О, Солон!
Шрифт:
Между тем Мардоний направил в Афины царя дружественной персам Македонии Александра I (великий полководец — был Александр II) с предложением почетного мира и союза против Спарты. Александр говорил афинянам, что войско Мардония намного сильнее, чем армия, какую могут выставить греки, и если Афины не воспользуются возможностью почетного выхода из войны с Персией, то будут разгромлены и уничтожены. Встревоженные спартанцы тоже направили послов в Афины. Они призывали афинян "не изменять делу эллинов".
Но, воодушевленные победой у Саламина, афиняне не нуждались в поощрении своей доблести. Их ответ Александру, как его приводит Геродот, исполнен достоинства:
"Нам
Летом 479 г. войска Мардония вернулись в Аттику и заняли вновь опустевшие Афины. Еще раз отправил Мардоний к афинянам на Саламин своего после с предложением мира. Но афиняне были так единодушны в своей решимости изгнать захватчиков, что побили камнями единственного члена Совета, высказавшегося за принятие предложения Мардония. Если верить легенде, то даже афинские женщины разъярились до такой степени, что побили камнями жену и детей несчастного советчика.
А между тем спартанцы, заканчивавшие возведение стены на Истме, медлили с выступлением против персов. К тому же у них опять был очередной праздник. Теперь уже афинянам пришлось адресовать упреки своим союзникам, понуждая их к решительным действиям.
Спартанцы в течение десяти дней откладывали ответ и тем временем стена была закончена. Тогда они отправили в поход армию из 10 тысяч тяжеловооруженных воинов во главе с Павсанием, опекуном малолетнего сына царя Леонида. Мардоний снова отошел в Беотию, где было удобнее сражаться его коннице. Афины он на этот раз полностью разрушил и сжег.
У города Платеи состоялось решающее сражение. Мардоний расположил свои войска вдоль небольшой речки. Греки заняли позиции на склонах горы Киферон, неудобных для атаки персидских всадников. Восьмитысячным отрядом афинян командовал Аристид.
Пифия предрекла Аристиду, что победа будет за афинянами, если они будут сражаться на своей земле. А сражение должно было начаться на земле соседней с Аттикой Платеи. Тогда платейцы в народном собрании решили уничтожить пограничные знаки и отдать свою землю Афинам. По свидетельству Плутарха:
"Великодушие платейцев приобрело такую громкую славу, что даже много лет спустя Александр, который к тому времени успел уже покорить Азию, решив обнести Платеи стенами, объявил на Олимпийских играх через глашатая, что царь оказывает эту милость платейцам за их мужество и щедрость, обнаруженные в Персидской войне, когда они отдали грекам свою землю и проявили величайшую отвагу". (Аристид, XI)
Более недели обе армии стояли друг перед другом, не желая покидать выгодные позиции. Только персидская конница своими налетами тревожила греков. С обеих сторон жрецы-прорицатели приносили жертвы и вопрошали богов о наступлении. Знамения каждый раз оказывались неблагоприятными. Потом персам удалось засыпать источник, снабжавший греческую армию водой. Греки вынуждены
Сражение разыгралось ночью. Афинянам удалось отразить натиск. Но судьбу боя должна была решить кавалерийская атака персов на изготовившихся к обороне спартанцев. Во главе своих отборных конников на белом скакуне сражался сам Мардоний. Несмотря на огромное численное превосходство, атакующим не удалось смять строй спартанцев. Персы понесли тяжелые потери, а когда был убит Мардоний, оставили поле боя. Вслед за ними начали отходить и неохотно поддерживавшие их греки из подвластных Персии городов Малой Азии.
Персидская армия укрылась в заранее подготовленном деревянном укреплении, но оно было взято благодаря отваге и искусству афинян, умевших штурмовать крепости. Ворвавшись в лагерь, греки захватили огромную добычу. Пленных не брали. Армия персов была разгромлена совершенно. Остатки ее бежали на север в Фессалию. По свидетельству греческих источников (вероятно, преувеличенному) из 300 тысяч персов спаслось только 43 тысячи человек.
Согласно легенде, Пифия повелела для очищения после варваров во всей Греции погасить огни, чтобы снова зажечь их от очага в Дельфах. Священный огонь принес платеец Евхид, который сбегал за ним в один день, пробежав расстояние в тысячу стадий (около 190 км), после чего умер. Возможно, что эта легенда и трансформировалась позднее в рассказ о марафонском вестнике.
Союзные войска под командованием Павсания, Аристида и выдвинувшегося в этих боях молодого афинского военачальника Кимона, сына Мильтиада, преследовали персов.
Павсаний вел себя как завоеватель — грубо и надменно. Он по своей прихоти взимал деньги с освобожденных греческих городов, что порождало недовольство даже у его союзников по коалиции. Аристид и Кимон, напротив, были снисходительны, — их встречали как подлинных освободителей. Сравнение было явно не в пользу спартанцев. Быть может отчасти по этой причине спустя два года после Платейской битвы Спарта отозвала Павсания и свои войска обратно. Были на то и более веские основания. Длительное отсутствие войска становилось опасным из-за постоянной угрозы восстания подвластных Спарте коренных жителей страны — илотов. Впрочем, Плутарх приписывает решение Спарты опасению, что власть и захваченное богатство развратят спартанских воинов и полководцев. По его словам спартанцы…
"… добровольно отказались от главенства и перестали посылать на войну командующих, предпочтя господству над всей Грецией мудрую воздержанность граждан и верность их отеческим обычаям". (XXIII)
Так или иначе, но гегемония не только на море, но в северной и центральной Греции перешла к Афинам. Понимая, что агрессия персов может повториться и отдавая должное могуществу афинского флота, приморские и островные греческие города в 487 г. предложили афинянам возглавить оборонительный морской союз. Он получил название Делосского, поскольку конференции союзников (синоды) решено было проводить на священном острове Делос, где по преданию родились Аполлон и Артемида. Там же должна была храниться союзная казна, пополняемая за счет ежегодных взносов членов союза (форос). В состав союза входило около 250 городов-государств этого района. Первоначально он был образован на началах равноправия — каждый из союзников имел один голос в синоде. Правда, сбор фороса был поручен афинским чиновникам, и в случае военной кампании весь союзный флот должен был собраться в Пирее.