Шрифт:
Николай Елин, Владимир Кашаев
НЬЮ-НЬЮТОН
– Товарищи, кто из вас помнит закон всемирного тяготения?
– в разгар рабочего дня поинтересовался у сослуживцев инженер Истомчук.
В комнате воцарилась гнетущая тишина. Столь бестактного вопроса от Истомчука не ждали. Спрашивать такое было не по-товарищески.
– Вы... вы что, кроссворд разгадываете?
– с надеждой спросила старший консультант Тихомирова.
– Если бы кроссворд...
–
– А то вот сыну задачку в школе задали на этот закон. А у меня в голове вертится, но вспомнить не могу.
Поняв, что отвечать не обязательно, все с облегчением вздохнули.
– Так, значит, никто не помнит?
– грустно спросил Истомчук.
– Хотя бы в общих чертах...
– В общих чертах я помню, - подал голос экономист Сашкин.
– Кажется, в Англии было дело. Там у них Ньютон под деревом сидел, а ему на голову яблоко упало. Ну вот, он этот закон сразу и открыл.
– Это ж надо, какие умные люди бывают!
– всплеснула руками Тихомирова.
– Из такой ерунды себе карьеру сделать!
– Подумаешь!
– пренебрежительно махнул рукой Сашкин.
– В таких условиях каждый может законы открывать! Сиди себе целый день под яблоней в рабочее время и жди, пока на тебя яблоко свалится, на мысль натолкнёт.
– Ну, не знаю, - пожала плечами Тихомирова.
– Если бы на меня, например, свалилось, я бы всё равно этот закон не смогла открыть.
– Это потому, что у вас к физике призвания нет. А будь на месте этого Ньютона кто-нибудь, кто в ней хоть чуть-чуть смыслит, ну какой-нибудь, скажем, рядовой кандидат наук, он как пить дать открыл бы. И не только этот закон, а, может, и ещё что-нибудь почище!
– Кандидат не открыл бы, - усомнился Истомчук.
– А я говорю, открыл бы!
– закипятился Сашкин. Посади его, к примеру, на денёк под яблоню да обеспечь шезлонгом! Он тебе такое наоткрывает - куда там Ньютону! Особенно если яблоко хорошее на него уронить...
– Спорим, что кандидат не открыл бы!
– предложил Истомчук.
– Идёт!
– согласился Сашкин.
– Кто проиграет, тот вне очереди едет на картошку... Вот только где мы возьмём кандидата наук?
– У меня сосед кандидат, - сказал Истомчук.
– Можно пригласить его к тебе на дачу и там опыт проделать.
– Так он же небось и так этот закон тяготения знает? Чего же ему открывать-то?
– Не знает. Я ему эту задачку давал, он не смог решить.
– Ну, тогда ладно, - кивнул Сашкин.
– Значит, в воскресенье жду вас на даче. Я тогда,
Он быстренько собрал портфель и исчез, а Истомчук, тяжело вздохнув, снова принялся за задачу.
...В воскресенье разомлевший кандидат сидел под яблоней на даче у Сашкина и задумчиво глядел на кусты крыжовника. Истомчук выбрал момент и слегка потряс дерево. С ветки сорвалось крупное зелёное яблоко и стукнуло кандидата по затылку.
– Какой сильный ветер...
– меланхолично заметил кандидат и, подобрав упавшее яблоко, сунул его в рот.
Подождав минут десять и убедившись, что больше никакой реакции не последует, Сашкин, сидевший на табуретке рядом с кандидатом, заёрзал и сделал знак Истомчуку потрясти яблоню сильнее. Тот с такой энергией взялся за дело, что не меньше дюжины яблок прогромыхало по лысеющей кандидатской голове.
Кандидат удивлённо поднял глаза кверху, погладил макушку и уважительно сказал:
– Очень сильный ветер...
Сашкин, снова выждав время достаточное, по его мнению, для открытия любого закона, нервно вскочил с места и направился в дом. Через некоторое время он, крадучись, вышел оттуда, зажимая под мышкой ручную пилу, и поманил Истомчука.
– Ты чего?
– шепнул тот.
– Понимаешь, - так же тихо ответил Сашкин, - я думаю, может, у него способности не очень большие... Яблоками их не расшевелишь... Я вот тут инструмент приготовил. Может, весь сук подпилим, а?
– Рискованно, - возразил Истомчук.
– А вдруг заметит? Тогда неприятностей не оберёшься.
– Не заметит. Учёные - они все рассеянные. А потом, мы же не для себя стараемся, а для науки.
– Ну, если для науки...
– заколебался Истомчук. Ладно, давай сюда пилу. Попробуем.
Пока Сашкин развлекал кандидата экскурсией к кустам крыжовника, Истомчук на три четверти подпилил толстенный сук, нависавший над шезлонгом. Как только вернувшийся с полной мисочкой ягод кандидат плюхнулся на место, сук обломился и с шумом обрушился на мыслительный аппарат учёного.
На этот раз кандидат долго молчал. Глаза его блуждали, в голове зрела какая-то мысль.
– Ну, теперь дел о будет...
– прошептал Сашкин, взволнованно потирая руки.
– Сейчас он этот закон сформулирует...
Кандидат медленно поднялся, задумчиво потёр лоб и торжественно произнёс:
– Исключительно сильный ветер! А ведь по прогнозу обещали хорошую погоду...