Новичок
Шрифт:
Трудно было поверить, что записные западноевропейцы установили в своём анклаве столь беспощадные порядки. И тут в голове всплыли слова, не так давно сказанные Ростоцким: «Ну и работорговля, конечно, в которой голландцы тоже отличились на загляденье, толерантные такие… Но для нашего разговора это не важно». Ошибаешься, Герман, оказывается, ещё как важно.
— У хозяев Гронингена огнестрельное оружие есть?
— Есть, много! Наверное, что-то было с собой, но и позже появлялось.
Самое главное было припасено напоследок, хотя вскрылось как-то спокойно.
— Хозяева должны были приехать ещё утром, но что-то задерживаются.
— Может, Мария, ты днём ошиблась? — спросил я.
Женщина стояла на своём: счёт дней вела правильно, ошибиться не могла.
— Они вот-вот приедут и всех нас убьют, — обречённо прошептала она.
— Это вряд ли, — жёстко отреагировал Игорь. — Пусть приезжают.
И он накаркал! Пш-шш…
— Здесь Гаврош — общий вызов! — торопливо проговорил Лёха. — Наблюдаю две лодки с севера, обе под моторами, идут сюда, звука не слышно, километра два.
— Сколько людей? — резко вскочив, Игорь шагнул в сторону и начал уточнять.
— Ага, разгляди их на такой дистанции, да ещё и через мираж этот, — проворчал Алексей. — Даже через бинокль непросто.
Рация опять противно захрипела.
— Мозг мне не мни!
— Вроде бы по два в каждой.
— Боевая тревога! — решил рейнджер. — Всё у вас?
Я торопливо повернулся к Марии.
— Почему две? Насколько я понял, груз очень компактный.
— Иногда так бывает, одна лодка уходит дальше, к какому-то утонувшему пароходу, — прошептала островная сборщица ягоды, тыльной стороной ладони вытирая со щёк пыльные дорожки слёз. — Они нас убьют!
— Мари-ия… Прекрати плакать! — Я немного разозлился, волнение, обычное для ожидания любой схватки, уже давало о себе знать. — Никто нас не убьёт, идите на южный мыс и спрячьтесь понадёжней, чтобы не попасть под шальную пулю. Это понятно?
Она схватила сына за руку и часто закивала головой.
— Разберёмся с ними, увезу вас в Диксон, к нормальным людям. К хорошим людям. Кошмары закончились, обещаю, — добавил я с веской размеренностью облечённого властью человека.
— Что-то недобр ты, Квачин, к голландцам, — ехидно прокомментировал мой спич Войтенко. — Действительно разберёмся! Эх, лодки плохо стоят, теперь не переставишь… Можно считать, что мы уже запалились. Будьте возле лодок, а я пока к Лёшке, дальше посмотрим по обстоятельствам.
— А Винни?
— Уже вызвал, бежит туда… Прячьтесь умно, Дарий. Только лёжа, не выпендриваться! Стрелять начинаем по моей команде, меньше
Когда я примчался к лодкам, то стало ясно окончательно: рейнджер прав, прятать их действительно поздно. Остров стоит под углом к течению, и мне было отлично видно две быстро приближающиеся лодки. Значит, и они уже заметили.
Одна моторка — длинная «деревяшка», похожая на сибирскую ветку, другая — старая зелёная «люминька», тоже скоростная.
— Командир, пошли, я позиции присмотрел, — вьетнамец указал в сторону намытого течением песчаного вала высотой в полметра.
Вокруг кусты, позади стена деревьев, нормальное, я бы и сам такое место на охоте выбрал.
— Дар, ты сканируешь?
Я кивнул.
— Без активности. Винни, а почему Игорь решил не брать трофеи?
— Не получится, по таким целям тяжело стрелять избирательно. На суше засаду не сделать.
Похоже, раций у них нет. А вот сигналы жестами были! Идущая левей моторка, меняя маршрут, постепенно начала сближаться с другой. Передумали к теплоходу плыть.
Мы быстро пристроились, стараясь не задевать ветки.
Пш-шш…
— Ребята, цели хорошо видите? — спросил Игорь.
— Во фронт, идут точно на нас, — ответил Винни.
Чёрт, кусты мешают… Я машинально привстал, вскидывая к глазам бинокль.
— Вниз!!! — заорал вьетнамец, но было поздно.
Щёлк! Щёлк! Щёлк! На большом расстоянии выстрелы с лодок казались совсем не опасными, тихими. И вдруг над головой страшно свистнуло.
— Лежи! Зачем!
Грёбаный Каларгон, не привык я ещё, не осознал!
Пш-шш…
— Игорь, отвлеки! — крикнул в рацию вьетнамец, лёжа за природным бруствером.
И почти сразу со стороны южного мыса простучали две автоматные очереди. «Не попадёт Лёха, далековато!» — машинально подумал я.
Обретённый позор буквально душил. Как ты мог так облажаться!
— Снайперам работать, — спокойно прозвучал в эфире голос рейнджера.
Бенг! Рядом со мной рявкнула «мосинка» вьетнамца. Он быстро высадил магазин и спрятался, доставая новую обойму. Я наконец-то справился с чудовищным волнением, поймал первую лодку и начал сажать, попав только с третьего выстрела, хотя обычно на триста стреляю гораздо лучше.
Старший второй лодки, видать, просёк ситуацию ещё с первого выстрела Винни, попытался резко отвернуть, но тут я пристрелялся, а с такой дистанции удачная пуля остановит любого сообразительного торопыгу. Силуэт человека согнулся и упал за борт.