…
— Да, я говорю, что не в добрый час они сюда явились — решительно заявил Рекс, не обращая внимания на изумление девочек. — Могу повторить еще раз. Если бы у этих тварей была хоть капля разума, они бы держались подальше от округа Эддисон! — Он сердито нахмурил густые
Глаза Сюзанны вспыхнули яростным огнем.
— Истребление диких животных запрещено законом, — коротко ответила она.
— Едва ли полиция станет всерьез расследовать — убийство мустанга, — фыркнул в ответ Рекс.
— Мисс Гленн, ведь с лошадьми ничего не случится, правда? — заволновалась Джессика.
Сюзанна твердо встретила гневный взгляд отца.
— Только через мой труп, — пообещала она.
Затем похлопала Джессику по плечу: — Не бойтесь. Я сделаю все, чтобы никто не причинил лошадям вред. Это и тебя касается, папа!
Эшли с сомнением переводила взгляд с отца на дочь.
— Не знаю, мисс Гленн…
— Поверь мне, — твердо ответила Сюзанна. —
Я обо всем позабочусь. — Стараясь не обращать внимания на напряженное лицо отца, она добавила: — Кроме того, Зеленая Долина далеко. Возможно, до нашего округа лошади и не доберутся.
Дай Бог, сказала она себе, чтобы так оно и вышло.
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Джим Трент прикрыл ворота загона и повернулся к двоюродному брату.
— Сделано на совесть! — довольно заметил он и в подтверждение своих слов ударил мощным кулаком по столбу. Тот даже не покачнулся. — Дом, амбар, загоны — все простоит еще сто лет!
Род Ловелл сдвинул шляпу на затылок.
— Точно. После того как ты бросил работу и отправился на родео, Чокнутый Эйс так и не смог найти себе помощника. Больше двух недель с ним никто не уживался. Просто удивительно, что он смог сохранить ранчо в таком хорошем состоянии.
— Эйс не боялся тяжелой работы, — задумчиво ответил Джим. — Если он не мог найти работников, то вкалывал сам, не щадя сил. И плевать ему было, что о нем скажут или подумают! Поэтому-то его и прозвали Чокнутым. Никто не понимал, что это за человек, — добавил он с горечью.
— Зато все знали, что у него нет ни единой родной души, — усмехнувшись, заметил Род. — А ты сильно удивился, когда узнал, что он завещал ранчо тебе?
Интересный вопрос. Трент прислонился к стене загона и, скрестив руки на груди, задумался. Он работал на Эйса почти пять лет, и за это время нелюдимый старик и бесшабашный мальчишка стали настоящими друзьями. Именно Эйс когдато посоветовал Тренту оставить Эдцисон и отправиться в большой мир…
Так что же странного в том, что старик вспомнил о нем десять лет
— Да не особенно, — улыбнувшись, ответил Трент. — Хотя частенько старик, разозлившись на кого-нибудь из соседей — обычно на Рекса Гленна, — рвал, метал и клялся, что завещает землю БУЗУ, чтобы всем досадить.
Братья дружно расхохотались. БУЗУ — Бюро по управлению земельными угодьями — было излюбленной темой для шуток здешних остряков.
— Может быть, он надеялся, что ты один доставишь им больше беспокойства, чем целая контора? — предположил Род.
Трент пожал плечами.
— Я уже не тот сорвиголова, что был раньше, — возразил он и двинулся к дому. Род пошел следом за ним. — Думаю, все уже в курсе, — заметил Трент.
Род открыл дверь.
— Насчет чего? Что ты бросил родео?
Трент смерил кузена суровым взглядом.
— Это наше семейное дело. Я говорю о завещании Эйса.
— Вряд ли. — Род вошел в дом вслед за братом. — Я сам узнал об этом всего пару дней назад. Отец велел мне держать язык за зубами, пока ты не решишь: жить здесь или продать ранчо.
Последнее замечание удивило Трента. У него и в мыслях не было продавать ранчо: он ощущал какую-то ответственность перед покойным Эйсом, словно обязан был оправдать его доверие. Но Трент не стал объяснять этого брату. Он редко бывал откровенен с другими, и знакомые — особенно женщины — часто упрекали его в излишней скрытности.
— Не пройдет и нескольких дней, как все все узнают, — сухо заметил он. — Не стоит лишать местных кумушек удовольствия посплетничать. Кстати, чем еще развлекается народ в этом медвежьем углу? Давненько я здесь не был!
— Да тем же, что и всегда, — отвечал Род, доставая из холодильника пиво. — Рекс Гленн купил в Денвере пару кобыл и носится с ними словно с писаной торбой; мисс Луиза построила новое здание для библиотеки; Стенли, хозяин магазина, открыл мастерскую по ремонту сельскохозяйственной техники.
Трент откупорил свою бутылку и сделал хороший глоток.
— Все тот же старый Эддисон! — произнес он с необычной теплотой в голосе.
— Ах да, — добавил Род, — еще Мэтт Дэниеле говорил, что к нам движется табун мустангов.
Трент вздернул голову.
— Вот это и вправду интересно!
— Да, такое случается не каждый день, — кивнул Род. — А самое интересное, что вожак у них очень светлый — может быть, даже белый. Необычно. Не знаю, правда ли это, но так говорят.
При этих словах по спине у Трента пробежал холодок. Когда-то давным-давно — лет десять назад — он видел белоснежного мустанга.
Тогда, едва увидев жеребца, Трент понял: этот конь предназначен для него. Душа его стонала от желания заарканить чудесного коня, оседлать его и… и прокатиться верхом. Почему бы и нет? В те времена Джим Трент мог удержаться на самом свирепом и необъезженном жеребце. А сейчас?