Невиданное

Рид Ларкин

Когда я закончила одеваться, я еще раз взглянула на себя, став у зеркала в полный рост. Я чувствовала странное несоответствие с тем, что я увидела. Я знала, что Сара, которая пользовалась этим зеркалом в другом времени, не одобрила бы мой внешний вид: платье с высокой талией, сочетающееся с шерстяным пальто. Перчатки. Берет. Это было слишком… угодливым. Та другая Сара никогда не была угодливой.

Наверное, именно из-за этого, когда Ричард вышел и начал обходить машину, чтобы открыть для меня дверцу со стороны

пассажира, я поспешила его опередить.

Он улыбнулся.

— А ты и правда воспринимаешь серьезно все это равенство, не так ли, кузина?

— Ага, — ответила я. — Наверное, кузен. А это может стать проблемой?

Он решительно покачал головой.

— Нисколько. — Он отвернулся и пошел назад, к дверце со стороны водителя. — Скорее всего, платье ввело меня в заблуждение. Я забыл, с кем имею дело. Кстати, ты выглядишь мило.

— Мило и как девчонка, — проворчала я.

Он ухмыльнулся.

На меня нахлынуло воспоминание, пронесшееся, как сценка в моей голове. Мы с Ричардом сидим в другой работающей на холостом ходу машине, и он извиняется.

— Я не знаю, почему солгал тебе… это было глупо, хорошо? Я просто… я просто не хотел говорить об этом вслух, понимаешь? Что она просто ушла от нас.

Клер, поняла я. В другом времени она ушла от Роберта и оставила Ричарда. Но в этом времени она была просто идеально образцовой женой.

В воспоминании было кое-что еще. Тот, другой Ричард, он склонился ближе, его палец удерживал Сару за подбородок, и он ее целовал. Целовал меня. Я позволила другому Ричарду Хэтэуэю поцеловать меня в ту ночь, и мне это очень даже понравилось.

Интересно, а понравилось бы мне это сейчас.

— Что-то забыла? — спросил Ричард.

— Н-нет, — немного поспешно ответила я. — Скорее кое-что вспомнила.

— У нас есть время.

— Для чего?

Он засмеялся.

— Если тебе нужно вернуться и что-то взять. Время есть. Ты можешь.

— А. Нет. Все в порядке.

— Тогда поехали, — сказал он и завел двигатель. Мы со скоростью пули сорвались с места.

— В этой машине нет ремней безопасности, — заметила я.

— Неа, — подтвердил он.

Мы свернули на юг через мост над Северно, Ричард ехал так быстро, как никогда раньше.

— Как далеко до Ричмонда? — спросила я.

— Около двух сотен миль.

— Сколько времени уйдет на дорогу?

Он снизил скорость.

— Минут тридцать.

— Ни за что в жизни, даже если ехать так быстро, — сказала я.

Он въехал в ворота. Когда деревья закончились, я увидела, где мы находимся.

— Да, Парсонс, я настолько быстр.

Перед нами раскинулся небольшой аэродром, где на взлетной полосе находился симпатичный маленький двухмоторный Мессершмитт, готовый к вылету.

Он припарковал машину рядом с ангаром. Механик был там, вытирая руки

тряпкой.

— Бак заполнен, мистер Хэтэуэй.

— Хм. — Я заметила, что кое-что отсутствует. Вернее кое-кто. — А где пилот? — спросила я Ричарда.

— Он стоит перед тобой.

— Только не это, — вырвалось у меня. — Нет. Я видела, как ты водишь машину.

Он расхохотался и открыл дверцу с правой стороны. Потом взял меня за руку, правильно догадавшись, что потребуется некоторый физический стимул, чтобы впихнуть мое тело в самолет.

— Я летаю с тех пор, как мне исполнилось двенадцать. В пятнадцать я получил лицензию. Когда мы с папой летим на юг, за штурвалом именно я. Поверь мне, папа не доверил бы мне свою жизнь, если бы я не был достаточно компетентным.

Напомнив себе, что Ричард Хэтэуэй был более чем компетентен во всем, что бы он ни делал, я забралась на сидение.

Ричард уселся сам, включил двигатель, затем начал щелкать выключателями и проверять датчики, как будто он знал, что нужно делать.

— Пристегнись, — велел он и сам последовал своему указанию. Он вынул пластинку жвачки из своего кармана и начал жевать с преувеличенной концентрацией.

— Погоди минутку, — сказала я. — А разве у нас не должно быть парашютов или еще чего-то в этом роде?

— Смирись, кузина. Твоя судьба в моих руках. — Он снова ухмыльнулся своей порочной, кривоватой улыбкой. — Наслаждайся полетом.

Он ослабил дроссель и самолет начал движение. Мы вырулили на взлетную полосу и начали набирать скорость. Через несколько секунд шасси оторвались от земли. — Самая опасная часть полета это взлет и приземление, — сказал он. — Ты уже пережила половину.

Я кивнула головой в сторону лобового стекла.

— Просто будь внимательным, ладно?

Мы летели на запад, прежде чем сделать круг и свернуть на юг. В маленьком самолете полет был другим — земля была ближе. Я повернула голову и смотрела на страну, простирающуюся впереди и уходящую из поля моего зрения — пологие холмы, реки, города, большие имения, похожие на Дом Эмбер.

Затем верхушки деревьев начали приближаться, и Ричард сказал в микрофон.

— Спасибо, башня. — Я увидела ангар и быстро приближающееся дорожное покрытие. Я сжала руками сидение и закрыла глаза.

Колеса ударились об асфальт, с легким скрежетом, отскочили и снова ударились. Мы перешли в устойчивое положение. Я услышала, как Ричард щелкает рычажками, затем мотор загудел, когда он сбросил скорость.

— Теперь можно дышать, кузина. Мы на месте.

Я открыла глаза и поняла, что все это время я не дышала. Я выдохнула так тихо, как только могла.

— Хорошее приземление, — сказала я.

Он рассмеялся.

— В следующий раз тебе стоит постараться держать глаза открытыми. — Он въехал в ангар и заглушил двигатели.