Never Back Down 2
Шрифт:
Тут-то наша компания и столкнулась с тем несчастным певцом. К ещё большему несчастью, он был в курсе, где апартаменты жениха и невесты. Если бы он ответил отрицательно, его, пожалуй, отпустили бы. Но, увы. Все звёзды встали так, что именно ему было суждено сыграть важнейшую роль в переговорах. При этом не издав ни единого звука.
***
— Зайди в комнату, — тихо произнёс Кьялар, пропуская Мариссу вперёд.
Девушка беспрекословно повиновалась, прошла на середину комнаты и замерла в ожидании нового приказа. Кьялар запер дверь. Было бы неловко,
Царил лёгкий полумрак. Комната была сдвоенной. Первая часть больше напоминала гостиную: кресла возле камина, тонкий кофейный столик, прямоугольный стол возле окна, выходящего на озеро Блэк-Лэйк, обилие комнатных растений, изящная люстра, зависшая под потолком, пушистый ковёр и небольшой книжный шкаф у дальней стены. Вторая комната была спальней.
Марисса стояла посреди комнаты лицом к окну, невидящим взглядом уставившись на темнеющее небо, парящее над озёрной гладью. Кьялар неторопливо подошёл к ней, по пути небрежно бросив пиджак на кресло. Он склонился над её ухом и произнёс:
— Я хочу, чтобы ты всё понимала. Чтобы ты слушала, что я говорю. Но я хочу, чтобы ты молчала и не двигалась. Моргни, если ты поняла.
Веки невесты затрепетали и коротко опустились. В глазах возникла искорка ясной осознанности. Она слушала. У неё не было выбора.
— Очень хорошо, — тихо произнёс Кьялар и достал волшебную палочку. — Порой так хочется произнести душещипательный монолог, да вот аудитории нет подходящей.
Он коснулся палочкой шнуровки её корсета. Чёрная нить исчезла сама собой. Распавшись на две половины, корсет упал на пол к ногам неподвижно стоящей Мариссы.
— Кто бы мог подумать, что именно так всё закончится, — говорил Кьялар, небрежным движением ноги отпихивая корсет в сторону. — Ведь всё началось с Йоре. Глупый мальчик решил выслужиться перед Великим и Ужасным Тёмным Лордом и схватил девчонку, которая случайно разжилась грандиозной силой. Да вот только Йоре оказался недоумком и не рассчитал, что прыгать с места в карьер — чертовски опасно. За что и поплатился. Но, как бы то ни было, он мой брат, а ты взяла и свела его с ума. Ты заслуживала мести. Но кто бы мог подумать, что ты окажешься настолько полезной, м? Во время Арабеска я разглядел твой потенциал и понял, что ты можешь быть полезна. А то, как ты сопротивляешься любым напастям… О, это была прекрасная Игра. И вот… теперь мы здесь. Оба на пороге нового прекрасного мира, который сами же и создадим.
Он неторопливо развязал шнуровку платья. Тонкая шёлковая лента, стягивавшая ткань, легко скользила из петелек, платье повисло на плечах девушки подобно балахону. Ищейка поднял голову и заглянул ей в глаза. В немом взгляде читались презрение и ненависть. Усмехнувшись, он обронил: «Снимай». В глазах мелькнул ужас. Дрожащими пальцами Марисса потянула вниз рукава, стаскивая с себя платье. Шёлковым потоком оно соскользнуло с неё к ногам, образовав причудливый кривой круг. Девушка осталась стоять в одном лишь белье.
— Страшно? — Наслаждаясь ситуацией, спросил Кьялар. — Ты боишься меня, не так ли? Я
Пальцы девушки вздрогнули. Судорожный вздох прорезал тишину, зависшую в паузе. Ищейка рассмеялся. Он обошёл вокруг девушки и отвёл её волосы со спины через плечо. Спина её почти белела в полумраке, бледно розовели старые шрамы, полученные четыре года назад. Грубые неровные борозды испещряли кожу девушки.
— Разумеется, я этого не сделаю. Ты и так натерпелась, моя милая, бедная Марисса. — Ищейка коснулся одного из шрамов кончиками пальцев. Девушка ощутимо задрожала. — Впечатляющие отметины, не правда ли? Столько происшествий и бед, столько воспоминаний… Скажи мне, много ли ты дала бы, чтобы всего этого не произошло никогда? Чтобы ты могла переплести нити своей судьбы иначе. Спасти себя… и остальных? Чтобы не было ни одного шрама.
Он наклонился и коснулся губами бледной отметины на шее Мариссы. Девушка вновь задрожала. О, как ему нравилась эта игра. Кьялар чувствовал её страх. Она почти звенела от напряжения, подобно натянутой струне. Он снова засмеялся.
— Уверяю тебя, — продолжал он, вновь обходя её и становясь лицом к невесте. Он бережно стянул с её головы венок и положил его на стол. — В нашем новом мире такого бы не случилось. Не было бы подонков, способных нанести увечья беззащитной девушке. Нет… всё исполнилось бы смысла. Мир не станет идеальным и лишённым насилия, но он был бы гораздо… правильнее.
Кьялар заметил лёгкую дрожь в уголках губ Мариссы.
— Ты хочешь что-то сказать? Изволь. Люблю слушать твои милые глупости, сразу осознаю своё превосходство.
— Твой… мир… — С трудом прошептала девушка, продолжая сверлить взглядом окно. — Твой мир — пустыня. Ты не сможешь быть богом. Но даже достигнув божественного могущества, ты будешь лишь… нести смерть. Ты не сможешь изменить мир, не разрушив его. И это будет твоим… пределом. Ведь каким бы могучим ты ни был… ты не сможешь создать новую жизнь. Лишённый сердца и души, лишённый милосердия и сострадания не может творить жизнь. Мир покорится тебе, да… А потом он вымрет. А после исчезнешь и ты. Без своего мира бог — ничто. И ты станешь ничем. Одиноким всемогущим ничем.
Монолог дался девушке тяжело: голос её то и дело срывался, на глазах выступили слёзы, а из носа тоненькой струйкой стекала кровь. Кьялар осторожно стёр кровь платком и небрежно кинул его на стол.
— Ты снова всё не так истолковала, — снисходительно улыбнулся он. — Я не буду разрушать мир. Лишь исправлю пару изъянов.
— Изъяны… вечны. И люди никогда не меняются, — прошептала она.
— Но я их изменю. Просто дам им смысл. Вечный Смысл, который люди ищут на протяжении долгих и долгих веков. Я вижу, моя болтовня тебя утомила? Пожалуй, нам лучше прилечь…