Обманка
Шрифт:
Хорхе помнил хозяина Пятиозерья. Боннван — лысоватый белобородый старикашка с яркими голубыми глазами, бескорыстно помогавший участникам южного похода залечивать небольшие раны, не показался ему таким уж сильным магом. Но сейчас, пожалуй, лучше было оставить нелестное мнение при себе. Не стоило разрушать чужие иллюзии. Ленивый рыцарь вновь прислушался к печальному рассказу собеседника. Тот, наконец, подошел к концу.
— Но даже великий маг, — объяснил Черный рыцарь, — не смог избавить меня от проклятия полностью. И поэтому я по-прежнему вассал Огневика,
— Ну, чего уж там, — скромно ответил Хорхе и, так же, не снимая перчатки, осторожно пожал протянутую руку: рассказы о болезнях и преступлениях не слишком располагали к близкому знакомству. — На моем месте так поступил бы любой.
— Далеко не любой, — холодно возразил чем-то задетый Черный рыцарь. — Но не будем больше об этом. Не понимаю, как тебе удалось избежать поражения в битве с южанами — ведь Огневик всегда смог бы заклясть тебя истинным именем. Пусть оно у тебя и странное, но ведь ты его не скрываешь? — в голосе собеседника прозвучали вопросительные нотки.
— Не скрываю, — согласился Хорхе, — Но не смог бы. И до него пытались. Меня назвали в честь прадеда, земного переселенца. Может быть, в этом дело?
Ленивый рыцарь вспомнил слова бабки, ненавидевшей магическую планету и пытавшейся уберечь от будущих напастей любимого внука: — «Тебя назвали в честь прадеда. Да только имя, которое все знают, — Хорхе — он получил, приехав на новую родину, в Аргентину. Дома, в Сербии, откуда мы бежали, отца моего звали Юри. „Юрий, Юрочка“, — называла его жена, русская, сибирячка. Это и есть твое истинное имя. Здесь, на Буяне, его никто не знает и никто не сумеет тебя заклясть».
Старики, вечные странники, не смогли ужиться и в новой стране и, узнав о наборе колонистов, сманили семью переселиться на другую планету, где вынужденно обосновались навсегда: связь с метрополией в мире магии скоро была утрачена. Ленивый рыцарь ничего не знал о таинственном мире предков. Только названия трех стран: Сербия, Аргентина, Сибирь — и имя прадеда.
— Зачем ты пришел? — спросил Хорхе Владыку Чернолесья, отрываясь от воспоминаний.
— Я пришел вас предупредить. Дальше по дороге, в двух милях отсюда, ждут отряды воинов. Даже тебе не одолеть одному хорошо вооруженных врагов во главе с бургомистром и Саламандром.
— Уверен? Нас двое.
— Не думаю, — Черный рыцарь бросил возмущенный взгляд на Доминика, продолжавшего спокойно поедать вишни вместе с косточками, — чтобы тебе очень помог в бою твой оруженосец.
— Почему ты пришел нас предупредить? — недоверчиво спросил Хорхе. — Ведь и ты мне не друг.
— Ты бескорыстно спас меня, и твоя помощь — единственный шанс вернуть мою потерянную обманку, — честно объяснил Черный рыцарь. — Мне известно, что ты ее видел. Мои маги сказали, что она была в твоем первом сне.
— Алиса-Наташа! — внезапно
— Да, — подтвердил собеседник. — Значит, ты и вправду говорил с ней?
— Ну, — Хорхе запнулся. — Она со мной говорила, точно. Немного странная она все-таки. Неужели тебе в самом деле грезилась такая?
— Странная? Значит, это была она. Моя обманка именно такая, — подтвердил бывший враг. — Смотри! — И он на мгновение поднял забрало.
Хорхе взглянул ему в лицо, вернее на то место, где должно было быть лицо прокаженного, и торопливо отвел глаза.
— Теперь я понимаю, — смущенно сказал он. — Думаю, она вполне подходит тебе. А теперь… Ты пришел только предупредить?
— Нет, — решительно ответил Черный рыцарь. — Сейчас я решил сражаться вместе с тобой. Но только нам не победить.
— Это мы еще посмотрим! — Хорхе вытащил из сумки склянку с остатками лечебной настойки и сделал большой глоток. Мир поплыл.
Послышались громкие крики, и из-за поворота выехали враги. Отряд воинов, действительно, был немалым, и во главе его легко узнавались массивная фигура бургомистра и пылающие доспехи Огневика. Черный рыцарь забыл упомянуть о другом: сопровождающие их воины не имели почти ничего общего с людьми.
Монстры, чудовища южных пустынь, неведомо как проникшие в северные леса, вооруженные не только когтями и зубами, но и мечами и копьями, взвыли в предвкушении добычи, увидев трех беззащитных противников.
Те из монстров, что были вооружены, выглядели намного страшнее, чем откровенно звероподобные твари: в них сохранялось или, наоборот, проявлялось нечто человеческое, как если бы пустынные оборотни были застигнуты и остановлены чародейством в момент перехода и продолжали бы жить в таком промежуточном состоянии.
Полулюди — полуящеры, полужабы, полузмеи с человеческими лицами и пятипалыми руками, покрытыми чешуей, вызывали не только ужас, но и гадливость, какую-то брезгливую жалость своей незавершенностью.
— Мы погибнем, — тихо сказал Черный рыцарь. Затем, уже увереннее, повторил: — Да, мы погибнем, но не сдадимся. Жаль только, что я так больше и не увижу Алису-Наташу. — Он развернул коня навстречу врагам и изготовился к схватке.
— Не спеши, — Хорхе остановил неожиданного соратника и начал рыться в сумке. Для переговоров срочно требовалось что-то белое.
Сначала рыцарь подумал о собственном носовом платке. Но, пожалуй, этот кусок ткани никто не рискнул бы назвать белым. Кажется, Хорхе недавно вытирал им шлем? Или сапоги? На Доминика Хорхе и вовсе не рассчитывал: откуда у медведя носовой платок? Черный рыцарь? У этого и носовой платок наверняка черный.
Хорхе внезапно вспомнил о подарке Оберона. Он снял со шлема с белое перо и поднял его над головой. Перо ангела неожиданно ярко засияло, и Ленивому рыцарю показалось, что при свете эльфийского подарка огненные монстры бледнеют, становятся полупрозрачными и начинают медленно пятиться назад. Навстречу рыцарю поторопился выдвинуться Огневик, как будто стараясь прикрыть собой приведенных чудовищ.