Нимб

Адорнетто Александра

Ксавье подмигнул мне.

— Очаровательный младенец.

Дом Ксавье буквально излучал спокойствие и надежность. Еще издалека я заметила неогеоргианский особняк с аккуратной оградой, красивой дверью и нарядным крыльцом. Стены внутри были выкрашены белым, полы оказались паркетными. Роскошная передняя часть жилища предназначалась для гостей, семья же из восьми человек предпочитала «тыл» с верандой, откуда открывался вид на озеро. Перед гигантским телевизором с плоским экраном красовались кушетки с пушистыми

покрывалами. Обеденный стол был завален всякими девичьими принадлежностями, в углу стояла корзина для белья, у задней двери выстроились кеды. В противоположной стороне устроился игровой уголок — множество кукол Барби, машинки, пазлы и прочее в том же духе. На корзине развалился рыжий кот. На стене висела бежевая доска, где члены семьи писали друг другу послания.

Я вдохнула запах стряпни, услышала голоса родных Ксавье и ощутила неподдельное гостеприимство.

Ксавье привел меня в просторную кухню, где его мать энергично готовила и одновременно наводила порядок. Она вертелась, как заводная, но сразу мне улыбнулась. Сходство с ней Ксавье не вызывало сомнений — одинаковые прямые носы и бирюзовые глаза.

— Ты, наверное, Бет! — Она убавила огонь под кастрюлей и обняла меня. — А я Бернадетта. Называй меня Берни.

— Рада познакомиться с вами, Берни. Вам нужна помощь? — спросила я.

— Нечасто мне здесь предлагают такое.

Она показала стопку салфеток, которые нужно было сложить, и тарелки на сушилке. Вошел отец Ксавье. До этого он возился с барбекю, устроенным в тени белоснежных навесов в виде треугольных парусов. Высокий, с густыми темно-каштановыми волосами, в круглых, как у профессора, очках. Телосложение Ксавье явно унаследовал у него.

— Уже пристроила ее работать, — со смешком произнес он, пожал мне руку и представился Питером.

Ксавье направился вместе с ним — разобраться с барбекю. Мы с Берни принялись накрывать на стол. Я восхищалась удивительно «домашним» беспорядком. По ТВ транслировали бейсбол, кто-то громко топал по лестнице, а наверху играли на кларнете. Берни суетилась, расставляя на скатерти плоские блюда. Все восхитительно и… нормально!

— Прошу прощения, — вымолвила Берни. — Накануне мы справляли день рождения Жасмин. Полный хаос!

Меня это совершенно не волновало.

— Я же говорила, чтобы ты не трогала мои лезвия! — прокричал девичий голос.

Ксавье, который вошел со стопкой тарелок, испустил преувеличенно тяжкий вздох.

— Тебе лучше сбежать, — прошептал он.

— Бога ради, у тебя есть целая упаковка, не ной, — прозвучал ответ.

— Это мое последнее лезвие, и на нем следы жирных клеток твоей кожи.

Дверь распахнулась, и появилась девочка с перетянутыми лентой темными кудрями, в красной безрукавке и шортах из лайкры.

— Мама, пусть Клер держится подальше от моей комнаты! — с порога заявила она.

— Не заходила я в твою комнату. Ты бросила их в ванной, — заявила Клер.

— Почему бы тебе не переехать и не начать жить с Люком? — завопила

ее сестра.

— Поверь, я бы так и сделала, если бы могла.

— Ненавижу тебя! Несправедливо!

Девочка внезапно заметила меня и оглядела сверху донизу.

— Кто это?

— Николь! — резко произнесла Берни. — Где твои манеры? Познакомься с Бет. Бет, это моя пятнадцатилетняя дочь… Николь.

— Привет, Бет, — нехотя сказала она. — Не понимаю, почему ты хочешь встречаться с ним. — И она кивнула на Ксавье. — Он типичный лузер, а от его шуток вообще тошнит.

— У Николь переходный возраст, и она утратила чувство юмора, — вмешался Ксавье. — Раньше она одобряла мою искрометность.

Николь бросила на брата злобный взгляд. Появление старшей сестры Ксавье, Клер, избавило меня от необходимости изобретать ответ. Прямые волосы девушки свободно ниспадали на плечи. На ней был вязаный кардиган, черные джинсы и туфли на высоких каблуках. Несмотря на воинственное перекрикивание с Николь, она выглядела вполне дружелюбно.

— Эй, Ксавье, ты бы предупредил, что Бет выглядит потрясающе!

И Клер обняла меня.

— А по-моему, я это говорил, — ответил он.

— Твоя взяла. Добро пожаловать в наш зоопарк, Бет.

— Поздравляю с помолвкой, — произнесла я.

— Спасибо, но я пребываю в ужасном стрессе! Вчера мне, например, позвонили из обслуживающей компании и сообщили…

Ксавье ретировался на веранду. Я помалкивала. Клер болтала за двоих, рассказывая о приготовлениях к свадьбе, и я с удовольствием слушала ее. По ее словам, все шло не так. Она невольно задавалась вопросом — может, она разбила зеркало или еще что-то натворила?

На кухню вернулась Берни в поисках Ксавье. Он, с щипцами в руках, просунул голову в дверь.

— Ксавье, дорогой, поднимись наверх и приведи малышей. Они смотрят «Король-Лев». — Берни повернулась ко мне. — Это единственный способ добиться, чтобы они полчаса сидели тихо.

Ксавье скрылся в коридоре. Спустя минуту на лестнице раздались его шаги и шлепанье маленьких босых ног.

К нам ворвались Жасмин, Маделейн и Майкл. Они остановились как вкопанные, откровенно таращась на меня. Маделейн и Майкл были самые младшие — оба светловолосые, с карими глазами и измазанными шоколадным печеньем мордашками. Жасмин, которой только что исполнилось девять, оказалась серьезной голубоглазой девочкой. Длинные локоны в духе Алисы из «Страны чудес» стягивала атласная ленточка.

— Бет! — заверещали Майкл и Маделейн, выйдя из ступора.

Подбежали ко мне, схватили за руки и потащили к игровому уголку. «Нападение» явно обеспокоило Берни, но я не возражала. Еще в Царстве Божьем мне нравилось проводить время с детскими душами, и ситуации в целом были очень схожи между собой.

— Поиграешь с нами? — взмолились они.

— Не сейчас, — ответила за меня Берни. — Сначала пообедаем, а потом будете донимать бедняжку Бет.

— Я сяду за стол рядом с ней, — заявил Майкл.