Нейропат
Шрифт:
Вопрос, казалось, застал ее врасплох, а может, просто он проявил излишнюю заботливость?
— Отлично, — ответила Нора с кислой — («Да в чем, собственно, дело?») — улыбкой.
Нечто странное произошло между ними, когда Томас вошел в прихожую: возможно, это была память о забытой близости. Они не могли оторвать друг от друга глаз.
— Про Сан-Франциско это был просто треп, да?
— Да, — сказала Нора.
Обмен взглядами был совершенно непроизвольным... либо так казалось Томасу.
—
Возмущение снова овладело им. «Не суй свой нос... Не твое дело».
— Потому что... — запинаясь, произнесла Нора.
— Потому что... Господи, Нора, даже чертов Фрэнки придумал бы что-нибудь получше.
— Не говори так. Не смей говорить «чертов Фрэнки». Ты же знаешь, я терпеть этого не могу.
— А как насчет «чертов Сан-Франциско»? Или это тоже тебя раздражает?
— Да пошел ты, Томми, — сказала Нора и повернулась, чтобы уйти на кухню.
На ней было легкое хлопчатобумажное платье — из тех, которые заставляют мужчин страстно желать, чтобы налетел безобразник ветер. Ягодицы у нее все еще были хороши.
Томас опустил голову, посмотрел на руки. Они еле заметно дрожали.
— Так о чем вы говорили с Нейлом? — спросил он.
— Ни о чем, — с горечью ответила Нора. Она произнесла это, повернувшись к кухонному столу. — Он приехал не разговаривать... — У нее хватило мужества выдержать ошеломленный взгляд Томаса, лицо ее напряглось от стыда, негодования — всего того, с помощью чего людям удается смириться со своими грехами. — Он всегда молчит.
Не думая, Томас шагнул в прохладную полутьму.
«Нора с Нейлом?... Трахаются?»
Забавно, насколько естественными могут показаться подобные вещи, как легко убедить себя, что ты знал все заранее. И хотя Томас отверг эту мысль, она вернулась, и какая-то часть его нашептывала:
«Конечно».
Он с трудом протолкнул слова мимо застрявшего в горле жала шершня.
— И давно?
Ему было трудно дышать, но для полной уверенности он повторил:
— Давно ты трахаешься с моим лучшим другом? «Нора и Нейл... Нейл и Нора...»
Ее глаза заблестели от слез. Смахнув их, она отвела взгляд.
— Зачем тебе это знать?
— Даже когда мы были женаты? — спросил Томас — Да?
Нора повернулась к нему, на лице ее было написано нечто среднее между мукой и яростью.
— Просто... просто он был мне нужен, Томми. Просто нужен... — Она изо всех сил старалась, чтобы у нее не тряслись губы. — Еще. Мне хотелось еще.
Томас повернулся к двери, схватился за ручку.
— Так ты видел его? — окликнула Нора, в голосе ее сквозила паника. — Я им-мею в виду... ты знаешь, где он сейчас?
Она любила его. Его бывшая жена любила Нейла Кэссиди. Его лучшего друга.
Он повернулся и сгреб ее в охапку.
—
Он схватил ее за подбородок так, чтобы она глядела ему в глаза. Стиснул зубы и встряхнул ее. Ничего, скоро сломается! И стал наступать на нее, отталкивая Нору назад.
Но затем из какого-то странного, несуществующего уголка что-то шепнуло ему:
«Это реакция ревнивца, древнее приспособление для сведения к минимуму риска ослабления потенции...»
Томас ошеломленно опустил руки.
— Нейл, — выдохнул он. — Позволь мне кое-что рассказать тебе про Нейла, Нора. Он свихнулся! Он стал убивать людей, снимать это на видео и посылать материалы в ФБР. Не веришь? Ну, как же! Наш Нейл! Сегодня утром у меня были люди из ФБР, показывали кое-что из его стряпни. Наш Нейл — чудовище, Нора! Это он — Костоправ, или как там, к чертовой матери, они его прозвали!
Томас замолчал, у него перехватило дыхание при виде ужаса, написанного на лице Норы. Он попятился к двери.
— Ты с ума сошел, — с трудом выдавила она.
Томас повернулся к двери.
— Ты врешь! Врешь!
Дверь открылась.
Казалось, земля уходит у него из-под ног. Путь до автомобиля больше напоминал управляемое падение. Томас оперся руками на переднюю дверцу, чтобы перевести дух. Металл обжег его ладони, и Томас поймал себя на том, что думает, когда же он успел так раскалиться. Впрочем, что странного? Весь мир словно превратился в газовую горелку. По шоссе проехала машина с откидным верхом, битком набитая тинейджерами, что-то хрипло вопившими в микрофоны. Он сверкнул на них глазами, как человек, утративший связь событий.
Нейл и Нора.
Томас окунулся в нутро своей «акуры», как в пузырь с горячим воздухом. Положил дрожащие руки на руль, ласково погладил его кожаный чехол. А затем принялся колотить по баранке кулаком.
— Черт! — прорычал он.
Казалось, наступает конец света. Казалось, что довод...
— Профессор Байбл? — окликнул его чей-то голос.
Он покосился на красивое женское лицо и сумел справиться с собой.
— Агент Логан?
Она осторожно улыбнулась.
— Думаю, нам надо поговорить, профессор Байбл.
Глава 04
17 августа, 11.46
Мысли, назойливые, как осы на пляже, грозно кружащие, но никогда не жалящие. Вот на что это было похоже. Конечно, Нейл и Нора не могли не волновать его, но Томас всегда был склонен ошибаться в лучшую сторону. Доверять.
Хорош же он был теперь: почти в бесчувственном состоянии.
Агент Логан ехала за ним до его дома. Там Томас вышел из машины и пересел в ее «мустанг». Логан повела машину дальше по улице, а он сидел рядом с ней в полном оцепенении.