Нищий
Шрифт:
— Когда приступать?
— Да хоть сейчас.
— Спасибо, тетушка Мараса, я остаюсь. — Попрощавшись с ней до вечера, я отправился за Ланкастой.
Школа фехтования, а это именно она и была, представляла собой большой манеж под крышей. Вокруг него были здания, в которых находились склады, кухня, столовая для курсантов, тренировочные залы и душевые комнаты. Как я узнал, курсантами здесь являлись молодые люди, которые хотели в совершенстве изучить искусство фехтования и рукопашного боя.
Каждый благородный господин должен был уметь: скакать на коне, танцевать, владеть хорошими манерами и самое
Хозяин школы отвел меня на кухню, где суетилась соседка Марасы, пресловутая Сарана, та выдала мне метлу, тряпку и деревянное ведро — так началась моя служба в школе фехтования Ланкасты.
Я являлся на работу примерно к девяти утра, начинал с протирания полов в зимних спортзалах, где в холодное время года тренировались курсанты, и в административном здании, потом переходил на территорию вокруг манежа — собирал мусор, подметал. Иногда приходилось ремонтировать стулья и столы, расшатанные резвыми курсантами. Меня они не замечали — как мебель. Кто я для них был? Всего лишь хромой уборщик.
Занятия в школе заканчивались около пяти вечера, курсанты расходились, я прибирал за ними, потом мог отправляться домой. Работа была не особенно обременительная, но довольно унизительная — потому, видимо, не очень-то хотели на нее идти. Но меня интересовала не сама работа, а то, чему и как учат курсантов. А учили их интересно: кроме обычных упражнений на выносливость и реакцию, очень похожих на те, что преподавали в военных училищах Земли, их тренировали владеть различными видами оружия — от шпаг и рапир до тяжелых боевых топоров. Учили также метать ножи и драться голыми руками.
В фехтовании я был полный профан, но вот в рукопашном бое и метании ножей я мог бы дать фору всем этим курсантам, и не только им — даже самому Ланкасте. Вот что у него было не отнять — он был эффективный и молниеносный фехтовальщик, биться против которого — все равно что сразу умереть. Хотя мне иногда и закрадывалась в голову мысль: в тренировочном поединке — все мастера, а вот если бы пришлось на самом деле убивать? Потом я узнал, что и это он делал, и не раз. Ланкаста выигрывал фехтовальные турниры, еще служа в армии, и прославился подвигами на войне с Аранией.
Каждый день, после того как я заканчивал собирать и подметать, а курсанты разбегались по домам, в мои руки ложилась палка, с которой тренировались фехтовальщики, и я повторял движения, виденные мной. Через два месяца я уверенно повторял все ката, удары и стойки — увы, противники у меня были только воображаемые.
Как-то вечером, когда я, увлекшись, наносил палкой удары воображаемому противнику, сзади послышался голос хозяина:
— Ты должен контролировать удар, если ты следуешь стилю, применяемому в нашей школе. Есть два способа: или ты бьешь сквозь тело противника в точку за ним, или ты до конца контролируешь проникновение в тело. Сейчас ты пользуешься имитацией легкого меча, он не предназначен для пробивания тяжелых доспехов, а значит, должен применяться с контролем.
Ланкаста
— Викор, кто ты такой? Я следил за тобой все это время. У тебя тело опытного бойца, боевые раны, но ты совершенно не умеешь владеть мечом. Мне просто интересно, не думай, что я лезу в душу. Решил поговорить с тобой. Пойдем-ка! — Он вошел на арену, взял из стойки палку, имитирующую кинжал. — Оставь меч, иди сюда. Защищайся!
Он провел несколько ножевых ударов слева направо, потом ударил в солнечное сплетение, изменяя направление движения. Я легко ушел от нападения, выбил нож и обозначил удар в кадык двумя пальцами, которые вырвали бы ему гортань в настоящем бою.
— Хорошо… а если вот так?! — Он взял два ножа и стал чертить ими в воздухе, рисуя замысловатые спирали.
Я проследил за лезвиями, вписался в один из ударов и, крутанув мастера в воздухе, отправил на песок арены приемом айкидо.
— Ого! А ну-ка с мечом!
Меч в его руках летал как стрекоза… После нескольких уворотов я пропустил болезненные удары по ребрам и голове.
— Так, складывается впечатление, что тебя учили работать только против коротких клинков — ножей и кинжалов. Бери нож!
Я взял нож, и мы сошлись с ним в ножевом поединке — клинки ударялись друг о друга, создавали в воздухе причудливые фигуры — тут я был с ним на равных и, может быть, даже превосходил. Вряд ли он в своей жизни бился на ножах с реальным противником, а я бился, и не раз.
— Ясно, тут ты мастер. А ну-ка пошли сюда! — Он отвел меня к щиту, в который метали ножи. — Бери вот эти ножи и пробуй их метнуть в цель — вот в эту фигуру человека.
Я взял несколько ножей, взвесил каждый на руке и очень быстро метнул их по очереди так, что в плечах, горле, легком, сердце и животе «человека» через пару мгновений торчало по клинку.
— Да, отлично. Странный ты уборщик. Кого ты там убирал, интересно! Фехтовать не умеешь, ножом владеешь лучше меня. Я еще тебя в рукопашном не пробовал, но почему-то кажется, что ты меня одолеешь, даже с больной ногой. — Ланкаста испытующе посмотрел мне в лицо: — Думаю, нам надо серьезно с тобой поговорить…
ГЛАВА 3
Я прошел за Ланкастой в его кабинет, там стоял огромный письменный стол с удобным креслом, в которое хозяин сразу уселся, на стенах, обитых серым шелком, висели картинки: пейзажи, какие-то цапли и болота. Там же на специальных подставках лежали два изогнутых меча в серебристых ножнах — я уже знал, что они наградные, за выигрыш в турнире мечников.
Ланкаста проследил за моим взглядом и улыбнулся:
— Да, два раза подряд я завоевывал титул лучшего мечника империи, пока не решил оставить это дело более молодым. Своего я уже добился — авторитет заработал, школу открыл, зачем теперь мне эти волнения и возможные травмы. А вот ты, Викор, чего ты добиваешься? Зачем ты пошел на эту работу? Ты же воин. Если бы не твоя нога…
— Если бы не моя нога. Вот вы и сказали ключевую фразу. Вы представляете, сколько стоит вылечить мою ногу? Нет? Десять тысяч золотых. Я уже узнавал. И кому я нужен? Я умею только убивать. Но с такой ногой даже это не могу делать как следует. Господин Ланкаста, давайте начистоту: что вы хотите? О чем хотели поговорить?