Ноттингем
Шрифт:
– Да, – отвечает он, не отводя от меня взгляд. – Я могу отменить все, если ты вдруг…
– Нет-нет, – я вскидываю ладони. – Я пришла только отдать шоколад, а в придачу еще и получила моральную поддержку. Так что я в плюсе.
– Райлс.
Ох, черт, наверняка Сойер думает, что я расстраиваюсь из-за слов Кинни, а не из-за того, что губы Мишель сегодня могут получить то, о чем я мечтаю уже очень давно.
– Мне пора, нужно заскочить в «Костко» и купить топинамбур.
– Топинамбур? – озадаченно повторяет он.
– Да. Почему все переспрашивают? Все
Мишель взмахивает в приветствии, и я машу в ответ. Под ее расстегнутым блейзером виднеется топ лаймового цвета, и от этого моя приветственная улыбка становится лишь шире.
– Отличный выбор. – Проходя мимо, я указываю на топ. – Это его любимый цвет.
– О, правда? – Она касается кончиками пальцев круглого выреза на груди.
– Да-да. – Оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Сойера, который лишь с улыбкой покачивает головой. – Его возбуждает лайм.
Несмотря на то что у Сойера свидание с Мишель, я возвращаюсь домой в хорошем настроении. Разговор с ним слегка отрезвил меня и пошел на пользу.
Зайдя в дом, я вижу, что папа в гостиной заснул прямо перед телевизором. Мама громко разговаривает по телефону в кухне, и я заглядываю на секунду, чтобы помахать рукой и отметиться, что пришла до начала комендантского часа, за нарушение которого меня еще ни разу не ругали.
Дом – самое безопасное место на земле, где у нас с родителями выстроено тотальное доверие. Хотя когда я начала встречаться с Каллумом, папа стал переживать. Каллум ему не нравился, хотя я вообще не уверена, что папа хоть когда-нибудь одобрит мой выбор.
Узнав о начале наших отношений, мама сразу отвела меня к гинекологу, где мне выписали противозачаточные. Учитывая то, сколько у Каллума было девушек, я хотела получить от него справку, что он чист и не подарит мне венерический букет, но он так и не дошел до врача, поэтому таблетки я не принимала, и мы всегда пользовались презервативами.
Заметив свет из-за приоткрытой двери в комнату Фелисити, я останавливаюсь и стучусь перед тем, как заглянуть внутрь.
Лежа в кровати, Фелис читает книгу под тусклым светом прикроватной лампы.
– Ты так зрение посадишь. – Я указываю на выключатель. – Включить?
Поджав губы, она качает головой.
– Тогда уют пропадет.
– Тебя сегодня точно никто не обижал? – спрашиваю я, присаживаясь на край кровати.
Фелис тут же трясет головой, и я почему-то не верю ей. Закрыв книгу, она молчит, потирая шею над воротником сорочки, материал которой мне кажется грубым. Таким, который слегка натрет кожу и ее будет щипать во время горячего душа.
– Я не нравлюсь твоим подругам, да?
– Это не так.
– Ви смотрела так, что мне стало стыдно просто от того, что я существую.
Раскрыв рот, я делаю глубокий вдох. Боже мой, пока я сегодня за столом болтала с подругами о намазанных «Нутеллой» членах, Фелисити молча переживала сущий кошмар. Становится стыдно, что я даже не заметила этого.
–
– У тебя? – удивленно переспрашивает Фелис.
– Ну, конечно. Я постоянно переживаю, что обо мне подумают плохо.
– Ни за что не поверю, что кто-то может подумать о тебе плохо. Ты ведь красивая. Оглянись, у тебя же идеальная жизнь, как в кино.
Моргнув, я показываю на себя пальцем и усмехаюсь:
– Идеальная жизнь? Может, со стороны так кажется, но на деле все далеко не так.
– Сегодня одна девочка сказала мне перед уроком, что я живу в доме королевы школы. Ты в группе поддержки, твой парень – капитан футбольной команды, квотербек, да еще и красавец. Все как в кино.
– Бывший парень, – поправляю я.
– И твой бывший парень чуть ли не дерется из-за тебя с твоим другом. У тебя есть подруги, хорошие отношения с родителями, они доверяют тебе и отпускают вечером гулять…
– Стоп-стоп! – резко перебиваю я. – Что значит: он чуть ли не дерется с твоим другом? Каллум и Сойер?
– Мне в библиотеке по ошибке выдали учебник по углубленной органической химии вместо неорганической, и я пошла менять его прямо во время урока. Рядом с парковкой увидела, как ребята разговаривали на повышенных тонах. Сойер сказал, чтобы Каллум держался от тебя подальше, они начали толкаться, но их быстро разняли.
Прикрыв веки, я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и перестать злиться. Сойер не продержался без конфликтов даже чертов день.
– Дерьмо. Учителей рядом не было?
– Нет.
– Спасибо, что рассказала.
По пути в комнату я пишу Сойеру СМС:
Райли:
Ты помнишь о том, что находишься на испытательном сроке у директора? Что произошло сегодня между тобой и Каллумом на парковке?
Упав на кровать, я постукиваю по покрывалу сжатым в ладони телефоном и смотрю в потолок, пересчитывая фосфорные звездочки, которые мама наклеила, когда мне было лет десять. Точно знаю, что на потолке их ровно тридцать две штуки, и успеваю убедиться в этом трижды перед тем, как приходит ответ.
Сойер:
?
– Серьезно? – спрашиваю я вслух и печатаю ответ.
Райли:
Я буду задавать этот вопрос снова и снова, пока не ответишь. А еще скажу Мишель, что ты общаешься с ней потому, что запал на ее подругу.
Он мгновенно читает и тут же отвечает.
Сойер:
В классе шептались о вашей стычке. Я решил предупредить Брайта, чтобы держался от тебя подальше.
Меня прошибает током: а вдруг Каллум рассказал Сойеру о нашей последней ссоре в день расставания? И если не сейчас, то он может сделать это в другой раз.