Обитель Варн

Витич Райдо

Алиса пожала плечами:

— Да, мне сейчас, собственно, однородно — человеко-царь, человеко-зверь, мне

маме помочь надо, трудно ей одной. Четверо нас у нее. Папка очень детей любил… —

Алиса с тоской вспомнила отца и себя, глупую эгоистку, что не ведала печалей, —

его нашли мертвым у дома. Никто не мог сказать, отчего он умер. Как-то все в тот

год словно в пропасть сорвалось. Мама плакала по ночам, а днем ровная, спокойная

— нас поддерживала. Я не понимала

этого, считала лицемерием. А она за нас

боялась, о нас думала. Младшие-то еще слушались, а меня понесло.

— И несло до трибунала, — хмыкнул Гнездевский, но тут же поцеловал ей руку,

извиняясь за насмешку.

— У тебя семья есть? — задала Алиса самый банальный в мире мужчин и женщин

вопрос. Эту тему она не задевала, но очень хотела узнать хоть что-то о капитане,

то ли в надежде, навеянной неотжившей еще наивности, то ли в желании упокоить

разыгравшееся воображение почти влюбленной женщины. Но скорей всего, чтоб

поставить точку, не ждать, не надеяться, а значит, не болеть, не множить раны и

обиды, не добавлять себе сложностей.

— Жена Агнешка, — кивнул Игнат и отвернулся.

— А дети?

— Сто пятьдесят человек, — капитан резко поднялся и пошел к бунгало. Алиса

задумчиво посмотрела ему в спину: а в семье капитана, видать, не все гладко.

Глава 11.

Она почувствовала, что он собирается покинуть ее, и застонала, впилась ногтями в

плечо, невольно удерживая, того, имя которого еще было скрыто туманом сна и

образ размыт негой блаженного покоя.

— Бэф, — звал чей-то голос.

Лесс открыла глаза и увидела лицо Бэфросиаста: `отпусти меня, малыш'. Варн

мгновенно вспомнила, кто перед ней, и выпустила предплечье вожака. А потом

посмотрела на незваного посетителя их спальни:

— Таузин? — почему у нее такое чувство, что она не видела его пару веков, не

меньше?

Тот покосился на нее и принялся докладывать вожаку новости, вернее, одну новость,

но настолько важную, что Лесс окончательно проснулась и села на край саркофага,

удивленно взирая на брата.

— Рыч увидел его на рассвете. Человек идет сюда, причем прячась, но явно не от

нас. Пару раз он пускал по ветру шепот, как это делают наши братья — Бэфросиаст.

Нас это насторожило, мы не стали его пугать. Нектар его не привлекает.

— Кто он такой? — нахмурился Бэф, успокаивающе придерживая Лесс за плечо.

— Профессор Зелинский. Член совета старшин города и тайный агент СВОН. Он

правит Бэф.

Тот

кивнул — понял. Он вспомнил седовласого, довольно грузного старика,

монографии которого хранились в его библиотеке.

— Ты уверен, что он намерен посетить развалины замка?

— Через час у нас будет возможность спросить его об этом лично. Он почти у

ворот, пытается с помощью древнего альпинистского снаряжения преодолеть ущелье.

— Безумец. Какая же надобность подвигла его на подобный героизм? Ему что-то

около семидесяти лет. Для человека довольно преклонный возраст. Во всяком случае,

для похода в горы и сдачи альпинистских маршрутов на категорию, он староват.

— Может, он не в своем уме? С ними подобное случается.

Бэф фыркнул — судя по тем работам, что старик выпустил год назад, он более чем

разумен, а судя по тем перлам, что выдавал три месяца назад — адекватен.

— Пойдем, посмотрим, малыш? — обернулся он к Лесс.

Та с готовностью закивала: голод, конечно, ее печалил и фужер нектара

интересовал больше, чем очередной гость, но жгучее ощущение в шее, что возникало,

стоило только выпустить руку Бэф, отодвинуться от него, мутило разум и мешало не

только думать о чем-то, но и видеть окружающие предметы. Они кривились,

расплывались, словно преломленные в кривом зеркале, и сознание плыло по их

кривым силуэтам, скользя в жерло пламя, что горело в шее.

— Что со мной? — пальцы потянулись к сонной артерии.

— Ничего, потерпи. Держись рядом, — мягко отстранил ее руку от шеи Бэф, не

давая коснуться воспалившейся ранки, и обняв, подвел к окну. — Где он, Таузин?

— Слева. Во-он точка на краю… Там наши — Тесс, Рыч, Смайх, Мааон.

— А Хоф и Ойко? — как бы невзначай спросил Бэф, но Варн уловил сталь в голосе

и понял, что вожак не доволен этими двумя.

— Хоф читает, а Ойко с Гаргу на охоте.

Бэф прищурился на точку вдали и хмыкнул:

— Нашествие гостей? Не зачастили ли к нам незваные посетители? Пойдем, узнаем,

что ему надо до того, как он свернет себе шею.

Они вылетели из окна и направились к профессору.

— Ты его знаешь? — несмело спросила Лесс, заглядывая в глаза Бэф: не рассердил

ли его вопрос?

— Встречались пару раз, — нехотя разжал он губы.

Ночь освежила Лесс. Боль прошла и забылась, а некоторый дискомфорт в области шеи