Незабудка
Шрифт:
– Я не буду пить эту воду. От неё разит тухлыми яйцами, – протестовала Таня, отталкивая Сашкину руку с кружкой.
– Закрой нос и быстро выпей. Запах исчезнет через две минуты, – уговаривал он.
– Потом этой гадостью будет пахнуть изо рта, – не сдавалась она.
– Будь хорошей девочкой, пей, это очень полезная минеральная вода. Можешь закусить этим, – Сашка протянул цветок магнолии.
Проснувшись, Василек долго ощущала запах магнолий в общежитской комнате. Интересно, существует ли на самом деле чудо-город, в котором она
Ответ на этот вопрос она получила неожиданно быстро.
В начале июля после экзаменов подруги смогли выделить три дня на экскурсию в Пятигорск. Девушки осмотрели домик Лермонтова, походили по музеям и решили на электричке съездить в Железноводск.
Сойдя с поезда, сразу ощутили необычный запах.
– Чем это так замечательно пахнет? – удивилась Ира-маленькая.
– Ванилью и шоколадом, – Таня сразу узнала аромат. – Так веет и от кондитерской фабрики, и от цветков магнолий, их здесь множество.
«Вот он город из её сна».
– Пойдемте, я покажу вам сказку.
Подруги переглянулись, они знали за ней эту странность: узнавать места, в которых она не бывала раньше.
Почти всё оказалось как в том сне. Цвели магнолии, порхали разноцветные бабочки. Дорожки из красивого камня петляли среди диковинных растений. От бюветов с минеральной водой несло также отвратительно, как она помнила: не было только Сашки.
– Тань, признайся честно, ты ясновидящая? – полюбопытствовала Аня.
– Нет, но когда-нибудь я всё объясню, – сказала она и тут же поправилась. – Может быть…
***
После похода на бал в офицерский клуб Аня изменилась окончательно, вернее стала прежней, милой и доброй девушкой. Старая обида больше не довлела над ней. Огонек полюбила. Её чувство оказалось взаимным. Всё происходило стремительно. Через месяц после знакомства Сергей предложил девушке выйти за него замуж.
На свадьбе подруги Ира-маленькая поймала букет невесты, пыталась вручить его Тане, но та вернула его со словами:
– Нет уж, поймала, значит, букет твой. Быстрее выходи замуж, надоели вы мне. Пристрою вас – гора с плеч, – пошутила она.
– Эх, хотела сделать сюрприз, ну да ладно. Месяца через три я больше не буду Ирой Кучер. У меня будет красивая фамилия: мадам Ланская. – Она отвесила шутовской поклон и осталась довольна произведенным эффектом.
Подруги захлопали в ладоши.
Невеста решила сказать тост.
– Я хочу выпить за нашу Таню. Именно она способствовала тому, что я вышла замуж, а Кучер нашла будущего мужа. – Огонёк оглядела удивлённые лица гостей и продолжила речь: – С сумками, полными еды, она привела к нам Виктора. Торт ей подарил мой будущий муж Сергей. Только Ира-большая самостоятельно нашла себе спутника жизни, – засмеялась Аня. – Давайте поднимем бокалы за нашу Василёк, за её удачные походы в магазин.
Таня смотрела на них: на Иру-маленькую, на довольную Аню, держащую за
ГЛАВА 27
Шел 1991 год. Останавливались фабрики и заводы, не выплачивались пенсии и зарплаты. Появилось множество рынков. Страна стала одним большим базаром. Колхозы и совхозы разваливались на фермерские хозяйства и бесхозные земли.
Институт лихорадило. Занятия продолжались, но чувствовалась растерянность старых профессоров и педагогов. Старшее поколение с ужасом наблюдало слом всех ценностей, которыми они гордились и жили. Студенты с легкостью, свойственной молодежи, следили за этим разрушением. Так несмышленые дети с любопытством любуются пожаром, не осознавая последствий.
Прекратилось финансирование лабораторий и научных центров. Появившиеся новые русские быстро сообразили, что рынок лекарств – золотая жила. Они стали закупать лекарства за рубежом. Зачем тратить деньги на разработку новых препаратов и платить за это ученым, если проще и дешевле перепродавать купленное.
Таня не представляла, куда она пойдет работать после окончания института. Оставалось надеяться, что за три оставшихся года учебы что-нибудь в стране изменится к лучшему.
Молодости несвойственно унывать – студенты и не унывали, тем более что впереди лето, каникулы.
«Съезжу к родителям, и если повезет, узнаю о Сашке», – решила она.
***
– Какой ты большой! – Таня обняла, фыркающего, как ёжик, мальчика. – Сколько тебе лет?
– Я не маленький. Мне три года, – заявил Ваня.
– Извини, но ты слегка загнул. Три тебе будет в конце февраля, а сейчас только сентябрь, – она сдержала смех, чтобы не обидеть брата.
– Ты привезла конфет?
– Забыла, но сейчас схожу в магазин и куплю. Зато я привезла машинки. – Взяв малыша за руку, повела показывать подарки.
Анна Ивановна наблюдала, как дочь играет с Ваней. Таня оторвалась от постройки дороги из картона для новых машин брата.
– Мам, я прогуляюсь по поселку, может встречу кого из одноклассников. – Таня взяла сумку. – Заодно в магазин схожу. Что тебе купить, братик? – спросила она Ваню.
– Большую шоколадку, – ответил брат.
Таня остановилась на пороге и скептически посмотрела на малыша. – А тебе не вредно?
– Нет. Мне и мама даёт конфеты, и папа даёт, – доложил малолетний интриган, вызвав бурю возмущений этим заявлением у Анны Ивановны. Оставив мать выяснять, когда это папа давал ему шоколадку, Таня вышла из комнаты.
«Вот хитрая молодежь подрастает», – подумала она, направляясь со двора. Хорошее настроение брат ей обеспечил.
Родная улица показалась узкой и маленькой.