Норильск-79
Шрифт:
– Да сколько раз я вам говорил, что шулер он прожженный. Клейма на нём ставить негде.
Паша встал на защиту Евгения:
– Да не возводи ты напраслину на человека. Ты на него злишься, что он не из нашего круга. А он – нормальный парень, весёлый. Я с ним первый раз, что ли, играю? И ни разу его никто за руку не ловил.
Бригадир не сдавался:
– Ага. И ни разу у него никто не выиграл. Вот, чтоб всем так везло.
– Да выигрывал я у него, – в сердцах воскликнул Паша.
– И я выигрывал, – сказал Иван.
– И я – тоже, – подключился к разговору
Бригадир улыбнулся, развёл руками:
– Ну, и где они, эти ваши выигрыши?
Ответ был от Вовы:
– Сергеич, я ж тебе вчера говорил, что остановиться вовремя надо было.
– Ну, и кто б вам дал остановиться, да ещё и уйти с выигрышем? – спросил бригадир.
– А кто б нам помешал? – спросил Паша у бригадира.
Сергеич замотал головой:
– Совсем вы жизни не знаете, – посмотрел на них хитро, потом спросил, – А Колян-то – боксёр, на кой там? – ещё сделал паузу и продолжил – Сам не играет, а всегда при Евгене.
Паша понял, что Сергеич намекает на то, что Колян при Евгене, вроде бы, как для защиты. Но Паша не хотел верить в это:
– Да Колян классный мужик. Мы с ним в одной общаге уже сколько! Как свои. И в кабаке вместе зависали.
Алексей в карты не играл и решил принять сторону бригадира, поэтому сказал Паше с подковыркой:
– Ага, только за разными столиками.
Над Пашей посмеялись, а бригадир был рад поддержке и добавил:
– Никакой он тебе ни свой. Он Евгену свой, – сделал паузу. И, глядя в глаза Павлу, жёстко добавил, – И, если что с Евгеном не так пойдёт – он тебя, не раздумывая, по стенке размажет.
Бригадир встал из-за стола и начальственным тоном произнёс:
– Кончай чаи гонять. Работать идём по-стахановски. Надо Пашке, Вовке и Ваньке проигрыш отработать и, чтоб ещё на следующую игру хватило. Да, Иван?
Вкалывали, действительно, по-стахановски. Работали парами на разных этажах. Викторов был в паре с Пашей. Когда подошло время перекурить, они отошли вглубь здания, подальше от оконного проёма, туда, где не задувал ветер. Поставив друг на друга, валяющиеся под ногами кирпичи, парни присели на них. Паша достал пачку сигарет, протянул Викторову.
Викторов отказался:
– Нет, спасибо. Я ж не курю.
– Ах, да. Не привык я ещё. У нас в бригаде до тебя только Иван не курил.
Викторов никогда раньше не сталкивался с карточной игрой на деньги. Как-то, вообще, отвело его в жизни от плохой компании. А теперь в Норильске его многое удивляло. Особенно, его вчера удивило, что, оказывается, в нашей стране среди обычных советских граждан запросто встречаются бывшие пособники фашистов, и никто их ни в чём не упрекает. Более того: их оправдал суд, заменив смертную казнь сроком, их оправдывают сами люди тем, что было такое время. И теперь вместе ними живут, работают, выполняют и перевыполняют план, пьют за одним столом водку, отмечают вместе с ними праздники и роднятся с ними.
Удивило его, как легко здесь относятся к деньгам, особенно-то, их не считая. Запросто сотнями и пропивали, и проигрывали, а, ведь если б он после института устроился на
Василию было интересно узнать ещё что-нибудь про карточную игру. И он опять завёл разговор:
– Паша, я всё-таки не пойму, что там бригадир про шулера говорил?
Паша попытался разъяснить новенькому:
– А ему откуда знать? Делать нечего – собираемся поиграть. По его понятию: каждый, кто выигрывает, тот и шулер. Вася, тут же не все до денег жадные, хоть и приехали, вроде бы за длинным рублём, да только длинный рубль он для того и нужен, чтоб красиво его потратить. Кто-то его на спальный гарнитур потратит, на люстру хрустальную. Другие, вон, – пиво летают попить в Красноярск, а то и в Москву. Я, кстати, тоже летал.
Паше было приятно похвастаться таким куражом перед новым человеком. Он сделал паузу. Подумал, что Викторов удивится тому, как здесь лихо тратят бабки, и начнёт восхищаться Пашей. Но Викторов отнёсся к этому достаточно спокойно. Хотя на самом деле Викторов был этому удивлён, но не хотел предстать перед Пашей «деревенской оглоблей» с материка. Паша немного обиделся, что Викторов пропустил его хвастовство мимо ушей, но тоже решил не подавать виду, чтоб Викторов не подумал, что для Паши это какая-то редкость.
И уже без всякой похвальбы Паша продолжил:
– А, вообще, я люблю картишки покидать. Ну, с Евгеном мне не везёт, за то с другими везёт. Так, вот, от того и азарта больше становится, чтоб с Евгеном поиграть. Ну, и деньги с ним уже другие на кону стоят.
Паша заметил, как внимательно Викторов его слушает и спросил у него:
– А ты-то, Василий, не игрок у нас случаем? А?
Паша подмигнул Викторову.
Викторов, действительно, слушал очень внимательно, но ответил шутливо:
– Да нет. Как-то не привелось с настоящими игроками встретиться, вроде тебя.
И Викторов тоже подмигнул Паше.
Паше подумалось, что Викторов компанейский парень и было б хорошо с ним подружиться:
– А то смотри, будет желание – соберём компанию. С нами скучно не будет.
Василию хотелось поскорей влиться в городскую жизнь, но и обещать ничего не хотел:
– Да я ещё денег таких не заработал, чтоб проиграть не жалко было. А по мелочам не хочу размениваться.
Паша тоже особо не настаивал:
– Ну-ну. Давай, дозревай для хорошей игры.
Глава 5
Михеев имел замашки барина. Вся квартира у него была обставлена под старину. Благо, квартира это позволяла. Дом был сталинской постройки, и квартиры в нём были полногабаритные с большими комнатами и кухнями и с высокими потолками. Окна в михеевской квартире были занавешены бардовыми портьерами с большими кистями. Посреди просторного зала стоял круглый стол, а вокруг него – венские стулья.
Ещё у Михеева был мужской атласный халат до пят, который он за большие деньги приобрёл у костюмера с Ялтинской киностудии во время отпуска. Михеев любил надевать на себя этот халат для понта. Обычно, это было, когда каталы тащили ему бабки, или, когда он развлекался с бабами.