Обещания
Шрифт:
Она повернула свою руку так, что теперь мы были ладонь к ладони, ее рука обхватила мою, а моя — ее.
Я сжала ее руку.
— У меня была хорошая мама, — я глубоко вздохнула. — Замечательная мама. Я не хочу запятнать ее память. Это не значит, что я не хочу узнать свою мать.
— Я отвечу на любое твое обращение, — сказала Аннабель. — Как ты, вероятно, знаешь, меня зовут Аннабель. — Ее улыбка вернулась, наши руки остались вместе. — Мою мать — твою бабушку звали Амелия. Когда искала для тебя имя, я искала что-то уникальное, сильное и выносливое,
— Я ничего не знала о бабушке. Она…?
Аннабель покачала головой.
— Нет, она ушла раньше тебя. Я имею в виду, до твоего рождения.
— Я слышала историю о том, почему ты назвала меня Аранеей, от моей мамы.
— Как? Откуда она знала?
Я выдохнула.
— Не знаю. Она сказала, что вы были друзьями с детства и что мой родной отец сделал что-то, что он считал правильным, но это поставило меня в опасность, поэтому ты попросила ее взять меня, чтобы защитить.
— Мне очень жаль, Арания. Я не была настолько самоотверженной. Я мечтала о дочери. Я поклялась защищать тебя.
Произошел сдвиг в энергии, но прежде, чем я успела осознать это, комнату заполнил глубокий рокочущий тенор.
— Тогда нам нужна ваша помощь.
Хотя я чувствовала присутствие Стерлинга, но не слышала, как он вошел, и, судя по выражению ее лица, моя мать тоже.
Мы с Аннабель повернулись к Стерлингу.
Глава 28
Стерлинг
Прерывать воссоединение не было моей целью. А вот спасти Аранию, освободив ее от внимания МакФаддена, было.
Арания встала и подошла ко мне.
— Часы тикают, — сказал я, когда она положила свою нежную руку на мою и повернулась к Аннабель.
— Я попросила Стерлинга оставить нас наедине. — Она склонила голову набок. — Надеюсь, в будущем у нас будет больше времени.
Аннабель кивнула.
— Мне бы тоже этого хотелось.
Я проводил Аранию до ее кресла и помог ей сесть, прежде чем сесть напротив судьи Ландерс.
— Я сам напросился сюда сегодня. Вы были честны со мной, когда пришли в мой офис. Теперь моя очередь.
— Ради моей дочери я надеюсь, что мы всегда будем честны друг с другом.
— Вы сказали мне, — начал я, — что не верите бабушкиным россказням о том, что ваш муж передал улики Арании. — Я посмотрел на Аранию. — Она ничего об этом не знает. Я заполнил столько пробелов, сколько смог. Она знает, что знал Дэниел и с кем это было связано.
Судья Ландерс подняла руку.
— Я не знаю.
— Судья Ландерс, вы действительно можете так говорить? Можете ли вы признаться в этом, когда на кону жизнь вашей дочери?
Она заметно побледнела.
— Вы угрожаете Арании здесь, передо мной?
Рука Арании вернулась к моей руке.
— Нет, не угрожает… — Она
Титул, казалось, с трудом слетел с ее губ, но ее слова привлекли внимание судьи Ландерс.
— Стерлинг был предельно честен со мной. Ты сама сказала, что назвала меня сильной и выносливой. Я живу одна с шестнадцати лет.
Аннабель громко ахнула.
— Почему?
— Мы не знаем, — ответил я. — Все это совпадает со смертью Дэниела.
— До этого, как я уже говорила, — продолжала Арания, — меня воспитывали замечательные родители. Меня воспитывали как Рене Марш.
Глаза Аннабель сузились.
— Мне сказали, что ты называешь себя Кеннеди Хокинс.
— Когда мне было шестнадцать, моя мать… — она замялась. — …мой отец, которого я знала, погиб в автомобильной катастрофе. Мама отвезла меня в аэропорт и дала новое удостоверение личности. Она сказала мне, что в Чикаго небезопасно, и я никогда не вернусь сюда.
— В шестнадцать лет? Тебя бросили в шестнадцать лет?
В ее глазах появились новые слезы.
— Не бросили, — ответила Арания, — отослали, чтобы защитить. Это было то, что мне сказали.
— Мы думаем, — сказал я, — что Джози Марш считала, что делает то, что лучше для Арании.
— Именно тогда она сказала мне, что ты назвала меня Аранией и отдала ей для защиты. Она сказала, что за мной охотятся плохие люди, и мне нужно уехать из Чикаго и никогда не возвращаться.
— Она сказала тебе, кто? — спросила Аннабель.
Я выпрямился в кресле.
— Она предупредила ее насчет Спарроу, моего отца и меня.
— Что? А потом вы ее искали?
— Это должно быть очевидно, — сказал я, — мои намерения — помочь Арании. Да, я нашел ее, чтобы причинить вред Рубио, чтобы получить эти доказательства, но теперь… — я протянул руку и накрыл ладонь Арании. — …Я сделаю все необходимое, чтобы защитить ее. Когда я вошел сюда, вы сказали, что таково было ваше намерение оставить ее у себя. Вы сказали мне, что кто-то отнял у вас эту возможность. Сегодня у вас снова есть такая возможность. Нам нужно найти эти доказательства.
— Чтобы навредить Рубио? — спросила Аннабель.
— Если я скажу «да», — спросил я, понизив голос, — вы предпочтете его Арании?
Аннабель перевела взгляд с меня на Аранию и обратно.
— Нет. Я бы выбрала дочь. Я сделаю выбор, который мне никогда не позволяли сделать двадцать шесть лет назад. Однако, если дело дойдет до этого, мне может понадобиться ваша помощь, помощь Спарроу.
Большие светло-карие глаза Арании повернулись в мою сторону.
— Если вам это нужно, — сказал я, — вы получите её. Прямо сейчас, мы должны найти доказательства. — Я откинулся назад. — Он сказал, что у него есть копия, и у моего отца тоже. Он также сказал, что видел ее и знает, что она существует. Дэниел сказал ему… — Я не собирался говорить Аннабель Ландерс, что Рубио МакФадден убил ее мужа. — … ближе к концу своей жизни Дэниел сделал еще одну копию. Он сказал Рубио, что Арания — это ключ.