Ник-5
Шрифт:
Прокрутим события немного вперед и видим, что пресловутый разрыв слоя реальности произошел во время нападения на меня жреца. Сам жрец был слабым искусником и обычное магическое нападение, тем более таким слабым магом, я бы мгновенно отследил и принял меры. Да в общем и без этих мер слабые плетения мага мне были бы нипочем, поглощенные моей аурой, имеющей очень большую энергетическую емкость. Разумеется, если бы плетение еще не успело активироваться и проявить себя в материальном мире в виде какой нибудь гадости — огня, электромагнитного излучения или еще чего. Этого не было, однако вектор нападения явно шел от искусника. Применим бритву Окама — жрец и искусник в одном лице молился, в результате чего его аура вспыхнула, накачанная энергией неизвестного мне вида, а потом последовало нападение на мою энергоструктуру. Вывод? Этому засранцу удалось
Что знала вызванная сущность обо мне, что узнала, и почему, если эта сущность — один из богов, я до сих пор жив? В правильном вопросе содержится половина ответа. У нас несколько вариантов:
Первый — я зарядил этому божку нехило в лоб, от чего он временно ушел в нокдаун и временно потерял меня из вида. Не очень приятный вариант, потому что, если сейчас он стал приходить в себя, то быстро меня найдет и прихлопнет как муху. В то, что я так успешно попал богу в уязвимое место я вижу чистую случайность, но никак не свою мощь. Достаточно вспомнить Дронта и сравнить себя с ним, чтобы прочувствовать свою лопоухость и слабость в магическом плане. Вывод? Со мной игрались или не принимали всерьез. Просто потому, что делали это со мной не напрямую, а через жреца. Видимо, чтобы меньше тратить энергии (эта мысль тоже рождает целый пучок веточек-следствий, но сейчас они не актуальны). Но стоит богу проявиться самому — мне крышка. Этот вариант отбросим просто потому, что здесь я ничего не могу сделать. Поэтому буду исходить и других предпосылок.
Второй вариант, более интересен — в принципе все то же самое, что и в первом варианте, но следствием того, что бог вышел в реал через прокси-жреца может являться то, что он получил только тогдашние мои координаты нахождения, к которым смог привязаться и играть со мной в кошки-мышки. Я лягнул его в лоб и свалил. А утилиты отслеживания следов у бога нет. Даже если и есть, то коннект со мной был потерян и она оказалась бесполезной. Однако сейчас мы видим противоречие этим выводам — бог или кто-то из этой братии все ближе и ближе подбирается ко мне — об этом говорит рост напряжения третьего слоя реальности. Значит есть-таки такая утилита! Traceroute, мать ее…
Еще есть варианты? Может и есть, но менее вероятные… Или я просто их не вижу. Ладно, вернемся к тому варианту, который для меня сейчас является наиболее вероятным. Утилита отслеживания объекта, то бишь меня. Переведем принцип работы этого механизма в привычные мне термины. Для того, чтобы отследить объект в абстрактной сети по принципу подобной утилиты, к объекту должны вести много дорожек через какие-то промежуточные связанные узлы. Чем их больше, тем медленнее происходит поиск. Стоит где-то связи между узлами разорваться, как такой метод перестает работать. Разумеется только не в том случае, если узлы соединены между собой по принципу 'многие-ко-многим', образуя многовариантные связи и кучу альтернативных путей от одной точки к другой. Но даже в этом случае к искомой точке, в данном случаем ко мне, должна вести хотя бы одна связь. На нашем физическом уровне это значит, что кто-то должен отслеживать меня или визуально или через магические метки. Визуально вряд ли кто меня сейчас видит, магических меток на мне нет.
Поиск ведется, но по другому принципу. Наиболее вероятный вариант — по принципу анализатора слабых связей известных фактов, к которым могут относится все моменты, связанные со мной или с моим окружением. Карина? — я прикинул все варианты и отбросил их как маловероятные. Скорее всего именно я. Итак, что бог посредством жреца сумел обо мне узнать, что дает ему возможность находить меня или вычислять в пространстве, уже не имея под рукой жрецов и каких-то других способов? Мог он снять параметры моей ауры? Ведь через нее идет связь в астрал и другие слои реальности! Если не заигрался со мной, то вполне. Что еще? Ага! На этом материке нет или крайне мало людей, умеющих вызывать элементалей. По крайней
'Вероятность повторного нападения выросла до восьмидесяти процентов'.
– как будто издеваясь, влез биокомп.
Ладно, ладно. Все равно больше ничего в голову не лезет. Пока примем за основу сделанные мною выводы. А это — заблокировать ауру, чтобы не отсвечивала в астрале и вообще, чтобы я потерялся на любых слоях реальности, кроме инфосети — тут ничего не поделаешь, все объекты этого мира связаны с нею. Но по крайней мере пока (пока не разберусь) стоит ограничить использование инфомагии, чтобы я, как отражение в инфосети не отличался от других объектов резким потреблением инфоэнергии, то есть, чтобы сеть не проседала в районе моей виртуальной точки в инфосети. Второе — придется на время, опять же, пока не разберусь что почем, не использовать элементалей напрямую или научиться без бадди-компа программировать их. Кстати, воздушным элементалем и остальными, с которыми я еще, кстати, не имел дел, контактировать кажется можно — их я не ограничивал в использовании, как с земного (вот же создал себе проблему!).
'Вероятность повторного нападения выросла до восьмидесяти пяти процентов'.
Так… Действуем быстро-быстро, пока не началось!
Транспортное средство 'пузырь воздушный, магический' резко помчался вниз. Выбирать место посадки уже не было времени, хорошо хоть успели перелететь один из хребтов, коих сверху насчитывалось как минимум три. Ауру я полностью заблокировал, так что осталось временно проститься с элементалем, а для этого сначала надо сесть. Желательно, сохранив свои тушки в целости и сохранности.
— Ай! Что случилось? — прокричала мне в ухо Карина.
Вот, блин! Я совсем забыл про нее!
— Опасность! — Я освободил одну руку и прочистил пальцем ухо, в котором зазвенело от крика девушки. — Надо срочно садиться!
Конечно я не просто так бросился вниз — все-таки не хотелось приземляться где-нибудь на склоне крутой горы. Найдя более-менее пригодную площадку, что сверху было сделать не очень трудно, я направил наш болид в небольшое плато на высоте примерно полутора километров (пересекая первую гряду гор, мы поднялись до примерно двухкилометровой высоты и еще не успели спуститься). К нашей удаче, через это плато протекала совсем небольшая речка и была кое-какая растительность. Остального я увидеть не успел, когда наш шар мгновенно затормозил у самой земли, от чего резко затошнило. И судя по всему не только меня — Карина перегнувшись налево через мою руку, рассталась со своим обедом, или остатками завтрака, что там у нее было. Я тоже сглотнул неприятный ком в горле.
Тем временем наш шар перешел в энергетическую форму и стал медленно уменьшаться, а вместе с этим и мы стали опускаться на землю.
Ночь мы с Кариной провели под защитным куполом, подогреваемым изнутри магией. А вокруг, насколько это было возможно, раскинулась слабоэнергетическая сигнальная сеть. Все это я запитал от сворованных в оружейной лавке накопителей, и только убедившись, что вероятность нападения на нас к утру снизилась до тридцати процентов, при которых режим Прима-Щит отключился, я расслабился. Карина давно спала в моих объятиях, а я все думал, раскладывал пасьянс из событий и планов то так, то эдак, а он все никак не складывался в выигрышный вариант. Наконец, усталость взяла свое и я уснул тяжелым сном.
Старый искусник не запомнил, как попал домой. Вот вроде бы только-только лежал на развалинах, а потом сразу дом, а за окном звезды. И безумная усталость. Но прежде, чем расслабиться и упустить из рук сознание, Толлеус заменил ставший иссиня-черным манокристалл в своем жилете на белоснежно-полный.
Проснулся старик совершено разбитым. Ныли суставы, особенно правое плечо — холодный дождь не прошел даром. Негнущимися пальцами Толлеус выкрутил болеподавление до максимума. Опасная вещь — в таком состоянии не чувствуешь вообще ничего ниже шеи. Можно сунуть руку в огонь или отрубить ногу — и даже не заметишь этого. Но сейчас ему надо отдохнуть, а это можно сделать только без боли.