Обмасонивание
Шрифт:
Бекет дёрнулся как от удара. Ему ли, оставившего все блага мирские после принятия сана, возжелавшему всей душой своей - очищения святой церкви от стяжательства, сребролюбия, скаредности, торговаться с каким-то иудеем о сребрениках? Требовать платы за "приведение душ в лоно"? Он обвёл взглядом заваленный подарками стол, ощутил на плечах мягкое тепло соболиного манто...
– - Как их зовут?
– - Хугин и Мунин. Если Вашему Святейшему Превосходительству будет угодно, они с радостью примут новые имена по воле Вашей
На другой день, продав десяток круглых стеклянных зеркальц и сотню бусин, Беня и его спутники отправились дальше. А молчаливые Хугин и Мунин приступили к службе в свите беглого архиепископа Кентерберийского.
Сперва им поручали наиболее тупую, тяжёлую и грязную работу. Которую новички выполняли без ропота. Когда же случилось убедиться в их бойцовских навыках, то стали более использовать в качестве охранников и телохранителей. Их стремление к латинской грамоте и католической вере вызывало уважение Бекета, и всячески им поддерживалось. Бывшему канцлеру постоянно не хватало грамотеев. Близнецы -- грамотные, молчаливые, умелые, нетрусливые и, что было понятно всем - абсолютно неподкупные из-за их чужести, стали его постоянной тенью.
В июле в Санс прибыл гонец короля Генриха. "Короткий плащ" стал "кротким". Коронация в июне 1170 г. в Йорке старшего сына - Генриха Молодого - королём Англии (коронация наследника при живом правителе - распространённый приём в Средневековье), проведённая архиепископом Йорка и епископами Солсбери и Лондона, обострила конфликт: традиционно процедуру исполняли архиепископы Кентербери. Иное - некошерно.
Бекет подал жалобу неоднократно предававшему его союзнику и руководителю - Папе Римскому Александру Третьему. В тот момент Папа чувствовал себя достаточно уверенно и позволил себе поссориться с Анжу. "Короткому плащу" погрозили интердиктом.
"Плащ" испугался, и 22 июля 1170 года Генрих II и Томас Бекет встретились в Нормандии. Произошло полное и искреннее примирение: архиепископ-изгнанник преклонил перед королём колени, а тот, прощаясь, лично поддерживал стремя Бекета. Бывшие враги договорились, что архиепископ заново коронует Генриха Молодого, а король накажет епископов, поносивших Бекета.
Конфликт улажен?
– С такими персонажами...
Томас вернулся из изгнания с триумфом: его и лодку, в которой он высадился на берег, восторженные богомольцы несли на руках до Кентербери.
Решение Папы касалось лишь легальности процедуры коронации. Однако Бекет взялся взыскивать за всё. Отлучение накладывалось им на других иерархов, поддержавших семь лет назад Кларендонские конституции. На чиновников, исполнявших свой долг согласно королевским законам, на владельцев конфискованнго у Бекета, "за растрату и измену", имущества. На "добросовестных приобретателей" поместий, отобранного королём у церкви. Включая и ту недвижимость, которая была взята в казну по его собственным решениям в бытность канцлером...
Церковь, мелкое дворянство и народ - пребывали в восторге. По
Церковь, очистившаяся от корыстолюбия, устремившаяся к истинному учению Христа, к братству, любви и справедливости, независимая от короля, не сдерживаемая мирскими законами, казалась им путём к "светлому будущему", к "Царству Божьему на земле". А Томас Бекет, сменивший роскошь вельможи на рубище монаха-аскета, возвратившийся победителем на кафедру Кентербери - маяком на этом пути.
Ещё до возвращения на родину Бекет направил в Англию своих гонцов, которые публично, во время церковной службы, вручили трём прелатам, участникам незаконной коронации, архиепископские письма об отлучении их. Все формальности были соблюдены: анафема была объявлена отлучаемым при свидетелях и в стенах церкви. Епископы были в шоке.
В декабре он отправился в Лондон, чтобы короновать Генриха Молодого. Архиепископа сопровождала огромная толпа, состоявшая не только из крестьян и монахов, но и отряда вооруженных рыцарей. Это вызвало подозрение у лондонских чиновников, они не пустили Бекета в столицу.
В Нормандию к королю неслись панические донесения. Неудавшийся визит в Лондон был раздут чуть ли не до народного восстания.
***
Две идеи в разных комбинациях и пропорциях существуют в эту эпоху в головах людей. Идеи просты и не новы:
1. Моральное очищение церкви.
2. Светская власть церкви.
"Чистота и Власть". Два параметра дают четыре исхода. Католики выбрали "Власть Грязи" - цезарепапизм победил. Что неизбежно вызвало появление катаров и гугенотов, Кальвина и Гуса, лютеранства и баптизма. Европа выстрадала протестантизм.
Некоторые мыслители, подобно Пьеру Абеляру, не осознавали сущности выбора, пытались перевести конфликт в плоскость дискуссии между "аристотелизмом" и "платонизмом".
Абеляр утверждал, что единственными источниками истины являются диалектика и Священное писание. По его мнению, даже апостолы и отцы Церкви могли заблуждаться. Любая догма церкви, не основанная на Библии, могла быть ложной. Абеляр утверждал права свободной мысли, ибо нормой истины объявлялось мышление, которое не только делает понятным для разума содержание веры, но приходит к самостоятельному решению.
Полная хрень! Философия! Болтовня!
Увы... "Свобода мысли" неизбежно приводит к краху власти, основанной на вере.
Вы веруете?
– Вам придётся убивать думающих.
Ученик Абеляра - Арнольд Брешианский - реализовал "болтовню" в реальной политике. Просто - "обратимся к определению".
В Брешии, будучи священником, возглавил борьбу горожан против сеньора-епископа.