Новый Рим
Шрифт:
– Согласен, - сказал Семён.
– Еще несколько часов до темноты, многое сделать успеем. Вон, кстати эскалатор вниз, видимо вход в метро.
Пыль перед стеклянными дверьми на станцию оказалась такой же нетронутой. Отпечатав несколько своих следов, парни не стали открывать двери, чтобы не дать шансов смраду снова наполнить их лёгкие.
Вернувшись и забросив покупки в багажники, отправились к конечной точке своего визита - центральной площади Пекина.
Автомобильная пробка сгущалась по мере того, как здания по сторонам дороги становились всё величественнее и монументальнее.
Пока было возможно, Семён, ехавший первым, старался ехать по дороге, настолько ему не хотелось бередить колёсами зелёный идеально-ровный газон, сделанный заботливыми китайскими руками и цветочные кусты вокруг него.
Проломившись на своём тракторе сквозь розовый куст и раскидав колёсами землю лужайки, все почувствовали себя безнадёжными вандалами, но что поделать, альтернативным вариантом было оттаскивание около сотни машин.
Пустое пространство площади не поразило никого из друзей. Все трое уже неоднократно были в Пекине и привыкли к зрелищу пустой центральной площади - в этом она была чем то схожа с Красной площадью в Москве. Правда, до катастрофы вокруг обеих часто пустующих площадей обычно стояло большое оцепление. Поэтому заходить, а тем более заезжать на внедорожниках на главную площадь государства было все же странновато.
Остановившись посередине площади, Семён остановился и залез на крышу Лексуса.
– Ничего, - сказал он оглядевшись.
– Ни людей, ни знаков, ни надписей.
– Ну и хорошо, значит наша будет первой.
– Не расстроился Олег, достав баллончик с краской и набрызгав на плитке 'первый, нах'.
– Вандал.
– улыбнулся Семён.
– Лучше напиши воон на той красной стенке, большими буквами, чтобы уж точно все увидели.
– Легко, сейчас мы организуем машину с подъёмником и всё сделаем!
– Заявил Олег.
Однако Сюнь, услышав про планы друзей, что-то очень быстро и возмущенно затараторил по-китайски.
– Чего это он?
– Спросил Семён.
– Что-то про святыню горовит, - вздохнул Олег.
– Нельзя, мол Императорский дворец портить.
– Ну, нельзя так нельзя, - сказал Семён, вытаскивая ломик и лопату из багажника.
– Значит будем дедовским способом действовать - ковырять площадь и строить пирамидку.
– Тут, лет 10 назад какой-то китаец кинул то ли банку с краской, то ли что-то ещё вон в тот портретик, - показал Олег пальцем на огромный портрет Мао над входом в Гугун, и получил за это пожизненное.
– Зато не расстреляли, - хмыкнул Семён.
– А ведь могли.
На ночевку расположились прямо на площади. Смотавшись назад на Ванфунцзинь, привезли разного туристического оборудования - палатки, спальники, горелки и довольно комфортно устроились вокруг костра, разведенного из елочки, срубленной возле мавзолея Мао.
Тем временем, в базовом лагере девчата утешали Олю.
– Да ладно, чего ты расстраиваешься, гордиться должна - родишь первого человека новой эры!
– Пафосно заявила Жанна.
– И нисколечко
– Я вон двоих родила и ничего, о третьем даже подумываем.
– Ты двоих родила в больнице, - сквозь слёзы сказала Оля.
– С врачами, акушерками и еще бог знает кем, со всех оборудованием под боком. А мне где рожать? В поле? Научите меня лучше как аборт правильно сделать!
– Оля, ну какие могут быть аборты?
– Подошел Александр.
– Мы ведь договорились, что нам нужно плодиться и размножаться чтобы выжить.
– Договорились! Но почему именно я должна быть первой!? И вообще мы договаривались сначала обосноваться где-нибудь в Европе, а не рожать в дороге.
– Ну, если так получилось, что же делать?
– Развел Саша руками.
– И вообще, даже мини-аборты - вещь опасная, сколько девчонок после них стали бесплодными даже тогда, когда у нас была медицина, а сейчас ты вообще жизнью рискуешь - зачем это тебе?
Совместными усилиями постепенно Олю убедили, что ребёнка нужно оставить, а к вечеру даже смогли её уверить в том, что ребёнок это даже очень неплохо. Олегу решили не сообщать радостную новость по рации, несмотря на ежечасные сеансы связи, а дождаться его возвращения из Пекина.
Поковыряв площадь с полчаса лопатой, Семён заявил:
– Переночуем, а там уже доделаем. Кто знает, может за ночь кто и объявится - надо костёр развести, чтобы нас видно было.
– У меня есть получше идея, - сказал Сюнь.
– Я тут набрал фейерверков, можно ночью попускать - далеко будет видно.
– Класс!
– Обрадовался Олег, занявшийся приготовлением ужина.
– А плитки с площади отковыривать - дурное занятие. Лучше машину побольше притащить на площадь, да и нарисовать послание вокруг неё, такое инородное тело с любого конца площади будет заметно.
– Чёго же ты раньше молчал?
– Возмутился Семён в сердцах бросая лопату.
– Я тут битый час пирамиду сооружаю, а он молчит!
– Только сейчас в голову пришло. Да и вообще - пригодится твоя пирамида, мы на неё два седана буквой 'Л' задерём, тогда сразу будет понятно, что это не случайно сюда машины заехали и что это знак.
– Ладно, всё завтра, - сказал Семён.
– А теперь - ужинать и спать.
В течение ночи несколько раз в воздух запускали оглушительные фейерверки и сигнальные ракеты, но всё без пользы. Ни ночью, ни утром никто в лагере не появился.
Утром встали поздно - сказались частые вставания для запуска ракетниц.
– Ну не неделю же тут сидеть, - сказал Олег позёвывая и поёживаясь. Начало осени уже проявлялось даже в Пекине, и утренняя прохлада давала о себе знать.
– Да нет, какой смысл, - пожал плечами Семён.
– Соорудим указатель, да поедем дальше, вот только куда.
– Тут на юго-западе есть несколько крупных пещер, - сказал Сюнь, - достав книгу, которую листал вчера вечером. По этим пещерам водят экскурсии, и мне кажется, что там мы можем наткнуться на чей-нибудь след.