Нова Свинг
Шрифт:
Вылакав половину бокала, она утерла с едва заметного изгиба верхней губы алкоголь.
– Эй, Вик! – позвала она, высоко воздев блокнот, чтобы у Вика не осталось сомнений. – Эмиль был насчет тебя прав. Я через весь город чалапала, чтобы тебе его отдать. Но тебе его не видать, как своих ушей.
– Господи!.. – сказал Вик.
– Тебе его не видать, как своих ушей, потому что ты дешевый сливной бачок, а не мужик. Да и где ты был, по сути? Нигде.
Эдит допила свою порцию и поднялась.
– Спасибо, – сказала она Лив Хюле. – Мне понравилось. Покедова.
Вик Серотонин уже вскочил. Он подбежал
– Эдит, нам нужно поговорить, – сказал он.
Эдит негромко рассмеялась.
– Нет, Вик, не нужно, – ответила она. – В этом ты ошибаешься.
Вик пытался придумать, как ее задержать.
– Слушай, – начал он, – что б там тебе ни говорил Эмиль, а в Зоне пошли перемены. – Он увидел, что эта тема ее не интересует, но остановиться не мог. – Весь наш предыдущий опыт может обесцениться.
– Как было бы классно, – сказала она мечтательно, – если бы вы повзрослели наконец. Ну хоть кто-то из вас.
– Эдит…
– Ты знаешь, что мне это все напоминает? – спросила у него Эдит, обведя широким жестом Элизабет Кьелар, бар Лив Хюлы, далекую перспективу Стрэйнт-стрит, куда она даже не глядела, и Саудади, песчинку на Пляже, заправочную станцию для чьих-то круизов. – Мне это напоминает бои.
– Эдит…
– Мне это напоминает тот вечер боев, – сказала она.
Она опустила глаза на свои запястья в плену рук Вика, потом подняла и посмотрела ему в лицо.
– Мне насрать на то, что там происходит, Вик.
Не найдя ответа, он выпустил ее, и Эдит ушла на Стрэйнт под дождь. Остановилась лишь однажды, чтобы добавить, не оборачиваясь:
– И ты знаешь, что дело тут не в Эмиле.
После чего стук ее каблуков продолжил удаляться, следуя простой, ясной и неизбежной акустической кривой затухания. Вик долго глядел ей вслед. Обернувшись, он обнаружил, что Кьелар разбила бокал о стену, сидит, обхватив себя руками, как обиженный ребенок, на почерневших половицах у окна, глядя вдоль Стрэйнт-стрит на ореол Зоны Явления – заметный отсюда на пределе видимости, линией ржавых крыш, разбитых окон и колючей проволоки, – и говорить отказывается.
Лив Хюла терпеливо подметала осколки.
– Мне чувство юмора тут малость изменяет, – сообщила она Вику. – Может, тебе стоило бы найти себе другой офис?
При этом она думала: «Сегодня после обеда я просто без сил. После обеда везде слишком плохо одной».
7
Космический нуар
Вик отвез Кьелар в Хот-Уоллс на рикше. Наутро, когда он возвращался домой, его арестовали. Арест провели быстро и ловко: «кадиллак» с откидным верхом, неслышно проскользнув между жерновами трафика, нагнал его у тротуара и передняя дверца с пассажирской стороны откинулась ровно настолько, чтобы идущий рядом Вик влетел прямо в нее.
– Эй! – возмутился он. Тут с ним поравнялась ассистентка Эшманна, улыбаясь ему прямо в лицо, и сказала:
– Вик, садись в машину.
День выдался приятный, с моря дул легкий освежающий бриз. Зеркальце на идеально блестящем крыле автомобиля посылало солнечные зайчики Вику в глаза. Вид у Вика, наверное, сделался не самый приветливый, потому что ассистентка улыбнулась еще шире и активировала выкройку; он краем глаза уловил подкожную и подсознательную
– Вик Тестостерон, – сказала она, – можешь, конечно, попытаться надрать мне зад, но я тогда, – многозначительный взгляд в небо, – вызову группу поддержки. Или же, что было бы проще всего, ты поедешь со мной, и в этом случае никто не погибнет. Что скажешь?
Вик пожал плечами и сел в «кадиллак».
Ассистентка мгновение глядела на него прежним пустым взглядом, потом покачала головой и захлопнула дверь.
– Пристегнись, – посоветовала она.
Вик ожидал оказаться в КПЗ. Ожидал допроса. Вместо этого, ассистентка молча рулила в слабом трафике около пяти минут, достаточно, чтобы Вик немного отошел и стал размышлять, что вообще происходит, а потом внезапно сказала:
– Ты, наверное, с Лэнсом уже давно знаком.
– С кем? – переспросил Вик.
– Ты встречался с его женой?
– У своей руки спроси, – посоветовал Вик. – Она тебе наверняка поможет.
Он не понял ее вопроса. А если бы и понял, то не стал бы закапываться.
– Или это у тебя результаты боев только подоспели?
– Он здесь, – сказала ассистентка, открыв линию.
– Клевая тачка, – произнес Вик, словно кто-то третий в «кадиллаке», на заднем сиденье, мог его слышать, – и мне нравится запах натуральной кожаной обивки сидений. – Он крутанул хромированный шишак переключателя станций на приборной панели, зазвучала музыка. WDIA, [29] сиречь «Радио Ретро», – по воздуху на всей планете. Ассистентка Эшманна, не прекращая разговора по своей линии, потянулась к радио и заглушила его.
29
Американская станция, основана в 1947 г. и ориентирована преимущественно на афроамериканское население. Многие культовые исполнители негритянского джаза начинали там свою карьеру.
– Нет, – проговорила она, пустыми глазами обводя Вика и улицу, – он не доставил мне проблем.
Вик Серотонин сидел в офисе на втором этаже полицейского участка на пересечении Юнимент и По. Он провел в одиночестве уже минут десять. В участке недавно побрызгали настоящим лаком для мебели, жалюзи были опущены, хотя и не полностью, так что неровные, но яркие полоски света лежали на всем, от коричневого кожаного кресла и слегка кривоногого стального стола с множеством ящиков до отполированного зеленого линолеума на полу. С потолка на Вика глядела парочка теневых операторов, вид у них был уставший и одновременно грустно-невостребованный.
– Его еще нет, дорогой, – извинились операторы. – Хочешь чашку чаю?
Вик стал рыться в ящиках стола. Он обнаружил там стопки писем на хрупкой голубоватой бумаге, тщательно сложенных конвертиками. Края конвертиков от времени истрепались. Одно из писем начиналось словами «дорогой Лэнс», но больше Вик узнать не успел: пришлось засунуть его обратно в ящик, потому что вернулся Эшманн.
– Вик, не вставай, – сказал сыщик. – Приятно тебя видеть таким расслабленным. Если операторы тебя напрягают, ты просто скажи.