Объект насилия
Шрифт:
Все и так было ясно.
Зато мы никак не могли прийти к согласию по вопросу о том, стоит ли усиливать Василисе охрану, а если и не усиливать, то надо ли вносить в работу Олега и Данилы какие-то коррективы. Котляров настойчиво навязывал в помощники Василисиным телохранителям некого специалиста из «Пинкертона» и не желал даже слышать о том, что в подобных помощниках Олег и Данила совсем не нуждаются. Через полчаса препирательств между Серегой и Борщ у меня сложилось твердое впечатление, что внедрить «пинкертоновца» в Василисину свиту
Конечно! Разве могло одно из ведущих питерских охранных агентств не поучаствовать в разоблачении Нумератора, столь нашумевшего в Питере.
Отказаться от такой громкой рекламы? Но они же не дебилы!
И все-таки одержать верх в споре с Борщихой у Котлярова не было ни единого шанса. И он, в конце концов, сдался. Но уже то, что держался в этом поединке на равных почти полчаса, делало ему честь.
Впрочем, Котляров не отчаялся и под занавес совещания без особых усилий выторговывал для «Пинкертона» эксклюзивное право предоставлять Василисе и Ольге телохранителей во внерабочее время.
– Почему все так уверены, что мерзавец предпримет атаку именно во время эфира «Объекта насилия»? Куда проще добраться до этой красавицы, – Серега развернулся к Васюте, и та смущенно потупила взор, – когда у нее за спиной нет ни охранников, ни оператора. Скажем, по пути в магазин. Или даже когда она на минутку выглянет из квартиры вынести мусор. Будь я на месте маньяка, я не лез бы на рожон, а поступил бы именно так.
Никто и не сомневался, что будь Котляров Нумератором, то, обладающий немалым опытом оперативной работы, он на рожон во время эфира, и правда, не лез бы, а нашел бы более безопасные обходные пути.
– То же касается Оли. – Серега перевел взгляд с Василисы на нашу ведущую. – Сейчас ей показываться на улице одной небезопасно. Не забывайте, что Нумератор грозился с ней познакомиться. Так что, Оля… Васюта… хотите, не хотите, а по человеку для пригляда за вами «Пинкертон» все-таки выделит.
Не мытьем, так катаньем, пусть и не в полном объеме, но своего Котляров все же добился: «пинкертоновские» спецы были приобщены к делу разоблачения маньяка.
– Итак, – посмотрев на часы (четверть одиннадцатого), подвела итог совещания Татьяна Григорьевна. – Все, вроде бы, обсудили. Обо всем договорились. Я занимаюсь списком Дениса. Сергей берет на контроль вопрос о поиске отправителя послания. Нумератор ли это или какой-то неумный шутник, скоро узнаем, надеюсь. За Василисой и Ольгой теперь устанавливается постоянное наблюдение. В «Объект насилия» никаких коррективов не вносится. Думаю, – Борщиха взглянула на Данилу и Олега, – мне не надо заострять внимание на том, что вам теперь нельзя расслабляться ни на секунду. Для негодяя сейчас вопрос принципа добраться до Василисы, и, боюсь, он ни за чем не постоит, чтобы утереть нам нос. Будьте готовы к сюрпризам. Это и к тебе относится, Денис.
Я не удержался и хрюкнул.
– Ко мне?!! Интересно, каким это боком? Вообще-то, мне казалось, что этот козел предпочитает молоденьких девочек. А я старый небритый мужик. Никому не нужный, даже маньяку.
Василиса впервые за вечер подняла
Неужели уже осознала, что допустила ошибку, дав мне от ворот поворот?
– Все-таки не исключаю, что Нумератор попытается добраться и до тебя, – заключила Борщиха и поднялась из-за столика. – Так что держись настороже.
Я давно привык держаться настороже. Еще с той ночи, когда супостаты спалили мой «Мицубиси».
– Ты хоть носишь с собой мой подарок? – Татьяна Григорьевна уже дошла до двери, но притормозила, обернулась ко мне.
Я выразительно похлопал ладонью по левому боку, где под полой пиджака в наплечной кобуре терпеливо ждал своего часа травматический «вальтер».
– Так не используй его на чепуху; на всяких там дешевых мошенников, – посоветовала на прощание Борщ и, даже не подумав о том, чтобы попрощаться, хлопнула дверью.
Следом за ней тихонечко выскользнул из кабинета системотехник Борис.
– Надеюсь, и я не нужна вам больше, босс? – желчно поинтересовалась злюка Латынина. Дождалась, когда я отрицательно покачаю головой, поднялась со стула и неторопливо направилась на выход.
Даже слишком неторопливо!
Может, она хотела услышать вслед: «Нужна! Задержись, пожалуйста, детка. Надо поговорить»?
А может, хотела, чтобы все успели оценить по достоинству ее аппетитную попку?
Скорее, второе.
– До свидания, Оля, – попрощался я, когда она уже лениво…
Слишком лениво!
…взялась за дверную ручку. – Удачи!
– И тебе не сдохнуть, Забродин, – ответила она этаким ангельским голоском.
«И почему мне в последнее время так везет на подружек с тяжелым характером, которых ничего не стоит вывести из себя? И которые тут же стремятся порвать со мной, да еще и сделать это побольнее? – взгрустнул я, исподтишка наблюдая за Василисой, изучающей меня своим излюбленным взглядом исподлобья. – Вот и ты туда же, девочка со светлыми волосами!
Такого просто не должно быть, чтобы меня так резко возненавидели сразу три дорогих мне женщины! Сначала Станислава, прицепившаяся к какому-то смехотворному поводу, хлопнувшая дверью моей квартирки и больше не подававшая о себе ни слуху, ни духу. Следом – Василиса. И почти одновременно с ней Латынина, перед которой я не брал на себя вообще никаких обязательств.
Но почему?!!
В чем причина-то?!!
Увы, но (как бы банально это ни звучало), ничего другого не остается, как только искать эту причину в самом себе…
…убогоньком.
Не способном даже сходить с девочкой в боулинг!»
…Я обвел взглядом кабинет: три здоровенных амбала и хрупкая девочка со светлыми волосами сидели и ждали чего-то.
А меня в это время в огромном пентхаузе с нетерпеньем ждала несчастная избитая Катя! Весь день одна!
И ведь ей даже не показаться на улице!
– Ну и хрен ли расселись? – неожиданно вспылил я. – Василиса, Данила, Олег! Выходные сегодня?!! —Я демонстративно посмотрел на часы, сообщил ядовито: – Без двадцати одиннадцать, к вашему сведению! Не пора ли на смену?!!