Ночной кошмар
Шрифт:
– Дин.
– Сэм.
– Пока все чисто.
– А будка с инструментами?
– Заперта.
– А сзади?
Сэм пошел вдоль левой оцинкованной стенки, Дин – вдоль правой. При свете стала видна узкая щель за сарайчиком. Но не настолько узкая, чтобы не смог спрятаться человек. К тому же, этот участок заднего двора был самым темным. Сэм вышел из тени постройки, чтобы приблизиться к щели издалека, и тут услышал скрип металла над головой. Он вскинул взгляд, подняв одновременно фонарик и пистолет: на крыше виднелась громоздкая человеческая фигура. Металл еще раз протестующе скрипнул, а в следующий момент крупный мужчина бросился
***
Алден Вебб с трудом выкарабкался из беспокойного сна и несколько мгновений таращился в потолок, пытаясь вспомнить, что именно ему снилось и почему это его так расстроило. Потом его сознания достиг громкий настойчивый стук в дверь. Свет от работающего телевизора мерцал на потолке, выхватив странную пульсирующую тень, которая исчезла, когда Вебб окончательно пришел в себя. Стряхнув сонное оцепенение, он вытряхнул себя из постели и сгреб из шкафа халат.
– Минуточку! – крикнул он, хотя гость едва его расслышал.
Он распахнул дверь и увидел полицейского с приподнятой рукой, как будто тот намеревался продолжать стучать – по лицу Вебба, если понадобится.
– В чем дело, офицер… – он пригляделся к бейджу. – Джаррет?
– Меня отправил шеф Куин, потому что вы не отвечали на звонки.
– Я не слышал, – Вебб подивился, насколько крепко спал, что пропустил достаточно звонков, чтобы заслужить личный визит одного из людей Куинна. – А что случилось?
– Нам сообщили, что в городе разгуливает заключенный из особо опасных, – объяснил Джаррет. – Рагнар Барч.
– Не может быть. Кроме того, мне бы сообщили о любом инциденте… «А что если я и этот звонок проспал?» Сейчас же позвоню.
– Нет необходимости, – остановил его Джаррет. – Ложная тревога. Заместитель докладывает, что Барч в камере. Но так как вы не отвечали на звонки, шеф Куинн решил, что нужно проверить, что с вами.
– Разумеется. Спасибо. Но все в порядке. Я спал. Очень крепко, наверное, раз не слышал телефона.
– Спокойной ночи, сэр.
После ухода полицейского Вебб запер дверь и, покачав головой, проговорил вслух:
– Ложная тревога? Скорее похоже на преднамеренный ложный вызов.
А он-то думал, что, наконец, достиг взаимопонимания с горожанами. Да, им не нравилось, что поблизости стоит тюрьма, но Вебб ни разу не проштрафился и по прошествии времени начал надеяться на мирное совместное существование. Напрасные мечты, видимо. Ложные вызовы сейчас в моде – очередная форма пассивно-агрессивного протеста от недовольных.
***
Сэм откинулся назад и надавил на спусковой крючок, а сверкающее лезвие начало по дуге опускаться к его шее. Раздался выстрел, и заряд достался листовому металлу: воплощение Мясника Барча исчезло за момент перед тем, как пуля покинула пистолетный ствол. Дин выскочил с другой стороны, выставив перед собой оружие.
– Сэм? Все нормально?
– Нормально, – Сэм потер шею. – Барч наскочил на меня и исчез.
– Ты его хорошо рассмотрел?
– Только тесак, – Сэм с помощью брата поднялся. – Мне хватило.
– Попал в него?
– Нет, – Сэм подобрал с травы фонарик. – Растаял в воздухе еще до того, как его пуля достала.
– Хозяйке будем рассказывать?
– Только если она выстрел слышала. Едва ли он вернется сегодня.
Приближался рассвет. Дин завел «Импалу» и решил, что пора на боковую. До отеля оставалось буквально несколько
– Еще одну прогулку сдюжишь? – повернулся он к брату.
– На швейную фабрику?
– Адрес знаешь?
– Должен быть в истории посещений, – Сэм, перегнувшись через сиденье, вытащил из сумки ноутбук и включил его. – Если верить тому, что я читал, от нее немного осталось.
– Ты же говорил, что там хотели мемориал делать?
– Ну да.
– А значит, что-то там есть, – заключил Дин. – В комнате слон, и давай не будем его игнорировать.
Городская компания по пошиву одежды располагалась на западной окраине города, меньше чем в километре от места нападения тарантула. От здания из красного кирпича осталось немного. Когда Дин припарковался напротив того, что когда-то было входом, даже в холодном свете уличных фонарей здесь не покидало ощущение темноты. Он вышел из машины и принялся разглядывать бывшую фабрику, пытаясь прочувствовать, что она из себя представляет. Руины окружала колючая проволока, но участки ограды там-сям свалились или были готовы упасть. В одном месте это выглядело так, будто по ограде проехался бульдозер, но не завершил дело. Ее пронизывало столько желтой сигнальной ленты со словами «ОПАСНО!» и «НЕ ПОДХОДИТЬ!», что Дину стало интересно, а не лента ли удерживает всю конструкцию в вертикальном положении.
Большая часть почерневших от огня и дыма стен была почти нетронута, но крошилась сверху; крыши не было: она обвалилась внутрь, а левая стена представляла собой чуть ли не груду покореженных кирпичей. Здание умерло – опухоль на ландшафте, физическое воплощение шрама на коллективном сознании города. Что-то, что горожане не желали отпустить. Но виновато ли оно в происходящих в городе странных явлениях?
Захлопнув багажник «Импалы», вооруженный ЭМП Сэм присоединился к брату.
– Готов?
Дин кивнул.
Подойдя к зданию, он заметил деревянный знак, указывающий на тропу, ведущую к месту, где некогда находились двери. Медная обшивка знака потускнела от времени, покрылась зеленым налетом, но Дин сумел разобрать выгравированные на металле слова: «ШВЕЙНАЯ ФАБРИКА КЛЭЙТОН-ФОЛЛЗ. Осн. 1898».
– Смотри, – Сэм указал на основание знака.
Две одинаковые опоры были окружены букетами еще свежих цветов. Дин махнул в сторону открытого входа, где лежали еще букеты и несколько плюшевых медведей. Само место происшествия навещалось не так оживленно, как мемориал, но посетителей хватало.
– Альтернативный памятник.
– Это место никуда не годится, но его отказываются сносить.
– Есть что-нибудь?
Сэм включил ЭМП и поводил им туда-сюда, пока они проходили в здание:
– Пусто… пока.
Дин задрал голову на возвышающиеся вокруг стены и открытое небо:
– Смотри, чтобы кирпич не прилетел.
– Чего?
– Мы каски забыли.
Свет с улицы не мог разогнать мрак в здании. Дин обнаружил, что голову лучше держать опущенной: идти было небезопасно. Пол покрывали кирпичи, обугленные балки, частично расплавленные или переломанные швейные машинки. Сломанные столы и останки металлорежущих станков мешали двигаться. Почерневшая потрескавшаяся лестница, которая когда-то присоединялась к перегородке, вела в никуда, потом обрывалась. Луч фонарика спугнул жующую что-то крысу, и та метнулась в другую сторону. Сколько Винчестеры не ходили по руинам, ЭМП молчал.