Ник-5
Шрифт:
— Мы находимся здесь, — с этими словами где-то чуть сбоку от центра континента замерцала точка. — Как расположена ваша империя и Кордос?
Карина завороженно смотрела на созданную мною иллюзию. А что тут такого, что она замерла? Я всего лишь грубо перевел объемную картинку земного шара из биокомпа в иллюзию, ну и расцветил ее немного. Карина сделала шаг влево и перевела взгляд на левый материк, немного больший по размеру.
— А это что?
— Ну, второй материк. На юге, как видишь, есть еще мелкие архипелаги и острова. А что?
Девушка хмыкнула и пробормотала:
— Не слышала никогда о втором материке.
— Да ну? — удивился я. — А то, что земля — шар, ты слышала?
— Угу, это знает любой образованный человек, а не только
Я в голове наложил на разрисованную карту известные мне точки, фонящие в инфосети. Наиболее интересный объект — многокилометровая фигура — располагался на самом верху, севернее всех государств. Но и в Оробосе, и в Кордосе тоже была пара примечательных мест. Да и в тех, отдельных государствах — тоже. Забавно: раз уж судьба закинула меня сюда, может, стоит попытаться исследовать эти места?
Тем временем Карина наносила точки оробосских городов, и я уже забодался менять картинку вслед ее тычкам.
— А вот это — Широтон, столица! — И она нарисовала небольшой кружок примерно по центру Оробоса, к которому сходились две полноводные реки. Глаза Карины затуманились и она ушла в себя, что-то там вспоминая.
— Ладно, ладно. Нам-то куда? В столицу?
— А? — очнулась Карина. — Нет, в Широтон нам не надо. Мне бы добраться до своего имения. Ну или в любом городе по пути дать знать отцу.
— А имение располагается где?
Карина ткнула в берег реки, ну… примерно километрах в ста от ихнего Широтона. А может, двести или триста. При таком масштабе не разберешь, да и тыкнуть пальцем можно куда угодно.
— Сколько от столицы до имения? — все-таки решил уточнить я.
— Сто двадцать три лиги. И не примерно, а точно! Это прописано в дарственной от короля Карилиса Третьего, выданной моему пра-пра-прадеду.
— Ладно, — вздохнул я, решив не уточнять, насколько разрослась столица за прошедшие годы, порядок расстояний был понятен, — с этим примерно понятно. Вопрос такой. Как там у вас с… Ну, ты точно уверена, что тебя не сдали свои же?
— В смысле? — не поняла Карина.
— Ну, как у вас там дела делаются? Может, ваша аристократия — как пауки в банке, грызется друг с другом? И тебя могли подставить враги твоего отца. Он же какая-то шишка?
— Шишка? Пожалуй, — с заминкой ответила девушка.
— Тогда, если мы появимся в каком-нибудь вашем городе и заявим о себе во всеуслышание, не подставим ли себя?
— Не знаю, мне кажется, ты слишком фантазируешь…
— Ты подумай на досуге, а пока давай собираться в поход по моим делам.
Я убрал иллюзию и вышел из комнаты.
Все-таки, это очень непривычно: после лет бездействия делать выбор, чего-то добиваться и куда-то идти! Хотелось просто отдыхать и наслаждаться свободой. Но, что уж поделать, раз настояла, что будет сопровождать Никоса, значит, нужно идти. Не то, чтобы она хотела помочь в переводе или просто боялась за Никоса — чародей его уровня в обиду себя не даст, еще и ее сможет надежно укрыть. На самом деле, Карина просто боялась остаться одна: сразу вспоминалось, как в последний раз замолчал Гарцио, обрекая девушку на долгие месяцы одиночества. Теперь же она трижды пожалела о своем решении. Несмотря на экспресс-курс восстановления и воздействия со стороны Шустрика, тело еще полностью не восстановилось после освобождения. Быстро
Еле поспевая за целеустремленно идущим к своей цели Повелителем Чар, Карина всю свою волю и силу сконцентрировала на том, чтобы переставлять ноги и ни в коем случае не отстать. И пускай умом она понимала, что, если выдохнется, Никос остановится, душу все равно грызли страхи сомнений. Сосредоточившись на столь сложном деле, девушка не заметила, как ее ступня угодила в небольшую ямку плохо залатанной дороги. Осознание этого факта настигло Карину, только когда ее нос завис в десяти сантиметрах от земли, почему-то далее не опускаясь, а из ауры через Шустрика почувствовался сильный отток маны.
Посмотрев перед собой чародейским зрением, девушка с изумлением обнаружила перед собой какую-то вязь. Отчасти она походила на ту, что создают искусники, но была сложнее и выполнена в другом стиле. В ней чувствовалась какая-то элегантность, словно каждая фигура была четко выверена и максимально эффективно выполняла возложенную на нее роль. Впрочем, в нечародейском Искусстве Карина не разбиралась, поэтому возможно, что это было лишь ощущение.
— Ты в порядке? — послышался голос Никоса, и его протянутая рука помогла ей встать. Быстро осмотрев ауру Карины на предмет повреждений, Ник извинился за чрезмерно быстрый темп, спросил, не передумала ли она, и, дождавшись отрицательного ответа, уже медленнее продолжил свое продвижение к цели.
Дальше они пробирались в здание магистрата, выжидали подходящего момента, а затем Ник каким-то странным способом, с помощью своего Искусства и каких-то слов, играючи взламывал искусную защиту и расставлял сигнальные чары. В другое время все это могло быть для девушки дико интересным, но сейчас она следила за этим вполглаза, передвигаясь почти на автомате. Ее разум был всецело поглощен совершенно другими мыслями. Слишком странной и сложной была вязь, с помощью которой Шустрик защитил ее от падения. Наряду с другими фактами это говорило о том, что Шустрик — не просто сверхсложный самоуправляемый конструкт Повелителя Чар. Это нечто другое, и казалось, стоит чуть-чуть подумать, и в голове мелькнет разгадка. Поэтому Карина дотошно просеивала свои воспоминания о достижениях Повелителей Чар настоящего и прошлого в создании самоуправляемых конструктов.
И, наконец, искра догадки мелькнула в ее голове. Еще в начальные годы обучения наставник потчевал их, сырых неофитов, рассказами о Повелителях Чар и их возможностях. Позже она пришла к выводу, что это — не более чем красивые байки, нужные, чтобы зажечь в них искру желания развиваться дальше, но теперь Карина поняла, что самые необычные из этих баек на поверку оказываются правдой. В некоторых из рассказов говорилось том, что сильнейшие Повелители Чар создавали для себя так называемых «фамильяров» — полуразумных конструктов-помощников, обладающих частью знаний и возможностей своих создателей и помогающих им в наведении сложных чар. Создание такого конструкта — процесс долгий, сложный и кропотливый, порой затягивающийся на десятки лет. Чародей постепенно, год за годом, как бы раздваивает (дублирует) части своего ментального тела и ауры, выращивая в себе сложнейший полуразумный конструкт. После того, как фамильяр отпочковывается от породившей его ауры, он получает некое слабое подобие разума и часть знаний своего создателя, касающейся, прежде всего, чародейской сферы (так как обычно именно эти участки ментального тела и дублируют). Выращенный из ауры чародея, фамильяр сохраняет большое сродство с создателем, так как имеет во многом идентичные участки ментального тела, что позволяет не только давать ему приказы и легко им управлять, но и использовать его как «помощника» в наложении сложнейших чар и проклятий. Только вот из-за своей трудоемкости и сложности практика создания фамильяров особого распространения так и не получила, так как существовала весьма высокая вероятность ошибиться и сойти с ума. Куда проще завести множество учеников, которые будут на подхвате, что и проделывается большинством повелителей.