Ночь Пса
Шрифт:
«Как он-то уцелел, Господи? – подумал Ким. – Впрочем, им везет, пьяным. Ни Бог их в рай не пускает, ни Черт к себе не забирает... Должно быть, просто застрял в той чащобе дикой вместе с псиной своей... А вот господину Сарроту и его людям повезло меньше – до самого конца пролетели, надо полагать... Только что там было, в конце пропасти этой?»
– Судя по тому, что творится в эфире, – сообщил майор Свирский, – в Столице все стоят на ушах... Думаю, не только там. Мы были свидетелями настоящего микроколлапса... Неужели «призраки» действительно способны на такое?
–
Смотрите, как изменилась местность...
Теперь, когда облака пыли начали рассеиваться, в свете ярких мини-лун Колонии, невозмутимо продолжающих свое вращение в потревоженном гравитационном поле Прерии, стал виден ставший неестественно близким противоположный берег Реки. Ким только сейчас понял, что не стало огромного куска Поймы. В Тартар ушла Чертова Лысина.
Пер присел рядом с Тором. Тот колдовал над лишившимся сознания Гопником. Так и не взятый под арест Мепистоппель о чем-то толковал с постепенно трезвеющим Тони, неспешно разводя костерок. Подсевший к ним академик вовсе не смотрелся в этой компании инородным телом...
– Ты думаешь, он не успел уйти? – спросил Пер. – У него было время, если... Я не верю, что Харра втянуло в Тартар. И что эти... могли с ним справиться, тоже не верю...
Тор поднял на него отрешенный взгляд и впервые после того, как на них обрушился коллапс, заговорил:
– Пока я не видел его мертвым, он жив. Харр жив для меня... Ты знаешь – это наш закон... Он всегда будет... всегда будет где-то рядом...
Пер вяло улыбнулся. Поднялся. Пошел в темноту. Потом остановился, рассеянно похлопал себя по карманам и вынул свисток. Коротко помолился – не своему богу кальвинистов, а так – Богу вообще – и поднес свисток к губам. Сзади него Тор вздрогнул, восприняв неслышимый звук. Но не сказал ничего.
Они оба долго слушали тишину. Пер снова поднес свисток к губам. Но не успел дать повторный сигнал: над Поймой разнесся тихий, словно рыдающий вой...
Естественно, Тор первым достиг цели. И разумеется, ни до чего, кроме Харра, ему дела не было. Он склонился над Псом и принялся торопливо объясняться с ним, одновременно врачуя глубокую рану слева на шее. Харру вообще досталось основательно – рассечено ухо, лапы разодраны в кровь. Сам он был мокрый и предельно вымотанный. Рядом, словно перед иконой, застыл, прижавшись к земле, не обращавший никакого внимания на посвистывания хозяина Бинки. И еще какой-то пес, явившийся из темноты, невероятно шелудивый, с порванным ухом. А чуть поодаль на траве сидела и пыталась плечом счистить кровь и грязь с разодранной щеки тонкая, угловатая китаянка... Быть в центре событий было все-таки очень характерно для Энни. Ким присел рядом и стал помогать ей как мог.
– Да снимите с меня эти чертовы наручники! – сердито распорядилась девушка. –
– Он разделался с мерзавцами? – спросил запыхавшийся Пер, кивая на Пса. Густавссон почти вместе с Кимом подоспел к этому странному кратеру на вершине горы хлама, образовавшейся на том месте, где пространство сомкнулось над Чертовой Лысиной.
– Нет, – ответил Тор. – Он почувствовал, что будет... это. И бросился в воду. Ушел подводным туннелем. Так что те люди... и нелюди... они живы и здоровы – там, в Тартаре... Если там можно остаться живым и здоровым...
«Господи, да там больше километра под водой, туннелем, если судить по схеме Пера...» – подумал Ким. Но уже не смог заставить себя удивиться чему-либо еще...
Зато академик и Мепистоппель были поглощены совсем другим. На самом дне кратера, который охранял раненый Харр, еле заметные, почти погасшие, лежали, прижавшись друг к другу, словно щенята, все шестеро «пушистых призраков»..
– Дьявол! Надо уходить отсюда как можно скорее! – с тревогой воскликнул Свирский, разглядев, на что засмотрелись двое специалистов по неземным созданиям. – Пусть ими занимаются саперы...
– Ни в коем случае! – возмутился Аркадьев. – Их необходимо покормить и доставить в город. Теперь это просто обычные живые существа... Нуждающиеся в пище и в уходе...
– И никаких саперов! – гневно добавил Адельберто. – Это – моя законная собственность!
ЭПИЛОГ
Небо над Космотерминалом могло сравниться только с творениями древних живописцев. «Что-то из Рериха...» – определил для себя Ким, рассматривая диковинно завитые облака, окрашенные восходящим светилом в гамму невероятно чистых тонов. Но саму Звезду все еще скрывал горизонт.
– Я же говорил, что рассвет будет прекрасен! – воодушевленно констатировал господин секретарь.
– Я думаю, – Агент позволил себе толику добродушной иронии, – он вам таким представляется в свете благополучного завершения приема столь важного Гостя.
Лино господина Азимова омрачилось.
– Относительно благополучного... Относительно... сказал бы я... Хотя вы очень выручили нас и Федерацию, господин Яснов. К вам в этом отношении претензий быть не может... Тем не менее успех визита господина Оружейника весьма сомнителен. Господин Толле сомневается, может ли он доверить свои знания столь ненадежным партнерам... Господин Торвальд вынесет этот вопрос на обсуждение Круга Оружейников Чура...
– Он так_и выразился в беседе с Президентом? – поинтересовался Ким.
– Не думаю... – Секретарь пожал плечами. – Политесу он все-таки обучен. Но вид у Всенародно Избранного после беседы с Гостем с глазу на глаз был прекислый... Да и пресса находится в состоянии некоторого... э-э... помрачения. Добро, понимаете ли, не то чтобы восторжествовало, а зло – не то чтобы наказано...
– Кстати, о наказании зла... – вспомнил Агент. – Надеюсь, слово, которое Президент дал в отношении господ Пайпера и Фюнфа...