Обман

Малков Семен

— Неужели ты пожалел денег, Генри? — пренебрежительно бросила Сара. — Ведь у тебя их куры не клюют!

— Ну как ты не понимаешь, Салли? — с досадой объяснил Фишер. — Дело вовсе не в затратах на этот процесс, а в том, что шумиха, которая непременно будет поднята в прессе, на радио и телевидении, принесет много бед: скандал станет известен в обществе, что значительно подорвет мой бизнес.

— А мне на это плевать, Генри! Пусть все катятся к чертовой матери! — в сердцах выкрикнула Сара. — Мне никто не нужен, кроме тебя и

Лолиты. И разве нам не хватит того, что имеем, чтобы счастливо прожить втроем?

Поняв, что переубедить жену ему не удастся, Фишер оставил дальнейшие попытки.

— Ну ладно, Салли, успокойся! — миролюбиво произнес он. — Придется мне настропалить этого ловкача Маккоуна. Может, ему еще удастся хорошенько припугнуть родных Лолы и заставить их отказаться от своего иска.

Когда в люксе Юсуповых, снятом ими в одном из лучших отелей Уэст-Палм-Бич, раздался телефонный звонок, Михаил Юрьевич поднял трубку, уверенный, что это Даша, от которой ждал сообщений, но ошибся. Услышанный им низкий и густой голос был ему незнаком.

— Надеюсь, я говорю с мистером Майклом Джюсупофф? — самоуверенным тоном спросил неизвестный. — Если так, у меня к вам дело.

— Вы не ошиблись, но я прошу вас представиться, — ответил Михаил Юрьевич и поинтересовался: — Хотелось бы знать: кто дал вам мой номер телефона?

— Минуточку терпения, Майкл, и вам все станет ясно, — развязно произнес обладатель густого голоса. — С вами говорит адвокат мистера Фишера. Мое имя Дэвид Маккоун, и оно, — подчеркнул он паузой, — известно всей Америке! А узнать, где вы находитесь, нам помогли в отеле Атланты, который вы вчера покинули.

— Так что вам от меня нужно, мистер Маккоун? — сухо спросил его Михаил Юрьевич. — Говорите, я слушаю!

— По телефону это обсудить невозможно. Нам нужно встретиться, Майкл! — напористо предложил адвокат. — Мне надо сказать вам нечто очень важное.

— У меня возражений нет, — согласился Юсупов. — Откуда вы говорите?

— Из своего офиса в Майами, — ответил Маккоун. — Вы не могли бы заглянуть ко мне? — предложил он и любезно добавил. — Угощу вас отличным виски!

— Нет уж! Приезжайте вы сюда, — возразил ему Михаил Юрьевич. — Если вас устроит, — взглянул на часы, — можем встретиться в полдень в ресторане отеля или в моем номере. Как вам больше нравится.

— Предпочитаю ресторан. Нейтральная территория, — полушутя пророкотал в трубку Маккоун. — Только если позволите, подъеду к часу. Иначе могу не успеть.

— Без проблем, — согласился Юсупов и счел нужным предупредить. — Только на встречу я приду с сыном. — Он лучше меня разбирается в том, что касается финансов.

Маститого адвоката Юсупов приметил наметанным глазом издали. Среди других посетителей ресторана он выделялся не только ростом и дородностью, но и артистичной величественностью осанки. Когда Михаил Юрьевич подошел,

Маккоун приветливым жестом указал ему на стул за своим столиком. Очевидно, узнал по фотографии.

— Присаживайтесь! Сейчас нам принесут аперитивы, — любезно произнес он. — Может, заказать что-нибудь более существенное? — вопросительно взглянул на Юсупова. — Но, думается, мы это еще успеем, — добавил с лукавой усмешкой, — если сумеем договориться.

Вышколенный официант принес и поставил на столик коктейли. Михаил Юрьевич сел напротив Маккоуна и, потягивая через соломинку черри-бренди, деловито предложил:

— Так какие вопросы, Дэвид, нам нужно обсудить? Через четверть часа сюда подойдет мой сын, по мы можем начать без него.

— Не буду ходить вокруг да около, Майкл, и открою сразу цель путешествия, которое я проделал ради встречи с вами, — велеречиво, словно выступал перед большой аудиторией, хорошо поставленным голосом произнес Маккоун. — Это, несмотря на занятость и очень дорогое, — подчеркнул он, — мое время.

Юсупов на это не отреагировал, и адвокат продолжал:

— Так вот, Майкл, я хочу предотвратить трагедию. Да, именно трагедию, я не ошибся. Трагедию вашей семьи! Вы думаете, я имею в виду похищенную у вас дочь, которую, как вы считаете, приютила семья Фишеров? Отнюдь нет!

Маккоун сделал паузу, ожидая реакции на свои слова, но ее не последовало, и он с тем же жаром продолжил заготовленную речь.

— Разве это трагедия, когда пропадает одна из двух дочерей? Да, это большое горе, но отнюдь не трагедия. Вот когда родители теряют единственное дитя, что не так редко происходит в нашей суровой жизни, тогда это подлинная трагедия! Ваша трагедия, Майкл, совсем в другом.

Адвокат снова прервал свою речь, и на этот раз Юсупов не смолчал.

— Так в чем же тогда наша трагедия? — раздраженно бросил он, не понимая, куда клонит адвокат, и начиная злиться на краснобая.

— Она в том, что неразумно и неправомерно затеяв судебный процесс с мультимиллионером, вы, ничего не добившись, наверняка останетесь без гроша. Сами станете нищими и свою оставшуюся дочь сделаете несчастной. Генри Фишер вас разорит. Вот это будет настоящая трагедия!

— Я вас понял. Хотите запугать нас ужасными последствиями, чтобы мы отказались от своей дочери? — гневно прервал его Михаил Юрьевич. — А вы в здравом уме, мистер Маккоун?

— В здравом, мистер Юсупов, — сменил тон на жесткий бывалый адвокат. — На суде будет доказано, что Лола — не ваша дочь. Уж поверьте слову Маккоуна! Ведь я по-человечески хочу предотвратить вашу трагическую ошибку. Примиритесь с неизбежным и отправляйтесь домой! — повысил он голос. — Моему клиенту тоже морально тяжело. Он готов возместить все ваши расходы и компенсировать переживания, вызванные этой несчастной историей, в размере, — он сделал многозначительную паузу, — полутора миллионов долларов!