Нищий
Шрифт:
— Давай-ка я помогу, — пробасил гном. Он подошел к Карану, легко, как ребенка, вскинул его на плечо и вышел в коридор. — Пошли быстро — уже светает.
— Выходите, я сейчас кое-что сделаю.
— Только не задерживайся смотри! Нам еще из города уходить!
— Я быстро!
Я вернулся в комнату, поискал — эльфийских плащей не было, украли. Я с досадой выругался, потом перевернул труп Амалона, посмотрел в его открытые глаза:
— Прощай, учитель. Жаль, что так вышло. Прости меня, не уберег…
Затем я зашел в комнату к тетушке. Посмотрел на нее — у меня защипало в глазах…
— Прощай тетушка,
Спустившись вниз, я заглянул в подсобное помещение трактира, нашел там небольшой бочонок, по виду с крепким ромом, выбил пробку, глотнул — чуть не перехватило горло — он, ром, оказался градусов семьдесят крепостью.
— Сейчас я вам погребальный костер устрою, друзья… А эти уроды пусть служат вам в загробном мире, как у скифов принято было…
Я бормотал, сам не замечая того, что и как говорю, и поливал из бочонка углы, лестницу, стены, пол… Затем врезал бочонком о стену, разломав его, посмотрел вокруг — сорвал масляный фонарь и кинул его на пол. Едва успел убрать лицо — сзади ухнуло, и языки пламени рванулись вверх, как будто я разлил бензин. Я еще раз оглянулся:
— Прощайте, друзья… если Бог даст, свидимся. Хотя, скорее всего, нет — вам в рай, а мне в ад…
Я шагал по улице, выводящей из города, привычно опираясь на палку, хотя в ней уже давно не было никакой необходимости. Бабакан, даже не запыхавшийся под грузом раненого Карана, покосился на меня и спросил:
— Ты чего с палкой-то? Вроде не хромой, бросил бы ее к черту… или память какая?
Я молча рванул клинок из ножен — вот, мол! Бабакан уважительно посмотрел на сталь:
— Гномья работа, узнаю. Ты серьезный парень, Викор. А не расскажешь, чего они на тебя ополчились-то? И кто они такие? Мне кажется, мы имеем право знать.
Эльфы покивали, поддерживая слова гнома, я посмотрел на них и вздохнул:
— Хорошо. Вы имеете право знать, во что встряли, согласен. В общем, так: я собирался продать один очень дорогой артефакт и вышел на правительство республики с предложением купить его. Результат — вы видели. Те, кого вы убили, со слов моего спутника, являлись агентами Тайной стражи канцлера. Вот, в двух словах, и все.
— Вот так все, — хохотнул Бабакан, — этого всего хватит на все! Личный враг канцлера! Я хренею!
— Бабакан, ты будешь смеяться, но у канцлеров на меня просто лихорадка какая-то, я и канцлеру империи личный враг. Государственный преступник, понимаешь… — Я слегка улыбнулся: — Так что ты рискуешь, общаясь со мной.
— Да ничем я не рискую… мы всегда и с империей, и с республикой не очень хорошо жили. Давно ли колонисты охотились на нас и на них, — он указал головой на эльфов, — ну и мы на них, на колонистов, тоже. То, что мы поддержали республику, это просто меньшее зло против большего зла. Колонисты хотя бы от нас зависят, с нами торгуют, а эти просто воюют. Но и колонисты — не сахар. Впрочем, ты сам видел все. Мы с людьми всегда в напряженных отношениях. Спросишь, почему я тебя поддержал? Ну, во-первых, ты мне понравился. А во-вторых… и во вторых, тоже. Имею я право на свои слабости или нет? — Бабакан засмеялся, напомнив мне небольшой танк — мощный, приземистый. — Развлекаюсь я, скучно
— Бабакан, я недавно прибыл в эту страну, только вчера с корабля сошел. Ты в курсе, что скоро будет вторжение? Пиратские острова захвачены, теперь там будет база для нападения на Кардизон.
— Слышал… на побережье экспедиционный корпус империи стоит. Мы пока не вмешиваемся — колонисты слишком нос задрали, решили, что теперь и без нашей помощи выживут. Пусть попробуют. Прибегут еще, на коленях просить будут, а то все: нелюди! Бей нелюдей!.. Уроды хреновы.
— Долго еще идти? Тебе помочь? — Я посмотрел на Бабакана, решительно преодолевавшего небольшой склон.
— Не надо пока что. Скоро, часа через два, будем у входа в системы пещер. Знаешь, что отличает людей от гномов и эльфов, Викор? Думаешь, рост, уши и бороды? Нет, Викор, с людьми очень трудно иметь дело — они не держат свое слово. Сегодня с ними договариваешься об одном, завтра они говорят уже другое, послезавтра третье. Если два враждующих клана гномов заключили договор — они никогда его не нарушат. Под страхом смерти любого члена клана, нарушившего соглашение. А что же делают люди? Он творят что хотят, совершенно не заботясь о том, чтобы соблюдать соглашение. Я не знаю тебя, может, и ты такой же, но я вижу, что ты заботишься о своем товарище, что ты искренне переживал за погибших — надеюсь, что ты лучше этих колонистов.
— Бабакан, откровенность за откровенность. Я расскажу тебе, кто я такой, слушай…
Я рассказал ему вкратце, что со мной приключилось и как я попал в этот мир. Эта информация особого значения не имела, ну узнал он, что я иномирец, и что? Навредить мне как он мог? Никак. Только вот я не хотел, чтобы гном думал, будто бы я тоже из числа этих людей — колонистов и имперцев, столетиями воевавших с гномами и эльфами. Гном удивленно таращил глаза, цокал языком, молодые эльфы с жадностью ловили мои слова, их глаза аж блестели от рассказа о таком приключении, — не за ним ли они и отправлялись в город?
— Честно, Бабакан, мне все эти власти безразличны, только вот зря они трогали меня, убивали моих людей — это ведь подлость. Явно, что человек не захотел платить денег и решил сам заработать, воспользовавшись государственным ресурсом, а потому и послал агентов убить нас и взять все, что ему нужно. Я не удивлюсь, если все это обставили государственными интересами. Мол, так надо было для безопасности республики. Единственный вопрос меня мучает: участвовал ли в этом капитан Блисторн или нет? Мне он вообще-то даже понравился — честный служака, справедливый командир — как он мог пойти на такую подлость?
— Эх, Викор, Викор, — деньги многое делают. И не за такие деньги людей и гномов убивали… — Бабакан сокрушенно покачал головой.
— Бабакан, я совсем не всепрощенец. И ближайшая моя задача — раздать долги. Зря это они так…
Бабакан посмотрел на меня и хмыкнул:
— Верю, скорее всего, зря. Ну, мы пришли. Эльфята, вы как, с нами?
— Нет. Здесь мы прощаемся. — Алдан подошел ко мне: — До свидания, Викор. Мне думается, скоро увидимся. Спасибо за помощь.
— До свидания, Викор, — подал голос Виардон, — до свидания, Бабакан!