Невезение

Бруно Энтони

– Ты так и не ответил на мой вопрос, Томаззо. Кто ты, черт побери?

– Сам знаешь. Я один из телохранителей Нэша.

– Вот как?

Тоцци ожидал, что Сэл поднимет пистолет и проделает еще несколько дыр в ящике. Напрасные надежды. Сэл сделал глубокий вдох, потом медленно выдохнул. Пистолет медленно поднялся вверх вместе с его животом и так же медленно опустился при выдохе.

– Что ты сделал с моими ребятами после тренировки Эппса? Хотелось бы выслушать твои объяснения.

– Что ты имеешь в виду?

– Не скромничай. Ты,

должно быть, изрядно потрепал их, они вернулись домой, поджав хвост. Я просто хотел, чтобы они передали тебе мое предупреждение, но, кажется, это не произвело должного впечатления.

Сэл зевнул и вытянул руки, костяшки пальцев коснулись спинки кровати. Тоцци хотел было выхватить свой пистолет, но замешкался и упустил момент. Сэл уже положил свою лапищу на пушку.

Майк старался не глядеть на пистолет.

– Я прекрасно слышал все, что говорили твои парни.

– Но это не произвело на тебя ни малейшего впечатления. – Сэл почесал свободной рукой щеку.

Тоцци немного помолчал.

– Что тебе от меня надо? – спросил он.

– Кто тот второй парень? – Сэл почесал подбородок.

– Какой еще парень?

Сэл громко расхохотался.

– Знаешь, ты в самом деле забавный тип. Ребята сказали, что с тобой был еще один парень. Одетый как бармен и в шляпе а-ля Аль Капоне. Пит говорит, что у него до сих пор звенит в ушах после того, что тот проделал с ним. Должно быть, твой напарник?

– Просто приятель.

Черт побери, подумал Майк.

Сэл покачал головой.

– Ты знаешь... – начал он, все еще качая головой. – Почему бы тебе не сказать правду? Ты и тот в шляпе – оба полицейские, работаете на пару.

– Ну, если тебе нравится так думать...

Дело приобретало все более дурной оборот. Валери могла прийти сюда с минуты на минуту. Сегодня утром он дал ей ключ, на случай, если будет запаздывать. Только бы она не появилась прямо сейчас. Особенно в своей неизменной шляпе.

– Вероятно, твой приятель тоже телохранитель?

Тоцци изучал лицо Сэла, пытаясь понять, что на самом деле ему известно. Те двое скорее всего не успели как следует разглядеть Валери. В тот день волосы у нее были собраны в пучок на затылке и спрятаны под шляпой. Они могли принять ее за парня. Хорошо, когда Господь посылает тебе таких идиотов.

– Послушай, Сэл, что тебе от меня нужно? Если ты заявился сюда, чтобы сказать что-то, – говори.

Паф-паф-паф!

О Боже! Тоцци помертвел от ужаса. Три дыры от пуль в обивке кресла прямо у него между ног.

– Ты слишком заносчив, Томаззо. – Сэл погрозил ему пистолетом. – Держу пари, родители никогда не пороли тебя.

И тут жуткая мысль осенила Майка. Сэл разговаривал с ним как вполне нормальный человек. Он больше не разыгрывал из себя идиота, не выкидывал никаких штучек. У Тоцци засосало под ложечкой. Сэл никогда не переставал играть свою роль перед посторонними. Тот факт, что он отбросил привычный имидж, свидетельствовал только об одном – Сэл собирался убить его.

У Тоцци слегка

закружилась голова. Левая нога занемела, он хорошо чувствовал это. Пистолет... Он должен успеть выхватить его. Если бы тут, в комнате, был установлен жучок и Гиббонс сидел в холле, слушая их разговор... Если бы он слышал слова Сэла, его угрозы, выстрелы – этого было бы довольно, чтобы снова предъявить Сэлу те обвинения, которых он благополучно избежал, разыгрывая из себя сумасшедшего. Если бы это записать на магнитофон, а еще лучше – на видеокассету... А потом Гиббонс вместе с парочкой агентов стал бы молотить в дверь. Открывайте! Сэл вздрогнул бы от неожиданности, оглянулся, а Тоцци успел бы выхватить пистолет. Бросай свою пушку, Сэл! ФБР! Гиббонс с агентами ворвался бы в комнату, и они кинулись бы к кровати, нацелив свои пушки в его жирное пузо.

Да, если бы все так и было... Но, к несчастью, Гиббонса в холле не было. У Майка была его пушка, но ни малейшей возможности выхватить ее. О Боже...

– Знаешь, Томаззо, меня не слишком волнует, кто этот парень. Сейчас это не имеет особого значения. – Сэл снова прицелился в шарик. – Что меня действительно интересует – это ты и жена Нэша.

Тоцци не слушал его. Он думал о том, как быстро Сэл может проделать три дырки у него в груди, как он это сделал с креслом. Паф-паф-паф!

– Ты трахаешь жену Нэша?

– Что? – спросил Тоцци, все еще думая о трех дырках в груди.

– Не разыгрывай из себя идиота, Томаззо. У меня тоже есть глаза. Ты трахаешь Сидни за спиной у Нэша. – Сэл улыбался, словно был чрезвычайно доволен этим обстоятельством. – Недурная бабенка, верно?

Тоцци удивленно взглянул на него. Нет...

– Жаль, черт побери, что у меня нет с собой камеры. Стоило бы запечатлеть выражение твоего лица, Томаззо. Что с тобой? Ты ревнуешь? Ты влюблен в нее?

– В Сидни? Нет.

– Тогда что же с тобой?

– Ничего.

Сэл ущипнул себя за нос и громко расхохотался.

– Ну разумеется. Ты вовсе не влюблен в эту шлюху. Глядя на огромную тушу, лежащую на его постели, Тоцци продолжал думать о пулях, оставшихся в магазине пистолета, представляя себе кровь, текущую из ран на груди. Он почувствовал легкую дурноту. О нет... Сэл и Сидни?.. Нет...

Сэл закинул свободную руку за голову.

– Приятно трахать ее, правда? Словно воруешь ее у этого ублюдка, ее мужа.

Тоцци уставился на «шарики». Паф! Еще один у окна исчез.

– Слушай внимательно. Я говорю с тобой. Я думал, что парень вроде тебя будет вести себя разумнее. Ты вляпался в неприятную историю. Конечно, для обычного телохранителя весьма лестно переспать с женой босса. Особенно такого, как Рассел Нэш. Ты думаешь, Нэш посмотрит на все сквозь пальцы, когда узнает о вас? Или надеешься, что он не узнает? Или, может, ты вообще об этом не думаешь? Или это... – Сэл прищурился и несколько раз щелкнул пальцами, пытаясь подобрать подходящее выражение. – Может, это «неодолимая страсть»?