Нищий
Шрифт:
Я обратил внимание, что в воротах нет «кормушки», значит, для того, чтобы узнать, кто за ними стоит, придется открыть либо сами ворота, либо калитку. Наверху каменного забора — стальные прутья, наверняка острые как шило.
К яхте приставлен охранник, он то прогуливается по дорожке рядом с ней, то садится на скамеечку отдохнуть.
Крадусь к морю и тихо вхожу в воду — ни одного лишнего движения, всплеска или шума, только мелкие волны расходятся по тихой вечерней воде, — ни ветерка, ни малейшего движения воздуха… «Устроил бы я вам движение ветерка, — злобно подумал я. — Но мне хочется поглядеть в глаза
Белый борт яхты с золотыми буквами… Не стал читать, что там написано, — наплевать. Дождался, когда охранник отошел на дорожку прогуливаться, подтянулся и медленно перевалился — благо, что борта сзади низкие, это небольшая прогулочная яхта, — затаился под скамейкой и замер. Минуты тянулись тягостно, но и спешить нельзя — одно неверное движение, и провал.
Послышались шаги охранника — он перешагнул борт яхты. Уселся на скамейку и вздохнул, вытянув ноги.
Я медленно, как минутная стрелка, вытянул себя из-под скамейки, тихо-тихо согнулся… прыжок! Я подмял мужчину, вцепившись ему в горло и перекрыв дыхание. Он попытался крикнуть, но я правой рукой достал метательный нож и прошептал, приставив его к глазу охранника:
— Одно движение или крик, и я проткну тебе глаз, потом нож окажется в мозгу. Ты меня понял?
Он кивнул.
— Сейчас ты аккуратно встанешь и пойдешь по дорожке к воротам, потом постучишь и попросишь охранника открыть калитку. Скажешь, что тебе что-то срочно надо. Запомни: я буду рядом и, если что, моментом перережу тебе горло. Все — пошел вперед.
Охранник как деревянный перешагнул борт и пошел по дорожке, косясь глазом вбок — там, возле кустов, постриженных в различных экзотических формах, перемещался я, как огромный черный паук. Мужчина постучал в дверь:
— Максуд, открой! Мне у тебя кое-что спросить надо.
— Сдурел, что ли? — загремел засовом другой охранник. — Устав службы забыл? Вот тебя господин Гроткорн взгреет!
Калитка открылась, и охранник с яхты рванул вперед, явно с намерением укрыться во дворе, — он что-то попытался крикнуть, но упал с ножом в затылке, запрокидываясь на второго охранника. Тот вначале ничего не понял, потом заметил страшную черную фигуру с блестевшими в темноте белками глаз… Вспышка — и он с ножом в глазнице повалился наземь.
Я присел и осмотрелся — тихо. Глухое время суток — час Крысы. В этом мире, как и на Земле в Средние века, люди ложились рано, с наступлением темноты — в доме уже все спали, кроме охранников.
Я по очереди подхватил мертвых за ноги и утащил под кусты, убрав из зоны видимости. Прикрыл калитку — теперь надо было действовать быстро, иначе отсутствие охранников обнаружится и поднимется шум. Прошел по дорожке — еще два стража: один стоит у парадных ворот, второй у лестницы. Приготовился, взял два метательных ножа, два броска с интервалом в полсекунды — оба лежат мертвые. Вынул из шей ножи, вытер, вернул на место в перевязь. Оттащил трупы с глаз долой.
У входа висел масляный фонарь и тускло освещал подходы к дому.
Поднялся по лестнице, дверь открыта, большой холл, вазы, лепные украшения — охраны нет. Странно… Двинулся дальше, ступая легко, всей ступней, чтобы меньше создавать давление на поверхность, — паркет не
Беспокоило то, что я до сих пор не смог обнаружить никаких систем защиты — неужели канцлер может оказаться таким беззащитным? Где магические ловушки, где толпы охранников? Я недоумевал, но двигался вперед. Все чувства, все органы были обострены до предела. Где-то, где-то должна быть ловушка.
Шаг, еще шаг — вдруг странное чувство: не хочу опускать ногу на этот участок пола. Аж пот прошиб — вот не хочу, и все тут! Подумал, разогнался и прыгнул — перекатился, встал — нормально. Что в голову взбрело? Почему перепрыгнул — сам не знаю. Вот только я привык доверять своим ощущениям, может, потому и жив до сих пор. Наверное, там все-таки что-то было — или магическая ловушка, или замаскированный люк.
Длинный коридор вывел в большой зал — люстры, какие-то инкрустированные костью и серебром столики вдоль стен — богат канцлер — похоже, бальный зал или что-то подобное. Высоченные двери — открыл, аккуратно выглянул… и чуть не напоролся — мелькнула сабля охранника, я чудом ушел от удара — метнул сразу два ножа — один он отбил, второй воткнулся ему в шею, охранник захрипел, выронил саблю и упал. Ну кто мог знать, что возле дверей стоит пост охраны? Он так притаился… Подобрал саблю, взял в правую руку — убитого убирать с дороги не стал, теперь уже слишком наследил, некогда.
Вперед, только вперед! Где искать канцлера? Где его спальня? Где больше охраны, там и он — так думается. В глубину дома… Нужен «язык». Выглянул из-за угла — двое стражников. Один стоит на месте, второй идет сюда… высовываюсь, хватаю его и придушиваю захватом, — обмяк, упал. Второй идет проверить, куда пропал первый, — бросок ножа — мертвец. Пока все идет нормально. Прежняя схема — зажал рот придушенному мужику, лезвие ножа к глазу:
— Покажи, где спальня канцлера! Покажешь? Без шума, иначе прирежу… — Нож к горлу охранника, прикрылся им, иду вперед.
Через метров двадцать показывает глазами — вон там. Рванул ножом по горлу — опустил булькающее кровью тело на пол.
Дверь в комнату — большая, крепкая. Заперта или нет? А зачем ему запирать? Если надо вызвать слугу — что, каждый раз отпирать засов, чтобы впустить? Охранников туча — вряд ли запирается. Проверим… Толкнул слегка — подалась без шума и скрипа. Вхожу в темную комнату — большая постель под балдахином посреди зала. Один спит или нет? А тебе не все равно? Валить придется всех — меньше шума будет… вот только неприятно. Присмотрелся — один. Больше никого нет.
Мужчина, лет сорока с небольшим, крепкий, сопит, выводя рулады носом. Не спросил описания у капитана — он, не он? — да ну, скорее всего, он. Сейчас спросим… Схема отработанная: мужика за горло, придушил, связал, кляп в рот. Похлопал по щекам — открыл глаза, силится что-то сказать, мычит.
— Сейчас я выну у тебя кляп изо рта, и мы будем разговаривать. Любое движение, крик — я тебя убиваю. Мне достаточно будет, если я тебя просто убью. Все, вытаскиваю кляп. Ты Гроткорн?
— Я Гроткорн! Как ты посмел?! Кто ты такой вообще? Ты понимаешь, что влез в дом к первому лицу государства? Тебя теперь будут преследовать по всей стране! — Физиономия мужчины исказилась от ярости. — Сейчас же развяжи и сдайся!