НУС
Шрифт:
— Голографический зал. Обычно используют как развлечение, а здесь он, скорее всего, для психологической помощи пассажирам.
— Дорогая технология, у меня только маленький проектор был, — ответил Вадим. — Можно что-нибудь посмотреть, наверное, здесь есть фильмы.
— Нет, только программа для создания изображения. Можно дом нарисовать, но я свой не помню, — грустно сказала она. — Пойдём дальше.
Таких залов оказалось ещё очень много. Множество комнат явно модульной конструкции способных работать, как самостоятельные
— Не помнишь, что за ней? — спросил он, указывая на поломанную дверь.
— Нет.
— Пойдём к шлюзу, или посмотрим что с левой стороны?
— К шлюзу, — Нюся махнула рукой и быстро побежала вперёд.
Когда он догнал её, она уже осматривала скафандры, выискивая подходящий.
— Нужно одеться, — сказала девушка и, увидев его удивлённый взгляд, добавила. — Так в компьютере написано. Мне не нужен кислород, но отрицательная температура плохо влияет на материалы приводов и кожу лица.
Одевшись, они вышли в грузовой отсек. Вокруг, как горы, возвышались контейнеры, а кое-где летали обломки, оставшиеся после аварии.
— Разлетаются по всему кораблю, — оттолкнув в сторону несколько, сказал Вадим. — Пойдём к панели, там есть список груза.
Клацая магнитными ботинками по палубе, они пошли вперёд.
— А что нам вообще нужно? — спросила Нюся. — Я просто ничего не понимаю в космических полётах.
— Сам не знаю. Главный реактор работает, пассажиры пока в безопасности, но центральный компьютер определял координаты Эды и корректировал курс. Теперь его нет, и мы летим с постоянным отклонением, нужно найти способ управлять маневровыми двигателями. Пока — это главное.
— И много у нас времени?
— Лет пятьсот.
— Так много?
— Это ресурс реактора при стандартной нагрузке, пока он работает, корабль живёт. Поэтому не нужно торопиться, даже если мы сильно отклонимся, это можно поправить. Ещё нужно придумать, как тормозить и последнее, посадить корабль на планету.
— А я думала, он останется в космосе.
— Нет, его части должны использоваться для строительства колонии, а многие контейнеры встроены в корпус. Сейчас необходимо узнать, что из груза можно использовать.
Они дошли до края платформы, и в ста метрах справа показалась панель управления.
— Немного осталось, — махнул рукой Вадим и пошёл вперёд.
Девушка сделала за ним несколько шагов, как вдруг обмякла и перестала двигаться. Лейтенант этого не заметил и, только склонившись над панелью, понял, что её нет рядом.
— Нюся! Ты где! — закричал Вадим, глядя по сторонам, а уже через секунду бежал к застывшей фигуре.
— Что с тобой! — тряс он её, но девушка не реагировала.
Судя по всему, она стояла только благодаря невесомости, а будь здесь сила тяжести,
Он отключил ей магнитные ботинки и, подняв, понёс обратно. Внезапно она очнулась.
— Что случилось? — девушка замотала головой. — У меня перед глазами всё почернело, появилась надпись «Разрыв соединения», и я не знала, что делать.
Вадим с облегчением поставил её на палубу.
— Похоже, ты потеряла связь с телом, — он махнул рукой назад, там виднелся контейнер, из которого они вышли. — Тебе нужно держать его в прямой видимости, иначе отключишься. Подожди здесь, я сам схожу.
Вадим быстро вернулся к панели и, открыв её, стал изучать список груза. Его оказалось невероятно много, и, в конце концов, он загрузил все данные в компьютер скафандра.
Вернувшись к девушке, Вадим застал её смотрящей на звёзды. Она указала на Млечный Путь.
— Как красиво, — сказала Нюся. — Космос — самое прекрасное и одновременно опасное место во Вселенной.
— Если человек захочет, то преодолеет все опасности на пути к своей цели, — ответил он.
— Главное — не оставаться в одиночестве, — она взяла его за руку, и они вместе смотрели на звёзды.
Прошло несколько минут. Вадим пару раз мотнул головой и заморгал.
— Что с тобой? — спросила Нюся.
— Просто мигрень, всё в порядке.
— Нет, нет, пойдём скорее обратно.
Они добрались до шлюза и, раздевшись, Нюся провела ладонью перед его лицом.
— Чуть повышенное давление, и… Ты давно ел?
— Как очнулся, ничего.
— Тебе нужно поесть, здесь есть кухня, я помню.
Они прошли дальше по коридору, и она завела его в комнату, где стоял стандартный пищевой автомат. Вадим взял порцию синтетической каши и, сев за стол, принялся есть. А Нюся, положив голову на ладони, сидела напротив.
— Я не помню вкуса, — внезапно сказала она. — Но мне нравится клубника. Не знаешь, что это?
— Это такая сладкая ягода, мне тоже она нравится. На корабле есть семена, и когда прилетим, сможем её посадить. У нас будет много клубники, и ты наешься вдоволь, — он замолчал. — Прости, я не подумал.
— Ничего, вполне возможно, ещё смогу ощутить вкус, — она подошла к стене и нажала на висящую на ней панель. — Вспомнила, я уже много раз здесь была.
Из стены выдвинулся стол с кухонными принадлежностями, и Нюся стала перебирать их руками.
— Хочешь, приготовлю тебе тостов с салатом? — и, не дожидаясь ответа, принялась набирать команды.
В сторону отошла часть стены, за которой оказался большой холодильник с продуктами. Нюся быстро разморозила всё, что нужно, и вскоре Вадим уже ел тосты с яйцом, запивая настоящим чаем.
— Ты просто чудо, сто сорок лет не ел нормальной еды.
— Спасибо, точно помню, что люблю готовить. Здесь я готовила для своего любимого де… — её глаза раскрылись на максимум, и она пулей вылетела из комнаты.