Обман
Шрифт:
Он бросает на меня взгляд в зеркало.
– А что говорит Гиллеспи? Он тоже считает, что тебе нужны деньги?
Я нервничаю, и внутри у меня возникает неприятная дрожь.
– С ним я этого не обсуждала.
– Значит, нам нужно повторять наш прошлый разговор, – констатирует Джек с плохо скрываемым раздражением.
– Я прошу тебя как друга, Джек.
– А я отказываю тебе как другу, Эллен.
В груди у меня вскипает чувство, близкое к злобе.
– Джек… Я думаю, на нас всех лежит ответственность за деньги благотворительного
– Обязанность! – восклицает Джек. Бритва останавливается у него в руке. – Ты не иначе как шутишь! – Его глаза в зеркале упираются в мои.
Я знаю, что если захочу чего-то добиться от Джека, то должна избегать его взгляда. Смотрю на плитки справа от него и осторожно говорю:
– Понимаешь, мне кажется, что все проблемы у Гарри начались в связи с «Эйнсвиком». Если бы с фирмой все обстояло нормально, он никогда не пустился бы ни в какие авантюры.
– Он сам виноват, – презрительно хмыкает Джек. – Эта затея с Шортдичем была обречена с самого начала.
– Да, я понимаю… Но ведь дело не только в ней. А вопрос с этим куском земли у окружной дороги? Гарри ведь не удалось получить разрешение на его застройку.
– Я уже все объяснял тебе, – с нажимом говорит Джек.
Но я не обращаю на это внимания. И повторяю про себя, что Джеку меня больше не запутать.
– Да, объяснял. Но кое о чем забыл. Когда ты получил разрешение, то сделал это с помощью Мичера. Ты ведь его хорошо знаешь. Но когда я показала тебе тот счет из отеля, ты притворился, что не узнаешь фамилию Мичера. И тогда меня осенило… Тот отдых на Майорке. Ты сказал, что организовал его Гарри, и намекнул, что дело с Мичером имел именно он. Но дата на счете… это было почти ровно пять лет тому назад. И я проверила по дневникам Гарри. В то время он был в Англии и никуда не уезжал. Он не ездил с Мичером на Майорку.
– А разве он должен был ездить с ним? Он просто заплатил за эту поездку.
Забыв о том, что мне не следует смотреть Джеку в глаза, я в зеркале встречаюсь с ним взглядом.
– Ездил ты, Джек. Ты ездил с Мичером на Майорку.
Он поворачивается и медленно протягивает руку за полотенцем.
– Почему ты так считаешь? – В его голосе угроза и настороженность. Он вытирает полотенцем подбородок. Взгляд становится жестким.
– Ну хорошо… Маргарет выяснила это по записям в журнале фирмы.
Джек бросает полотенце на бортик ванны, скрещивает руки на груди и с преувеличенным удивлением спрашивает:
– И почему это ей пришло в голову заняться подобными изысканиями?
– Это я ее попросила.
– Ты?!
Джек опускает руки и приближается ко мне почти вплотную.
– С какой это стати, Эллен? – требовательно спрашивает он. – Что это за расследование?
– Просто мне было интересно, почему Гарри оставил этот счет.
– Тебе было интересно… И какова же, по-твоему, причина?
Я смотрю в сторону и несколько
– Думаю, он считал этот документ важным.
– Ага! А ты сама как считаешь?
Я неопределенно пожимаю плечами.
– Почему этот счет должен быть чем-то важным?
– Возможно, Гарри считал, что Мичер, скорее твой друг, чем его.
Джек не моргая смотрит на меня. Губы у него растягиваются в напряженной улыбке.
– Скажи, ты сохранила этот счет?
Мое молчание уже само по себе служит ответом.
– Так что это, угроза?
– Нет, Джек, это не угроза.
– Ах, вот как! Почему же тогда ты не уничтожила счет?
С секунду я обдумываю ответ.
– Я почувствовала, что мне не следует этого делать.
Джек несколько раз коротко кивает, как будто он наконец понял меня.
– Ну что же, Эллен, выкладывай свои условия. Значит, я оплачиваю долги Гарри, а ты разбираешься со счетом, да?
– Ну ты уж прямо…
– А что я? – Джек разводит руками. – Что я? Это ты загоняешь меня в угол и выкручиваешь руки.
– Просто я полагаю, что нам нужно разделить ответственность.
– Ответственность?! Снова эти высокопарные слова. Неожиданно мне надоедает его кривляние.
– Хорошо! – твердо произношу я. – Если хочешь, я выкручиваю тебе руки. Да! Да!
Джек кивает с удовлетворением инквизитора, который наконец вырвал из обвиняемого нужные признания.
Я молчу, пытаясь успокоиться.
– Но я никогда ничего не сделала бы со счетом, Джек. Я не заинтересована в создании дополнительных проблем. Просто считаю, что на «Эйнсвик» свалилось слишком много бед, и что если бы дела у фирмы шли лучше, Гарри не принял бы своего рокового решения. Я думаю, ты мог бы оказать ему более существенную помощь в трудную минуту.
Джек не предпринимает попыток оспорить это. Агрессивность в выражении его лица несколько ослабевает.
– Ну, хорошо, – уже несколько спокойнее произносит он. – Я должен сделать это по доброте душевной, так?
Я не отвечаю.
– Чертов филантроп! – презрительно кривит губы Джек. – Позволю себе заметить, Эллен, что я и так уже немало сделал для тебя. – Резким движением он сдергивает полотенце с бортика ванны и с силой прижимает его к лицу.
– Джек, это не филантропия. Это спасение меня и моих детей. Я не перенесу, если скандал выплеснется наружу. Правда, не перенесу.
– Но я ведь уже объяснял тебе…
– Даже малейшего шепота по этому поводу я не выдержу!
– Ну вот! – говорит он таким тоном, как будто мои доводы звучат для него вполне убедительно и он наконец понял, что я действую не из дурацких побуждений. – Значит, образ Гарри должен оставаться незапятнанным. А святая Эллен не должна потерять лицо, – Джек саркастически улыбается. Неожиданно он быстро подходит ко мне, притягивает к себе и крепко целует в губы. – Значит, мне нужно быть хорошим по отношению к тебе?