Ник-5
Шрифт:
В дверь постучали.
— Господин комендант! — в дверь заглянул Арни. — Вы просили предупредить, когда появится брат Адамус.
Лупаго кивнул и вышел из комнаты. Он решил встретить жреца сам, чтобы произвести на того хорошее впечатление. Все-таки, сейчас он выступает в роли просящего.
Жреческие одеяния брата Адамуса разительно отличались от простых хламид жрецов Сарса. Адамус был одет в белоснежные одежды с золотой вышивкой и таким же расписным поясом. На ногах — крепкие сандалии с ремешками, обвивающими икры ног, а в руках посох. Интересно, — подумал Инжи, — несет ли посох чисто декоративную функцию, или это что-то вроде жезлов искусников? Однако мысль пронеслась и пропала — Инжи вежливо кивнул жрецу.
— Спасибо,
— Помогать страждущим в меру наших скромных сил — прямая обязанность, возложенная на нас самим Дисом.
— Надеюсь, мера сил достаточна для помощи, что требуется мне, — тихо пробормотал Инжи, однако жрец его услышал и улыбнулся.
— Невместно требовать помощи. О ней можно лишь смиренно просить.
— Что-то мне не очень нравится фраза «смиренно просить». — Комендант и жрец медленно поднимались по лестнице. — На мой взгляд, если ты способен подать руку помощи и кто-то тебя об этом просит — разве можно при этом мерить величину смирения просящего?
— Все мы ходим под богом, и не одним — но он не всемогущ и не всеведущ.
— Странно слышать эти слова от верховного жреца.
— Вы ошибаетесь, я не верховный, а всего лишь наделенный чуть большей властью среди таких же жрецов в этом городе. Вы, как военный, должны понимать, что люди — не боги, и просто обязаны выстраивать иерархические цепочки, чтобы действовать эффективно.
Инжи с интересом посмотрел на жреца.
— Ну, а боги… — брат Адамус остановился и пристально посмотрел на коменданта. — Боги — выше нас. Пути их неисповедимы. Но даже помогая людям, они преследуют свои цели. Помните об этом.
Лупаго медленно кивнул. Они уже пришли к кабинету. Инжи мельком бросил взгляд на стоявшего у двери Арни, и что-то привлекло его внимание. Продолжая обдумывать слова жреца, комендант остановился перед своим помощником. Тот медленно повернул голову и молча уставился на Лупаго. Инжи, отметив осоловевшие глаза Арни, хлопнул его по плечу:
— Иди отдохни, всем нам тяжело пришлось.
Арни медленно кивнул, так же медленно повернулся и побрел по коридору.
— Бедняга, почти не спал последнее время, — глядя в спину удаляющегося Арни, сказал Лупаго и решительно открыл дверь:
— Входите, брат Адамус, нам надо много о чем поговорить. — Жрец отвел задумчивый взгляд от помощника коменданта и вошел в комнату. За ним последовал Лупаго, но тут же замер от неожиданности. В его кресле сидел неизвестный молодой парень и, закинув ноги на стол, просматривал взятые с него бумаги. Повернув в сторону вошедших голову, он улыбнулся и произнес:
— Здравствуйте! Проходите и чувствуйте себя как дома.
Явно ощущавшийся акцент речи нахала растерявшемуся Лупаго был смутно знаком, но созревающую мысль воспоминаний прервал звук резко захлопнувшейся за спиной двери. В тот же момент по стенам стремительно поползли огненные линии, в пару мгновений превратившие комнату в некое подобие клетки из светящихся прутьев. Приглядевшись, комендант отметил, что человек явно похож на иллюзию, что посетила его ночью. Только вид он имел более потрепанный.
Вообще, нам очень повезло. Ну вот куда, скажите, мне надо было идти с девушкой, переброшенной через плечо? В каких-то обносках да еще в незнакомом городе? Ага, именно туда: куда глаза глядят. И вообще, все это попахивало авантюрой. Следы за собой я затирал пологом невидимости, который Умник еще на том континенте успел перенастроить — вернее, вывести настройку, чтобы я мог ею воспользоваться. И теперь, после нужных подкруток, наши с Кариной ауры просто не оставляли на земле следов. Улочки от центра города вели зело кривые, но это была изначальная задумка архитекторов, чтобы легче было отражать нападения во время войны. По дороге пару раз встретились местные жители, но из-за кривизны улочек выскакивали они рядом с нами, и поэтому сразу
Хорошо хоть, Карина вскоре очнулась и пошла сама — правда, большую часть времени почти висела на моей руке, но все же. Нет, я не против такой приятной ноши, мог бы и дальше нести, но то, что она пошла, говорит о многом. Ведь тренировок в тюрьме было мало — а тут такой напряг. Поначалу с лица Карины не сходила улыбка, она жмурилась на солнечные лучи, глубоко вдыхала воздух свободы и периодически проводила рукой по заборам, мимо которых мы шли, чтобы осознать реальность. Я ее понимал и не мешал, в основном крутя головой и осматривая каждый встречающийся дом. Сколько могут пройти два бывших полутрупа? И мало, и в то же время много. Часто останавливались, не рискуя выходить на прямые улицы за внешнее кольцо этих кривых улочек — на которых, надо сказать, стояли дома совсем не бедных людей. Почти везде улочки ограничивались каменными заборами домов. После первого рывка остановки на отдых становились все чаще и чаще. А эти богатенькие дома почти все имели центральную систему сигнализации и еще какие-то защитные механизмы с центром мониторинга где-то там, откуда мы брели.
Я же искал дом, где достаточно долгое время отсутствовали люди. Вы думаете, что затеряться в городе, особенно в части, где живут нищие или люди среднего достатка, легче? Не смешите мои тапочки! Как раз богатые и не любят тесного общения с соседями. А если нас будут искать по описаниям, то скорее всего там, где толпа народа, где у местных стражей порядка, несомненно, есть свои стукачи, а еще должны существовать и неформальные организации, если так мягко назвать преступные группировки. Нет, только здесь, под носом у властей, есть более-менее реальный шанс спрятаться.
Сколько километров мы намотали, я не знаю, но устали изрядно. И, кажется, даже оказались с обратной стороны тюрьмы, если брать ее за центр. То есть, в направлении, противоположном от вектора нашего побега.
— Что? — устало спросила Карина, открыв глаза. Последние полчаса она почти висела на мне, но не соглашалась, чтобы я ее нес. Поэтому я, кроме того, что держал ее полуобняв за талию, легонько поддерживал с помощью своего дракончика, облегчая вес девушки.
— Думаю, мы здесь остановимся. — Карина огляделась и увидела небольшой двухэтажный домик, ничем особо не выделяющийся среди других таких же на улице, разве что он имел не сплошные каменные заборы, как у многих прочих, а из кованых решеток, что, в общем-то, говорило о достаточном богатстве хозяина. Почему он меня привлек? Просто, в отличие от остальных домов, перед ним, и вглубь двора, на сколько хватало моего зрения, отсутствовали следы аур, что говорило в пользу того, что хозяина нет давно — как минимум несколько дней, а может, и больше.
Некоторое время у меня заняла возня с защитой — впрочем, не идущей ни в какое сравнение с тюремной. Вместо того, чтобы сделать нас с Кариной «хозяевами», я предпочел перенастроить систему так, чтобы она нас просто не замечала. Обрывать ее связи с центральным «офисом» было не с руки, а не вовремя вернувшийся «хозяин» мог насторожить местную стражу. Вдруг тут принято ставить в известность, сколько твой дом будет пустовать? Кто знает…
Прежде чем производить какие-то действия над защитой и входить в дом, я раскинул сеть, разработанную еще Крисой и серьезно улучшенную мною, чтобы проверить, не смотрит ли кто на нас с расстояния, где полог невидимости уже не действует. Ну, мало ли из какого окна или щели кто зырит! Никого не оказалось. Затем, пока мы с Кариной шли к дому, я также раскинул следящую сеть по площади, занимаемой домом. Внутри города при движении использовать такую сеть неудобно и бессмысленно — слишком много засветок, а вот охранять какую-то территорию, вроде этой, или использовать на природе — самое то.