Ночной кошмар
Шрифт:
Дин протянул девушке одну из визиток:
– Вот мой номер. Если что-нибудь – хоть что-нибудь – странное случится, звони мне.
– Хорошо, агент ДеЯнг.
– И неважно, насколько безумным это покажется. Звони.
– Позвоню, – пообещала она. – Спасибо. Вам обоим спасибо.
Коротко улыбнувшись, Люси подошла к полицейскому автомобилю и постучала в стекло. Открыла дверь, поколебалась немного и, оглянувшись и махнув на прощание, забралась на пассажирское сиденье. Там она легонько толкнула отца, чтобы прогнать с его лица упрямую насупленность.
Отвлекшись
– Ты думаешь о том же, что и я.
– Ага, – отозвался брат. – Она следующая.
ГЛАВА 15
В нескольких кварталах восточнее Винчестеры подъезжали к дому, около которого стояло дерево-убийца.
– Я тебе не говорил, как здорово, что ты вернулся? – улыбнулся Дин. – Настоящий ты.
– Что?
– Сэмми с душой, – объяснил Дин. – Ты был добр к ней.
– К Люси?
– Наверное, для тебя неудивительно. Я знаю, что ты не помнишь, каково было… Каким ты тогда был. Но, чувак, это как небо и земля.
Сэм задумчиво кивнул:
– Ты прав. Я не помню, что был другим. Черт, я вообще не помню, что исчезал куда-то. Наверное, это как после комы очнуться. Все жили себе и жили, а я… на паузе. В смысле, эта часть меня. Но в каком-то смысле ощущение, будто я выздоровел после долгой болезни. Приятно стать прежним.
С обочины Чейни-лэйн, где Дин припарковал «Импалу», казалось, что кто-то убил дерево: большой дуб лежал посреди улицы – выкорчеванный с корнями, перегородивший дорогу транспорту. Рядом стоял автомобиль муниципальной службы с желтой мигалкой. Водитель обвязывал веревку вокруг верхней части ствола, чтобы потом убрать дерево с дороги, а несколько соседей стояли перед домами или в дверях, и молча наблюдали за ним.
– Это дерево убило человека? Как в треклятом «Дне Триффидов»[1]?
– Если верить Джеффрису, – подтвердил Сэм. – Ветка разбила окно на втором этаже и нанизала Макса Барнса.
– И поэтому они дерево прикончили? – спросил Дин. – Как бешеную собаку?
– Чувак, это все, что мне известно.
– Гроза была не настолько сильная, – продолжал Дин. – Разве что молния?
– Никаких следов удара.
– Может, водитель в курсе?
Не успев подойти к шоферу, Дин заметил кое-что странное. Дерево вышло из земли, и корни его не были повреждены. За хитросплетением их виднелись комья земли и камни, причем след вел к боковой стене дома под номером 109. Большая дыра в земле напомнила Дину неуклонно расширяющийся провал, в котором он побывал чуть раньше. По крайней мере, эта дыра не увеличивалась в размерах. Пройдясь взглядом по стене, он увидел разбитое окно, осколки стекла в котором были запачканы кровью.
– Комната мальчика, – проговорила женщина из соседнего двора, нервно покусывая ноготь на большом пальце. – Но это не он.
– Простите? – переспросил Дин.
– Вы из полиции?
– ФБР. А вы?
– Барб, – представилась женщина. – Барб Хенн.
– Вы знаете, что тут произошло?
– Макс Барнс, отец, был убит. Нелепица
– Нелепица?
– Видно, его убила ветка дерева через окно комнаты сына. Это я и имела в виду, когда говорила, что комната принадлежит мальчику, но сам он не пострадал.
– И что было до… происшествия?
– Когда началась гроза, я смотрела телевизор с дочкой.
Она указала в направлении дома, и Дин увидел там девочку-подростка, которая стояла в дверях, скрестив на груди руки и прислонившись к косяку, на котором – над звонком – была прикреплена черная лента. Девочка, заметив его взгляд, помахала, и Дин с улыбкой кивнул ей. Потом повернулся к матери:
– Продолжайте.
– Ветер был очень сильный, но я особо не замечала. Меня больше волновало, что электричество могут отключить. Его, кстати, и отключили. Ненадолго.
– А дерево?
– Я слышало, как оно хлестало ветвями по сайдингу, но… – она пожала плечами. – Ничего необычного при таком-то ветре. А потом я услышала звон стекла.
– Вы вышли на улицу? Выглянули в окно?
– Только, когда Мелинда – бедняжка миссис Барнс – закричала. Я подумала, что с ее мальчиком, Даниэлем, что-то приключилось, и посмотрела в окно. Чего-то не хватало. А потом я вдруг сообразила, что дуба нет. Весь бок ее дома был виден, – женщина с недоверием покачала головой. – Ясное дело, я выскочила на улицу и только тогда увидела дерево.
– Как сейчас?
– Нет, – отозвалась женщина. – Оно стояло! Вертикально. Ну, какой-то миг. А потом медленно наклонилось и упало. Как такое возможно? Торнадо, конечно, может вырвать дерево, но торнадо здесь не было. И потом, кроме окна, все осталось целым… в смысле, если Макса не считать.
– Может, какой-то необычный участок грозы.
– Нелепица, – повторила она. – Вот незадача. Я понимаю, что они чувствуют: сама мужа в пожаре на фабрике потеряла.
– Мои соболезнования.
– Спасибо. Мы с Николь помогаем друг другу.
– А вы видели жерт… Макса Барнса?
Женщина помотала головой:
– Парамедики снесли его вниз, но тело было полностью закрыто. Тогда-то я и узнала, что он… бедняга.
– А мать с сыном? Где они сейчас?
– Уехали в одной из полицейских машин, – бросил через плечо Том Каффи, муниципальный работник, который как раз возвращался к своему грузовику.
– Дать показания?
– Нет, она здесь показания дала. Хотела, чтобы мальчика осмотрели. Она сама была в истерике, но парнишка выглядел еще хуже. Вел себя, как робот.
– Шок.
– Ага, – Каффипокивал в знак сочувствия. – Черт, в таком возрасте видеть, как папашу в собственном доме убило… Представляете?
– Вы видели рану?
– Лично нет, – он забрался на сиденье. – Но я слышал, что ветка ему грудь насквозь пробила.
– Во время грозы?
– Так я слышал.
– А ветка все еще на дереве?
– Ее отпилили для полиции, – ответил Каффи. –Улика.Или типа того, не знаю.
– В городе случалось что-то подобное?
– Шутите? Не думаю, что подобное вообще хоть где-то случалось.