Новатор
Шрифт:
— А зачем вспомогательные поля притяжения? — вспомнил я.
— Они создают этакий клин разряжения воздуха по курсу корабля, формируя своеобразный туннель сверхнизкого давления по которому мы и летим. Если бы их не было, наша обшивка сгорела бы уже на скорости в 3-4 тысячи километров в час. Да и бесшумности они здорово прибавляют.
Пока мы обдумывали эту лекцию, Жора вскочил с песка и предупредил нас:
— Не перестарайтесь, замучаетесь потом объясняться — откуда у вас загар посреди зимы.
— Жаль, — сказала Татьяна,
— Надо было крем с собой взять, — предложил он, — ты ведь продуманная, вон купальник прихватила, могла бы и крем положить в сумочку.
— Могла бы, — вздохнула Таня, — да нет его у меня. Как-то вот не держу я зимой дома крем от загара просто на всякий случай.
— А давайте немного остров обследуем, — предложил я.
— Только недолго, — забеспокоилась Таня, — это здесь солнце ещё высоко, а в Чите уже темнеет небось.
— Все равно надо как минимум обсохнуть, — сказал Жора, — если ты выйдешь сейчас на наш мороз, то на голове у тебя замёрзнет большая сосулька.
Танюша накинула футболку на плечи, чтобы не обгореть, и мы пошли изучать остров.
Жора сразу предложил свернуть в чащу и посмотреть что там растёт интересного:
— Может бананов найдём или там ананасов каких, — сформулировал он свою мысль.
Но попытка забраться в дебри оказалось безуспешной — мы сразу же накололи голые ноги и вернулись на песок. Так как надевать одежду на мокрое тело никому не хотелось, решили пока прогуляться вдоль берега.
Мы носились по полосе прибоя, орали во всё горло, брызгались — в общем развлекались всеми, полагающимися в таких случаях занятиями. Даже Паштет осмелел настолько, что совершенно спокойно прыгал в воду и обратно.
Скалы в конце пляжа оказались труднопреодолимыми — чтобы залезть на них требовалась верёвка, а чтобы обойти — нужно было выходить далеко в море по острым камням. Поняв, что ни сланцев, ни запасной верёвки у нас нет и эта преграда для нас пока непреодолима, мы так же с дикими криками вернулись к аппарату, который послушно ждал нас, зазывая к себе открытым люком.
Пока мы с Жорой сушились, Татьяна поступила умнее — она просто спряталась в НЛО, скинула с себя купальник и надела одежду прямо на голое тело.
Посоветовавшись с Жорой, мы решили сделать в НЛО какую-нибудь вешалку для одежды, чтобы в следующий раз (а этот пляж мы планировали посещать довольно часто), не бросать одежду на песок, а цивилизованно развешивать.
Одевшись, мы предприняли вторую попытку пробиться сквозь заросли вглубь острова. Зимние ботинки и зимние брюки прекрасно предохраняли ноги от царапающегося низкорослого кустарника, а вот Тане пришлось похуже — её колготки вмиг покрылись узором из всевозможных затяжек и колючек.
— Что же я маме скажу, — ужаснулась она, посмотрев на это безобразие.
— Я думаю, легче будет когда прилетим сразу купить новые колготки, чем объяснять матери происхождение всех этих затяжек, —
Татьяна согласилась, и мы пошли дальше, решив не обращать внимания на эти мелочи. Впрочем, кустарник скоро закончился и его сменил настоящий пальмовый лес. Толщина отдельных деревьев достигала двух обхватов, сквозь толстенную крону свет пробивался с большим трудом, в результате чего внизу царил постоянный полумрак и, что было чрезвычайно приятно — прохлада.
Поначалу мы побаивались змей, скорпионов и прочих представителей тропической живности, но, не обнаружив никого кроме птиц и насекомых, мы постепенно успокоились.
— Видимо более крупные экземпляры не могут пересечь море, — предположил Жора, — всё-таки остров довольно далеко от ближайшего берега. Наверное на него так никакая живность и не смогла переселиться.
— Даже если тут кто-то и есть, то наверняка он травоядный, — успокаивал я сам себя, — иначе где бы он достал тут пропитание.
— Кстати о пропитании, — сказал Жора, — в следующий раз, когда сюда поедем нужно обязательно взять шашлык или хотя бы удочки, чтобы наловить рыбы. А-то я уже проголодался. Никто не взял с собой еды?
— Я взяла бутерброды с паштетом, — сказала Таня.
— О! — обрадовался Жора. — И где они?
— Вон там, — грустно показала Таня на пса, которому, похоже в лесу нравилось не так сильно, как на пляже — он поджал хвост и не отходил от нас далеко.
— Делааа, — протянул Жора. — А если сейчас мотор не заведётся, что мы тут будем есть?
— Придётся тебя жарить, — добавил он, глядя псу в глаза.
Тот согласно гавкнул — мол делайте, что хотите, только пойдёмте из этого леса.
Впрочем, у меня с Татьяной после Жориного заявления о том, что «мотор» может не завестись, тоже пропало желание дальше гулять по лесу и возникло другое — сесть в НЛО и проверить, способен ли он ещё летать, что мы и высказали Жоре практически хором.
Жора недоумённо на нас глянул, назвал тонкокожими слабаками, но повернул в обратный путь, который почему-то показался гораздо ближе, чем дорога от берега.
Аппарат, конечно же, завёлся без проблем. Когда я взялся за ручку и он послушно поднялся в воздух, у меня даже мелькнула мысль как я только мог сомневаться в этом совершенном творении.
Действительно, — подумалось мне, — чем аппаратура проще, тем она совершеннее. Ещё сто лет назад владеть автомобилем было совсем некомфортно — перед каждым выездом нужно было залить воду в радиатор, масло в мотор, повернуть ручку, чтобы завести двигатель. При этом конструкция машины была предельно элементарной, и любой мало-мальски грамотный водитель мог прямо в дороге с помощью ключа и молотка починить любую поломку. А сейчас — даже опытный автомеханик не всегда решиться чинить машину в пути — лучше уж на эстакаду, да не просто на дырку в полу, а на высокую — гидравлическую, чтобы всё потроха были выставлены наружу.