Оберон - 24

Машков Александр Иванович

Связей, порочащих его, не имел, подумал я, возвращаясь к началу дела.

Искусственно оплодотворён. Вот тебе и «сирота». Интересно, сколько нас там сразу зачали?

Впрочем, не это интересно, интересно, зачем столько?

– Вася, - позвал я в пространство, - зачем нас столько?

– Экспансия, - услышал я. Мог бы и сам догадаться. По номерам планет.

– Вась, имя понятно, а как с фамилией? Кто её присваивает?

– Кто вынимает из родового бокса, тот даёт фамилию. Может

записать свою. А что?

– Ну, Сопелкин, как-то…

– Что-то ты никогда раньше не жаловался.

– Привык, наверно, - пожал я плечами. – А здесь как я себя вёл? Ты вела журнал?

– Сейчас принесу, готовила, для тебя.

Я почитал журнал. Ничего особенного. Аппетит нормальный, характер в меру коммуникабельный, отношения с товарищами ровные, успехи по навыкам археолога удовлетворительные.

Я посмотрел на Ваську. Та с вызовом смотрела на меня. Я решил промолчать о нестыковках в отчёте, и спросил: - Как мне вести себя с ребятами?

Васька забрала у меня журнал и прочитала:

– «В меру коммуникабельно, отношения с товарищами ровные, успехи по археологии удовлетворительные». – Захлопнув журнал, добавила: - Мы ещё займёмся палеонтологией. Вот закончим с раскопками селения Зель-Бут, поедем искать кости ископаемых животных.

– А они здесь были?

– Почём я знаю. Планета старая, значит, должны быть.

– С космоса захоронения должны быть видны. Выветривания, вымывания…

– Ну, вот, а притворялся.

– Ничего я не притворялся. Это общеизвестные знания. Когда ты меня освободишь?

– Да хоть сейчас. Только не советую. Давай, завтра с утра. Сейчас принесу ужин, поешь, поспишь…

– Почему ты не ешь со мной? Мне неудобно, когда ты смотришь на меня.

– Я ем на станции, вместе со всеми, а то там дисциплина упадёт. Вашего брата надо в строгости держать.

– А вашу сестру?

– Выйдешь, узнаешь. Не завидую я тебе, Тоник, если ты в действительности всё забыл. Держись.

– Такие все злые?

– На тебя, да. У нас карантин, очередной борт задержали на неопределённое время, а там новые книги, фильмы, игры, почта, новости…

– - Что, нельзя по интернету переслать?

– Какой интернет, Тонька?! Двести тысяч световых лет!

– А как же… - я прикусил язык.

– А также, - передразнила меня Вася, - Плохо ты учился в школе. Хотя, конечно, с физикой у вас плохо. Про Туннель Турмалинова слыхал? Откуда тебе. Археологи, одно слово. На теории Турмалинова и Левановича работают «призраки». Искусственный ты разум…

– Вася, что ты дразнишься? – задумчиво поскрёб я затылок, - Ты, что ли, настоящая?

– У меня образование лучше.

– И воспитание…

– И воспитание!

– Что же ты ко мне пристала? – с тоской спросил я, -

Если воспитание у тебя дворянское?

– Вам не понять, у всех мужчин головы деревянные, а вместо мозгов опилки.

– Вот и отстаньте от нас! – окрысился я.

– К сожалению, без вас не проживёшь. Нужна противоположность. Я умная – ты тупой…

– Кстати, если мы искусственные, почему тогда здесь и мальчики, и девочки?
– оживился я. Может, в экспедиции всё по-другому?

– Если доживёшь до совершеннолетия, узнаешь, - пообещала Васька, вставая.

Глава вторая

Как я вышел на свободу, и почему не обрадовался этому.

Утром пришла Василиса и принесла мне трусики и маечку. Наконец-то, вздохнул я, облачаясь в лёгкую одежду. Бельё нисколько не стесняло движений. К своему удивлению, я привык к наготе, и теперь придирчиво оценивал качество белья.

– Ну, всё, пошли, - Вася взяла меня за руку и повела по коридору. Когда коридор кончился, моя провожатая открыла дверь, и мы оказались в большом помещении, полным мальчишек и девчонок моего возраста.

– Наконец-то! – закричали они, хлопая в ладоши, - Тонька пришла! Катя, где её комбинезон? Одевай, давай! – Очень миловидная девочка вышла вперёд, держа на вытянутых руках белоснежный комбинезон. Покрутила его передо мной и помогла облачиться в него. Зарастила спереди шов.

Туговато внизу живота, почему-то. Ребята весело расхохотались.

– Василиса, а Тонька сегодня пойдёт на раскопки? – спросил кто-то.

– Не пойдёт, - строго сказала Вася, - ему ещё адаптироваться надо. Не обижайте его, он временно потерял память, помогите восстановить её.

– Поможем! – завопили два десятка глоток.

– Катя, ты остаёшься с Тоником, остальные на выход.

– Что я должна делать? – сморщив прелестный носик, спросила Катя.

– Будешь дежурной по станции, введёшь в курс дела Тоника Считай, что он новичок.

– Что, правда? – распахнула Катя свои и без того большие глаза.

Когда мы остались одни, эта милая девочка начала проверять мой IQ.

Полученный результат привёл её в восторг. Я оказался полным дебилом и неучем. А что она хотела?

Это в каком же веке я очутился? В двадцать третьем? Если летоисчисление осталось прежним.

– Катюш, я не виноват, что потерял память… - канючил я, таскаясь за девочкой по всей станции, мучительно думая, что не так с моим комбинезоном.

– А кто виноват? Может, я? – сердито глядя мне в глаза, спросила Катя.