Новый Рим
Шрифт:
– Стоит попробовать, - согласился Семён.
– Тем более что это практически по пути, сначала для очистки совести пройдём все станции метро на запад, потом свернём в пещеры и мимо них вернёмся в лагерь к женам. Принимается?
– А что ж остаётся, - покорно сказал Олег.
Принявшись за установку памятного знака на площади, решили, что подручных средств и лебедки никак недостаточно для того, чтобы поставить 'на попа' две машины. Поэтому ограничились тем, что на буксире притащили с ближайшей автостоянки десяток машин и сделали их них большой круг, внутри которого, как водится, написали
Подумав и сверившись с картой Китая, Семен дописал '22 северной широты и 109 восточной широты'.
– Фиг знает, сколько тут этих Бэйхаев, ответил он на удивлённый взгляд друзей.
Скорее по привычке, чем по необходимости затушив костёр, парни окинули прощальным взглядом площадь и Императорский дворец, в котором на этот раз так и не успели побывать и отправились в дальнейший путь.
Проверив все станции западной ветки метро, так и не нашли ни одного живого человека, хотя то, что таковые здесь были, подтверждали отпечатки следов, которые удалось обнаружить еще на трех станциях. Впрочем, во всех случаях следы были только снаружи входных дверей. Видимо все кто выжил в метро, впоследствии задохнулись под землёй.
– Похоже, что выживание человечества под угрозой, - глубокомысленно заметил Олег.
– Да уж, - согласился Семён.
– Из огромного мегаполиса со здоровым метрополитеном всего пяток выживших, да и то которых мы не смогли найти. Довольно слабенький результат. Что ж, поехали по пещерам для очистки совести, да назад - к нашим.
Дорога до пещер оказалась расчищенной. В нескольких местах, где скопившиеся машины полностью перекрыли дорогу, был заботливо сделан довольно широкий проезд, что заставляло думать, о том, что в городе уже кто-то побывал и кроме тех, кто спасся на самой восточной станции метро.
Несмотря на чистую дорогу, пещеры пришлось искать довольно долго. Съезд с дороги к пещере отмеченный в атласе Сюня отсутствовал, зато вместо него у дороги возвышался новый, еще недостроенный, жилой комплекс.
Покружив вокруг него с полчаса, парни отыскали пару съездов закончившихся тупиками.
Попытки наложить новую карту, взятую в Пекине на старый атлас пещер, никак не удавались. И только уже к вечеру, парни нашли первую пещеру, которая 'порадовала' их огромной надписью 'пещера Иньхудун находится на реконструкции'.
Не найдя никаких примет или надписей, которые показали бы на то, что из пещеры кто-то спасся, парни поехали осматривать следующую пещеру, находившуюся неподалёку от первой. К ней вела довольно узкая горная дорога, почти пустая к счастью для выживших.
Уже через час добрались до зева пещеры Шихуадун, скинув по пути с дороги в пропасть лишь несколько грузовиков, мешавших нормальному проезду. Впрочем и Олегу и Семёну спускание грузовиков под откос показалось довольно занимательным занятием. Всё-таки приятно, когда ты, приложив лишь минимум усилий, создаешь столько грохота и пыли. В одном из автомобилей даже рванул бензин, к вящему удовольствию наблюдателей.
Уже начало темнеть, но Олегу не терпелось осмотреть хотя бы вход в пещеру и оставив друзей раскидывать палатки, он отправился внутрь.
Первое, что он увидел, заставило его
Олег был по натуре скептик-романтик. По отношению к современной китайской культуре эти два его качества выражались в том, что он терпеть не мог осовремененных достопримечательностей.
Дворцы, выстроенные практически заново на древних фундаментах, китайская великая стена, обмазанная современным цементом, искусственно-состаренные камни в искусственно-воссозданных садах древности - всё это вызывало отторжение у Олега. По его мнению, это было сравнимо с отделкой древних храмов сайдингом, и про себя он называл подобные достопримечательности Диснейлендом.
Великую китайскую стену Олег называл Великой туристической лестницей. Как то раз, подсчитав сколько туристов её посещают и сопоставив со стоимостью её строительства, у него получилось, что с учётом дешевой китайской рабочей силы, эта стена уже окупилась несколько раз только за счёт туристов.
За свои годы, он посещал Китай уже в четвёртый раз и только в первый из этих визитов он ходил по популярным объектам туристического показа. Во второй и последующие разы Олег старался находить свои собственные неприметные уголки уходящей древности. С настоящей, не искусственно-вызванной дрожжевыми грибками, вековой плесенью на камнях и отсутствием вездесущих туристов.
Вот и сейчас, Олег скривился, осветив мощным фонарём уходящую далеко вглубь лестницу, декорированную искусственными известковыми натёками.
Однако далеко спуститься в пещеру ему не дали. Уже на середине спуска он услышал крики - кто-то звал его сверху и Олег бегом поспешил обратно.
Выйдя на поверхность, он обнаружил, что к Сюню и Семёну присоединились еще 3 человека - мужчина, женщина и молодая девушка.
– Здрасссьте!
– Радостно осклабился Олег.
– Здравствуйте!
– Почти без акцента ответил китаец, чем удивил Олега еще больше.
– Разрешите представиться, меня зовут профессор Люй, я преподаю лингвистику в Пекинском университете, это моя жена Лю Сюхун и дочь Лю Ли.
– Очень приятно, - ответил Олег. Затем, решив, что должен продолжить беседу спросил:
– Живёте здесь?
– Да, с некоторых пор. Скорее ждём, когда нас кто-нибудь найдёт. Вот уж никак не ожидали что нас найдут русские.
– Интересно кого же вы ждали, профессор?
– Спросил Сюнь.
За отца ответила Лю Ли, которая для китаянки оказалась очень бойкой девушкой:
– Я тоже немного говорить по-русски. Отец учить меня. Мы ждали, что нас найдут южане, там есть глубокие подземные железные дороги.
– А вы видели, что случилось с подземной железной дорогой в Пекине?
– Горько усмехнулся Семён.
– Да, - ответил профессор.
– Мы поехали туда сразу, как выбрались из пещеры. Но не смогли зайти в метро и вернулись сюда.
– Должно быть, мы видели ваши следы перед станциями, - догадался Семён.
– Возможно, - ответил профессор.
– Мы пытались проникнуть на 2 станции, а потом вернулись сюда.
– Не сходится, - сказал Олег.
– Мы видели следы как минимум перед пятью станциями. Может тут есть еще пещеры?