Never Back Down 2
Шрифт:
Дальше он листать не стал, понимая, что фотографий много не должно быть. Его собственный портрет ободряюще улыбнулся парню. Вздохнув, Эд пошёл дальше. Впервые он задумался о том, как много неприятного он принёс в жизнь этой девушки. Нет, она искренне бесила его первые несколько лет, аж до зубовного скрежета. Но он и предположить не мог, что у девушки настолько мало приятных воспоминаний, связанных с ним.
Мысленно Эд пообещал себе во что бы то ни стало постараться быть лучше. Лучше, Джастина, лучше Ремуса, лучше, чем он есть, ведь она…
— Не старайся, Эд. Ты такой, какой есть. Даже если большую часть времени прикидывался занозой в моей заднице, — усмехнулась
— Извини. Просто… я как-то не задумывался, как тебе было со мной хреново, и…
— И ты хочешь попытаться исправиться, я же слышала, — она одарила его тёплой улыбкой. — Я понимаю. Уверена, подобная книга обо мне едва ли была бы толще, чем эта. – Эд, чуть покраснев, отвёл глаза. — Но сейчас мы другие. Сейчас мне нужен тот забавный парень, с которым я умудрилась подружиться, поняв, что он вовсе не такой твердолобый осёл, как я считала. Ты мне нужен, Эд, здесь и сейчас. Мне нужна твоя помощь и поддержка, пока эта тьма не окутала меня навеки…
Он непонимающе уставился на неё. Взгляд её был мягок и печален, но в то же время она смотрела на него с надеждой и… какой-то странной нежностью, от которого у Эда судорожно сжималось сердце.
— Я знаю, что в конце будет что-то страшное, Эд. Сейчас у нас есть шансы, но я чувствую, как она следит за нами, дышит в спину. Я чувствую движение Тьмы, жаждущей получить нас. И когда это безмолвие тихо подкрадывается ближе… Я прошу тебя, Эд… Пообещай, что ты меня не оставишь. Без тебя я не прошла бы большую половину пути, поэтому… — Она усмехнулась. — Ты же не хочешь, чтобы твой альбом оставался таким тонким? Если я погибну, пополнять приятными воспоминаниями будет нечего.
— Я обещаю, — улыбнулся Эд. — Хотя бы ради… альбома
[Продолжение следует…]
========== Часть 10. (Imaginaerium, p.5) ==========
Эпизод 10. The Crow, the Owl and the Dove
Don’t give me love
Don’t give me faith
Wisdom nor pride
Give innocence instead
Они вновь оказались в лесу, однако этот не шёл ни в какое сравнение с тем, что они покинули, заходя в хижину. Сейчас это место больше напоминало лес из волшебной сказки: сумеречные, но тонкие изящные деревья тянули к путешественникам ветки, ветер играл серебрящейся в лунном светом листвой, к ногам, подобно ласковому псу, стелился призрачный туман, откуда-то из-за стволов разливалось мягкое голубоватое свечение. Над деревьями раскинула купол ночь, сияя миллиардами крохотных ярких звёзд. Деревья словно расступались, создавая для Эда и Мариссы тропу сквозь этот зачарованный лес. Над дорогой протянулся мерцающий невероятным бело-фиолетовым светом Млечный путь.
— Изумительно, — прошептал Эд, озираясь по сторонам. Если бы здесь ещё и музыка играла, он мог поклясться, что попал в диснеевский мультфильм. Но при этом он ни на миг не удивился бы, услышав из-за деревьев пение Мэри Косты*.
Восторженно сияя глазами, Марисса шагала рядом с ним. В глубине леса туман приобретал разнообразные формы, подобно телесным патронусам. Вот мимо них беззвучно пронеслась полупрозрачная белая лань, а следом — грациозный величавый олень. На дорогу выскочил огромный косматый пёс, сотканный из тумана, рядом с ним показалась крупная лисица. За стеной деревьев мелькнул крупный волк, под одним кустом, провожая путников ленивым взглядом, сидел кот. К ногам Мариссы на миг прильнул туманный щенок лабрадора, прежде,
Эд с улыбкой провожал взглядом этот зверинец. В груди разрасталось тёплое томное умиротворение. Всё было так, словно никакой опасности не существовало, словно это было одним из самых фантастических и спокойных мест, которые они посещали. Тёплые пальцы коснулись его руки. Вздрогнув, Эд перехватил ладонь Мариссы, невольно расцветая улыбкой.
Внезапно на ветку ближайшего к ним дерева присел чёрный, как смоль, ворон. В отличие от туманных зверей, он был настоящим, насколько это возможно во сне. Марисса замерла около него. Гордая птица не сводила с девушки мерцающих глаз-бусин, хрипло каркнув. Марисса сделала к нему неуверенный шаг, протянув руку, но тот лишь отскочил от неё на соседнюю ветвь, по-прежнему глядя на неё.
— Какой гордец, — тихонько усмехнулась девушка.
Эд невольно взглянул птице в глаза. На краткий миг его словно объял вихрь, он словно сам стал вороном, готовый в любой миг взмыть в небеса, чувствовать трепет перьев, ощутить поток воздуха под раскинутыми крыльями и лететь, лететь, лететь… гордый тем, что он это может, тем, что он свободен… Но это длилось лишь мгновение, чудное мгновение. Эд знал, что птица могла бы дать это Мариссе, если бы та только захотела. И Эд знал, что девушка ощущала то же, что и она сам миг назад.
— Благодарю, но мне это не нужно, — учтиво произнесла девушка, обращаясь к ворону. Тот, довольно каркнув, хлопнул крыльями и скрылся среди деревьев.
Ребята продолжили путь. Эд не мог подобрать ни слова, чтобы сформулировать подходящий вопрос. Но этого, казалось, не требовалось, девушка всё сама поняла.
— Это была моя гордость. Ворон предложил мне свободу, предложил мне разделить его гордость. Но мне она ни к чему.
— Почему?
— Не знаю, — тихо сказала она. — Наш путь ещё не окончен, я могу выбрать лишь одно, так что пока что я не в праве совершать ошибку. Я не могу сформулировать, Эд, просто мне показалось, что я поступаю верно, отказываясь.
Эд, усмехаясь, покачал головой. Он понимал, он и сам многое принимал на веру и действовал скорее интуитивно, чем продуманно, так что объяснений и не требовалось.
— То есть, только что ты отказалась от собственной гордости? — спросил он.
— Получается, что так. Забавно, разве ты не этого хотел в самом начале нашего знакомства?
— Возможно… — неопределённо произнёс он, нахмурившись.
— Ну, считай, что ты добился своего, — засмеялась девушка.
Ответную реплику прервал новый шорох ветвей и глухое уханье. На сей раз на соседнюю ветвь присела крупная сова. Золотистые круглые глаза буравили девушку взглядом. На Эда словно обрушилась невыразимая тяжесть, в следующий миг обернувшееся восхитительной лёгкостью и ясностью. Птица предлагала Мариссе мудрость, но и на сей раз девушка лишь с улыбкой покачала головой. Сова, вновь ухнув, растаяла туманным миражом.
Дальше они шли молча, прислушиваясь к каждому шороху из-за деревьев. Эд задавался вопросом, что будет дальше. Он думал, что будет, если девушка и дальше будет отвергать «дары» птиц. Разве это не сотрёт её личность? Разве мудрость и гордость не делают из Мариссы ту, кем она является на самом деле? Разве…
— Отказавшись от всего, я увижу истину, — сказала Марисса. — Ты снова громко думаешь, привыкай к тому, что я всё слышу.
— Какую ещё истину? — опешил Эд.
— О том, кто я есть на самом деле, в глубине души. То, что отличает меня от неё. То, за что я могла бы цепляться, когда встречусь с ней лицом к лицу.