Ник-7
Шрифт:
— Связь даю на всякий случай. Например, вы узнаете что-нибудь про другие мои вещи. Точнее, меч меня не интересует — только камень. Уж отблагодарить я смогу, не сомневайтесь.
— А что, правда, что работает на любом расстоянии?
— Да.
— Кто-нибудь из искусников или чародеев может перехватить разговор?
— Нет. Тут другой принцип связи.
— Возможно обнаружить у меня это, гхм, эту способность?
— Не волнуйтесь. Ладно, мы с Толлеусом пойдем. Ни к чему злоупотреблять вашим гостеприимством.
— Постойте! Я обязан попытаться задержать вас!
— Да без проблем, — согласился я, сообразив, что сыщика будут допрашивать. Что ж, сейчас обеспечим ему алиби. Я даже еще не вышел из кареты, а он
Я покачал головой и потянул наружу старика, предварительно накинув на нас скрыт и невидимость. Отойдя за угол дома, я снял путы с охранников. Один упал, другие удержались, но тут же бросились к карете. Один склонился над Тристисом, другой вскочил обратно в седло и понесся обратно по дороге, предполагаю, жаловаться на меня в посольство. Двое других занялись прочесыванием местности. Один из тех, что занялся поисками, направился к нам. Шел он медленно, чуть согнувшись, точно ищейка по следу. Магическими способностями он не обладал, хитрых амулетов у него я тоже не фиксировал, так что понятия не имею, как он определил, где мы. Может, случайность, а может, он и в самом деле обладал уникальным нюхом — не знаю, только крылья носа у него активно раздувались. В общем, я решил не дожидаться, когда этот тип уткнется лбом нам в грудь, поэтому вызвал в памяти плетение страшного мишки, которое тут же наложил на себя, убрав скрыт. Громоподобный рык, модулированный инфразвуком, и отчаянный крик боевика. Мне показалось, что бедный служака не прыгнул, а телепортировался обратно к карете. Что ж, нечего нам тут задерживаться. Тем более что мои выходки с каретой привлекли нездоровое внимание патрульных конструктов. Сказать по правде, я с самого начала операции одним потоком сознания вел с ними дуэль — эти любопытные существа всюду норовили сунуть свой нос. А сейчас их вовсе стало неприлично много. Я повернулся и отметил бледный вид старика.
— Все в порядке. Бояться нечего.
Толлеус кивнул:
— В самом деле, чего бояться-то? В войну людей еще не так уродовало. Чародеи мастаки на такое.
— Никаких проклятий — обычная иллюзия. Ладно, пойдем отсюда, — сказал я и потянул старика в сторону центра.
— Конечно пойдем, — бормотал старик, видимо даже не осознавая, что делает это вслух, и я его слышу. — Отчего ж не пойти? А лучше побежать. Эх! Нам бы повозку сюда, а лучше моего Паучка! У него ног-то побольше будет. Если сбежим, надо бы Оболиуса отправить разузнать про голема… Да только толку-то? Кто ж его отдаст-то?
Мне бормотание старика быстро надоело. Как назло поблизости не оказалось «такси», а лететь со стариком я не хотел — еще помрет по дороге. Нести на руках, разумеется, тоже не вариант — чай, не принцесса. Услышал, как старик убивается по своему шестиногу, и это натолкнуло меня на мысль. Искусного голема я на выступлении рассматривал в деталях, даже чинил потом. Все его параметры в голове. Настройки, как вижу, у старика с собой в грудном амулете. А значит что? Правильно! Мысленно засучиваем рукава и оформляем биокомпу заказ, то бишь закладываем параметры в алгоритм расчета — свернуть несколько пологов в трубки — ножки, еще один изогнуть по выкройке для тельца, слепить все вместе, подключить дедов амулет и подать ману из своей ауры. Пара пешеходов с криками бросились в разные стороны, когда перед ними материализовался рукотворный паук. К чести старика, тот встретил появление магического голема достойно. Конечно, замолчал на полуслове и даже глаза потер, но визжать не стал и даже не вздрогнул.
Шестиног тем временем опустился на «пузо», приглашая садиться.
— Ну а что? Вполне закономерно, големы должны появляться тогда, когда нужны, иначе они становятся обузой, — ворчливо резюмировал Толлеус и, не обращая на меня внимания, забрался внутрь своей таратайки. Огляделся, попробовал, как паучок реагирует на его попытки управления. Я затаил дыхание: воссоздать
— Ну, чего стоишь? Поехали, что ли?
Я про себя хмыкнул и забрался внутрь. Старику пришлось потесниться — для двоих было маловато места, потому что я не подумал об этом сразу — взял точные размеры. Но ничего, я немного подшаманил и вполне удобно развалился на своем невидимом кресле.
— Куда едем? — спросил дед довольным тоном. Видно было, что его настроение резко подскочило.
— В Серебряное Кольцо. Там есть таверна, я покажу где, в которой я снял комнату на несколько дней. Там, кстати, твой ученик живет. В общем-то я для него и снял комнату. Не домой же его тащить к незнакомым людям. — Последнюю фразу я сказал про себя.
— Отлично! — Улыбнулся старик и, хитро глянув на меня, резко пустил голема бегом. Проверку на вшивость я прошел — не вывалился, и искусник направил своего шестинога в центр столицы, совершенно не обращая внимания на шарахающихся из-под ног жителей Бронзового Кольца.
==Ликбез==
— Ладно, старик! — Произнес я, налюбовавшись тем, как Оболиус радостно скачет при виде Толлеуса, а тот недовольно ворчит, но улыбается, и уже второй раз пытается дать мальчишке подзатыльник. — Давай переговорим, да пойду я. У меня еще своих дел выше крыши.
— Отчего не поговорить? — буркнул старик, посерьезнев, что-то переключил в своем фантастическом жилете и сел на лавку. — Не мельтеши! — Вдруг прикрикнул он на Оболиуса. — Сбегай лучше, что-нибудь пить принеси. Отвар какой-нибудь. — И, проводив взглядом сорвавшегося с места пацана, повернулся ко мне. — На всякий случай отослал мальчишку. Я слушаю.
Хмыкнув про себя, я начал говорить:
— Я какое-то время наблюдал за тобой — голем получился забавным, да и чародейские создания для меня не так интересны, как то, что сделано с помощью магии, э — э, Искусства по — твоему.
— Так это ты починил Паука? Тогда, после Отборочного турнира?
— Ну да, — кивнул я, немного удивившись, что старик меня перебил.
— Что же не подошел? Поговорили бы, как люди! — с ехидцей в голосе заметил кордосец, намекая на не самые приятные обстоятельства нашей встречи. Я почему-то подсознательно ожидал, что выстраивать линию разговора и задавать вопросы буду я. Привык, наверное, что в последнее время все, даже серьезные маги и чародеи, если не лебезят передо мной, то ведут себя крайне осторожно, не позволяя себе лишнего слова. А этот Толлеус натурально дерзит! Впрочем, спасибо ему за это — с учетом психологической деформации, которую я совсем недавно у себя диагностировал, надо меня почаще встряхивать, не давая забывать, что я обычный человек, а не Господь бог. Сделав для себя такой вывод, я обезоруживающе улыбнулся:
— Не люблю, когда люди унижаются, изливая на меня потоки благодарности. И пафос тоже не люблю. А говорить нам в ту пору было не о чем.
Старик чуть кивнул, принимая мои объяснения. И я тут же перехватил инициативу, ведь на самом деле в последнем своем заявлении я соврал: очень даже было о чем поговорить с кордосцем, у которого эмблема скопирована со знака 'инвалид за рулем'.
— Я сегодня с удивлением узнал, что мой амулет, — я продемонстрировал баддик, — долгие годы хранился у тебя. А я ведь очень расстроился, утратив его. Более того, у меня был другой амулет, который пропал тогда же и нужен мне гораздо сильнее. Рассказывай-ка без утайки все, что знаешь по этому поводу! — тон мой был миролюбив, но я старался построить свою речь таким образом, чтобы четко дать понять — лучше мне не отказывать, и уж тем более не пытаться меня обмануть.