Обманка
Шрифт:
Приблизившись к врагам, Хорхе прокричал: — Мы сдаемся! Я буду говорить только с бургомистром. Клаус, ты все еще готов платить за свою обманку?
Во вражеских рядах произошло короткое замешательство. Вожаки отчаянно заспорили, затем вперед выехал городской глава и искательным голосом перепросил, как будто тут диктовал условия не он, а почти беззащитный рыцарь с белым эльфийским пером:
— Ты и в самом деле снова готов уйти в страну грез с синим камнем? Несмотря на угрозу смерти? Почему?
— Потому что я так же хочу найти
На мгновение Ленивому рыцарю показалось, что бургомистр хочет возразить, сказать что-то важное, но тот, бросив осторожный взгляд на Саламандра, сдержался.
— Итак, ты сдаешься? — резко бросил скрипучим птичьим голосом Огневик.
— Нет, — возразил Хорхе. — Я соглашаюсь отправиться в страну грез с синим камнем в руках на поиски обманки Клауса и своей. И при соблюдении моих условий!
— Почему это ты здесь выдвигаешь требования? — хозяин южных пустынь не скрывал раздражения. Услышав злость в его интонациях, радостно взвыли полупрозрачные чудовища, которые уже почти не внушали страха, продолжая терять реальность при свете белого пера.
— Потому что иначе мы — я и хозяин Востока — примем бой, — спокойно объяснил Ленивый рыцарь. — И, разумеется, погибнем. И кто же тогда отправится в страну снов? А ведь у тебя тоже исчезла обманка, если, конечно, это не ты украл мою. Иначе, что бы тебя сюда привело?
— Я тебя прошу, Огневик! — забыв об осторожности, умоляющим голосом сказал бургомистр. — Ты же знаешь! Один шанс из двух, это очень много: или ты, или я. И я плачу.
Саламандр, недовольно поморщившись, уступил:
— Называй свои условия!
— Все знают, что я свое слово держу, — начал Хорхе. — И если я поклянусь, что отправлюсь в страну грез, я так и поступлю. Так вот, я согласен уйти в мир снов, но только в присутствии своего волшебника! — При этих словах рыцарю вновь показалось, что бургомистр едва удержался от возражений. — И при условии, что все ваше войско немедленно уберется из нашего леса в южные пустыни. — Он небрежно махнул рукой в сторону разочарованно завывавших монстров. Хорхе ничем не рисковал — он уже чувствовал, как ему приятно кружит голову бездумная одержимость. Сейчас вполне можно было бы принять бой. И если бы не надежда найти Ререну, рыцарь, наверное, так бы и поступил.
— Что же, разумные условия, — согласился Огневик. — Волшебник твой нам не помеха. А эти? Я в любую минуту смогу вызвать их вновь.
Южанин прищелкнул пальцами, и вооруженные отряды чудовищ бесследно исчезли, как будто растворившись в воздухе перед глазами задумчиво следившего за ними рыцаря.
— И не думай, — Огневик угадал его мысль. — Это были не наваждения. Настоящие жители пустынь и связанных с ними миров. Они ушли магическим путем. И тем же путем мы сейчас последуем к твоему волшебнику Марку. Его так зовут? — Саламандр зловеще усмехнулся. — Думаю,
— «Интересно, почему Клаус не учел мои шансы найти свою обманку?» — Хорхе, наконец, сообразил, что зацепило и насторожило его в рассуждениях бургомистра.
— Извини, но я тебя покину, — обратился к нему Черный рыцарь. — Мне не хочется встречаться с волшебником Марком. В подземельях Саламандра мне не раз встречались и волшебники.
Хозяин Черного замка развернул коня и медленно поехал прочь.
— Интересно, что он хотел этим сказать, — полушепотом спросил у Доминика уставший от загадок Хорхе. Но медведь ничего не ответил. Он не сводил подозрительного взгляда с творящего заклинания Огневика.
— Стой! — Хорхе внезапно кое-что вспомнил и устремился вслед за Черным рыцарем. — Погоди!
Тот удивленно оглянулся и остановил коня, дожидаясь.
— Вот, — Хорхе вытащил из сумки три забытых шарика хавы. — Это магия того мира, где скрывается Алиса — Наташа. Думаю, если ты заснешь с хавой в руке, мечтая о своей обманке, то, возможно, исчезнешь из этого мира и проснешься в ее Замке. Она там хозяйка. Может быть, твоя обманка сумеет тебе помочь. Превратит в кого-нибудь другого.
«В Ежа, например, или в Барсука», — мысленно добавил Ленивый рыцарь, а вслух сказал:
— Вот только не знаю, сумеешь ли ты потом вспомнить наш мир и вернуться обратно.
— Спасибо, — взволнованно сказал владыка Чернолесья. — Спасибо. Ты не представляешь, как я мечтаю обо всем забыть и превратиться в кого-нибудь другого. Может быть, мне и не захочется возвращаться.
— Удачи! — Хорхе не стал спорить. Что он, простой рыцарь, мог посоветовать безликому создателю хозяйки Замка Лентяев, девушки, поливающей несуществующие цветы? Может, тот и впрямь станет счастливее, превратившись в Барсука?
Хорхе поднял руку, прощаясь:
— Мне пора.
— Прости меня. Я не могу сейчас говорить прямо, — Черный рыцарь бросил неприязненный взгляд на Саламандра. — Но я, хозяин Чернолесья, теперь твой друг, и хочу предупредить: не всем, кто иногда приходит к тебе на помощь, можно верить. Запомни эти слова и прощай!
Вернувшись к остальным, Ленивый рыцарь, по примеру медведя, уставился на щелкающие пальцы Саламандра. Вопреки опасениям Доминика, волшебство сработало, как нужно. Через мгновение они оказались на ягодной поляне и увидели волшебника Марка.
— «Почему они не приняли во внимание мои шансы? И что хотел сказать Черный рыцарь своим предупреждением? — продолжал размышлять Хорхе, когда недовольный Мрак, оторвавшись от изучения старинного пергамента, поднялся навстречу незваным пришельцам. — Кто это может быть, кто мне помогает и не друг?»
Хорхе с сомнением посмотрел на Доминика. Его вечно нахмуренная, но простоватая полумедвежья физиономия заставила отбросить нелепые подозрения. Тогда кто? Волшебник Марк? Зачем бы он стал вредить?