Ночь Пса

Иванов Борис Федорович

– Это как бы плоды этого «дерева»... – увлеченно продолжала Энни. – Они почти изолированы от своих «веток»... Обмениваются с ними только информацией... Приспособлены существовать в обычном пространстве – на поверхности некоторых планет, где есть подходящие условия. Но вот размножаться, как обычные обитатели пространства, они не могут. У них – все по-другому... Под действием каких-то

соединений – вроде тех, что содержатся в хвое сосны Мураямы, – они возобновляют обмен энергией с материнским организмом. Это у них сначала вызывает глубокий шок, транс – их можно принять за мертвых, а затем это «плодовое тело» тедепортирует себя в несколько разных мест одновременно... И возникает несколько уменьшенных по массе его копий... Это с нашей точки зрения. А с их – происходит разветвление такого четырехмерного щупальца, протянутого в трехмерное пространство... Все эти шесть малышей, которые морочили вам голову, это все проекции одного и того же организма в наши измерения... Но при этом организм этот теряет ориентацию и на какое-то время становится беспомощным... Ему требуются уход и забота...

– Выходит, что они не случайно сошлись на Прерии, – спросил Ким, – «призрак», «червь» и Адельберто Фюнф? «Призрак» использовал Мепистоппеля, чтобы размножиться и победить «червя»?

Энни пожала худенькими плечами и вдруг махнула рукой:

– А бес с ними! Поцелуйте лучше меня на прощанье, Агент. Имеете право – как-никак спасали мне жизнь... Когда еще встретимся...

* * *

До ступеней эскалатора они дошли молча. Потом Ким вспомнил:

– Вы не склеили трон вашего Невери? Несуществующего бога счастья? Энни улыбнулась:

– Придется заказать новый талисман. И освятить его. Но это уже где-нибудь на Квесте... Не удается мне надолго задержаться ни в одном Мире...

Девушка поежилась. Ей и в самом деле показалось сейчас, что громадные каменные шары планет стряхивают с себя почти невесомую плоть спецкора «ГН» и отправляют ее все в новые и новые странствия...

– Возьмите это на память... Пусть позаботится о вас до той поры... И вообще, говорят, эта штука помогает... – Ким протянул Энни старый как мир талисман – кроличью лапку

на цепочке с кольцом для ключей.

Та подкинула ее на ладони и снова улыбнулась грустной улыбкой.

– Спасибо. Надо и мне оставить вам что-то на память.

– Это будет неплохо. – Ким тоже улыбнулся чуть-чуть через силу. – У меня собирается целый музей на память о Прерии... Комиссар Роше положил начало экспозиции – забыл свою шляпу у меня в машине... Ни за что не отдам.

– Знатоки будут устраивать паломничество к этому предмету. Будьте уверены, – заверила его Энни. – Но я не стану дарить вам головных уборов...

Она достала из сумки и протянула Киму небольшой потрепанный томик.

– Книга – лучший подарок, Агент... А такая – особенно. Настоящая книга – на бумаге. Напечатана в двадцатом веке, в начале... Фамильная реликвия... Отец меня по ней учил читать. А я по ней гадаю на прошлое...

– Как это гадают на прошлое? – спросил Ким, вертя в руках бумажный кирпичик.

– Да так же, как и на будущее... Загадываешь страницу и строку. Или просто открываешь наугад. И читаешь. Надо только спросить Судьбу не о том, что с тобой будет, а что это с тобой было... Это иногда очень важно бывает понять – что на самом деле с тобой случилось. Даже важнее того, что будет потом... А на будущее гадать я не люблю. Лучше пусть все будет неожиданно – ненависть, любовь, жизнь... И смерть... Когда захочешь... Когда что-нибудь у тебя, в жизни закончится... совсем... Открой наугад и прочитай. Поможет...

Она ступила на эскалатор, и бегущие ступени понесли ее вверх – в пределы таможни и санитарного контроля. А дальше ее ждал гром разгонных движков шаттла и немая тишина межзвездной бездны. 3а секунду до того, как темное жерло поглотило легкую фигурку, Энни сложила руки в молитвенном жесте предков.

«Оммани-падма-хумм...»

Ким повернулся и зашагал к стоянке. Что-то закончилось в его жизни. Совсем. Пора было гадать на прошлое.

Он наугад открыл книжку, опустил глаза на страницу и прочел: «Мы с тобой одной крови, ты и я...»

Расплавленная сталь восхода залила горизонт.