Обман

Вулф Джоан

— Мы будем… спать вместе?

— Да, — ответил Адриан.

— О… — протянула я.

— Эта мысль вам не по душе?

— Не знаю, — призналась я.

— Раз уж мы будем жить в одном доме, Кейт, в глазах всех остальных людей мы с вами будем мужем и женой. Если у вас есть серьезные возражения против того, чтобы спать вместе, вам лучше высказать их сейчас.

— А вы уверены, что вам не нужна экономка?

— Совершенно уверен, — со смешком подтвердил Адриан, который, разумеется, по нашему поцелую понял, что я не буду возражать против того, чтобы спать

с ним в одной постели. По всей вероятности, он и поцеловал меня для того, чтобы это выяснить.

Подняв на него глаза, я произнесла со всем достоинством, на какое только была способна:

— В таком случае я выйду за вас замуж, милорд.

— Благодарю вас. — Адриан сразу же посерьезнел и, покачав головой, поднялся с кресла. — Пожалуй, мне следует вернуться в Грейстоун прежде, чем эта метель превратится в буран.

Не говоря больше ни слова, он подошел к двери и позвал мистера Ноукса. Я легкой рысцой последовала за ним.

— Может быть, вы поедите чего-нибудь перед дорогой, милорд?

В это время появился мистер Ноукс, держа в руках пальто графа.

— Нет времени, Кейт, — ответил Адриан, просовывая руки в рукава пальто и застегивая пуговицы. — Вот что, Ноукс, в конюшню я пойду один и управлюсь там сам. Не надо туда никого посылать.

— Очень хорошо, милорд, — ответил мистер Ноукс.

Адриан направился к двери, я двинулась следом за ним. К этому времени метель действительно разыгралась не на шутку. Я открыла было рот, чтобы предложить Адриану остаться, но так ничего и не сказала.

— В четверг я пришлю за вами экипаж, — бросил мне на ходу Адриан.

— Я не люблю ездить в экипажах, — возразила я.

— Туда вы поместите свой багаж, а сами можете ехать верхом на Эльзе.

Теплая волна радости захлестнула мою грудь.

— Я могу забрать Эльзу в Грейстоун?

— Разумеется.

— На улице слишком холодно для такой долгой поездки верхом, миледи, — неодобрительно заметил мистер Ноукс, однако ни я, ни Адриан не обратили на его слова никакого внимания.

— До четверга, — сказал Адриан.

— До четверга, — отозвалась я и улыбнулась.

Глава 8

В четверг утром проводить меня в Грейстоун приехал не Адриан, а Гарри. Пока поили лошадей и укладывали в экипаж мой скудный багаж, он зашел в библиотеку выпить чашку горячего чаю. Наконец, когда лошади были готовы снова отправиться в дорогу, мы все, включая мистера и миссис Ноукс, вышли за порог дома. Я поцеловала на прощание старушку, которая не выдержала и всплакнула. Глаза мистера Ноукса, когда я чмокнула его в щеку, тоже подозрительно затуманились.

Я не могла выразить словами, как много чета Ноуксов значила для меня. Они дарили мне всю доброту своих сердец и ощущение покоя и защищенности именно в те моменты моей жизни, когда я отчаянно нуждалась и в том, и в другом.

— Я очень люблю вас обоих и обязательно буду вас навещать, — только и смогла я сказать.

В ответ мистер Ноукс громко высморкался, а миссис Ноукс сказала:

— Да благословит тебя Господь, дитя мое.

Я

молча кивнула, боясь, что, стоит мне только заговорить, как я тут же расплачусь. Чувствуя, что слезы уже подступают к глазам, я повернулась, вскочила в седло и пустила Эльзу рысью по дороге. Гарри поскакал за мной на своей лошади, а экипаж покатил следом за нами. Я оглянулась один-единственный раз, когда мы отъехали уже так далеко, что дом вот-вот должен был скрыться из виду. Старички Ноуксы несмотря на холод продолжали стоять на пороге, глядя нам вслед, и я помахала им рукой на прощание.

В других обстоятельствах я получила бы немалое удовольствие от пятнадцатимильной поездки верхом в Грейстоун-Эбби, но на этот раз в голове у меня роилось столько мыслей, что я не обращала никакого внимания на великолепный зимний пейзаж. Гарри что-то говорил, и я, кажется, что-то ему отвечала, но впоследствии не помнила ни слова из нашей беседы.

Поместье Грейстоун-Эбби находилось в нескольких милях от Ньюбери. До этого мне уже доводилось бывать в этом городе и в его окрестностях, однако я не могла припомнить, чтобы мне попадался на глаза дом Грейстоунов. Впрочем, за свою недолгую жизнь я успела повидать достаточно больших и красивых домов и довольно ясно понимала, что мне предстоит увидеть на этот раз.

Проехав в ворота, мы свернули на широкую подъездную аллею, обсаженную великолепными каштанами. Впрочем, если не считать этих деревьев, аллея, в общем, очень походила на те, которые мне доводилось видеть до этого. Ничего необычного не было и в большом, увитом плющом каменном доме, который вскоре предстал перед моими глазами. Он ничем особенным не отличался от загородных домов других богатых аристократов, которым мой отец продавал лошадей.

Впрочем, кое-что особенное я все же заметила, более того, это «кое-что» сразу же привлекло мое внимание: на ступенях парадной лестницы теснилась целая толпа людей.

— Бог мой, — заметил Гарри, — Адриан решил устроить вам самый пышный прием. Он выстроил на лестнице всю прислугу, чтобы она вас поприветствовала.

Видя, что у дверей скопилось не меньше пятидесяти человек, я тихо спросила:

— Неужели все эти люди работают в этом поместье?

— Наверное, — небрежно повел плечами Гарри.

Когда мы подъехали к последнему повороту аллеи, кто-то из слуг скользнул в дом, и к тому моменту, когда мы остановились около громадной лестницы, из парадных дверей вышел сам граф Грейстоунский. Слуги расступились перед ним, и он спустился по ступенькам, чтобы поприветствовать меня и Гарри.

— Неплохой спектакль, — спешиваясь, одобрительно бросил Гарри.

Я вынула левую ногу из стремени, пронесла ее над спиной Эльзы, затем, держась руками за шею кобылы, высвободила правую ногу и соскользнула на землю. Эльза, как я уже, кажется, упоминала, была рослой лошадью, так что прыгать пришлось с довольно большой высоты, но для меня это было привычным делом. И у Адриана, и у Гарри хватило ума не пытаться мне помочь.

— Это Уолтерс настоял, — сказал Адриан, обращаясь к Гарри, и повернулся ко мне: