Обмен убийствами
Шрифт:
Подкрепление прибыло.
Среда,
через три дня
Гэллен
– Так объясните мне, Джек, как вы оказались в квартире Элейн Томс с оружием, на которое у вас нет разрешения?
Мерриуэзер посмотрел на своего адвоката, еле заметно кивнувшего, затем снова на меня.
– Без комментариев, – пробурчал он, машинально почесывая пластырь на разбитом носу.
– Откуда вы знаете Элейн Томс?
Снова пауза.
–
– Случайно, не по «Дагмар холдингс»?
Он опять взглянул на адвоката, неприятного узколицего человека с огромными очками и с лысиной. Это был знаменитый Мелвин Кэрролл. Тот опять кивнул.
– Без комментариев.
– Что вам известно о «Дагмар холдингс»?
– Без комментариев.
Я вздохнул.
– Вы не очень-то мне помогаете, Джек.
– И самому себе, – добавил сидящий рядом Нокс. – А вам грозят очень серьезные обвинения. Обвинения, которые повлекут за собой приговор на долгий тюремный срок. Мы говорим о годах, Джек, а не месяцах. О годах! Предлагаю вам подумать об этом в следующий раз, когда вас приведут на допрос.
Мерриуэзер демонстративно зевнул.
– Так вы намерены предъявить мне обвинение или просто будете сидеть и понапрасну занимать мое время?
Мелвин Кэрролл подался вперед. От него так и разило одеколоном.
– Мой клиент утверждает, что он не нарушал закон и, как он неоднократно сообщал вам, больше ничего не может сказать по этому делу. Поэтому я категорически требую, чтобы его отпустили.
Мы с Ноксом переглянулись, затем снова взглянули на Мерриуэзера. Джеки Слэп смотрел на меня в упор своими холодными глазами. На его лице ясно читалось сознание собственной неуязвимости. Я выдержал его взгляд, бесстрастно глядя на него, в комнате воцарилась тишина, пока мы с ним мерялись взглядами Кэрролл уже хотел что-то сказать, но я его опередил.
– Что вам известно об убийстве Роберта Джонса? – спросил я, и на лице Мерриуэзера что-то дрогнуло. Он сразу овладел собой, но слишком поздно: я увидел это и понял, что иду по верному следу.
Он медленно покачал головой:
– Ни о чем таком не знаю. Слышать не слышал про такого парня.
– Не слышали про Роберта Джонса, про мальчика-газетчика, убитого полгода назад?
– Ах это он?! Да, об этом я слышал, но ничего не знаю. А почему я должен что-то знать?
– Хороший вопрос, – вмешался Кэрролл. – Какое отношение имеет убийство этого газетчика к обвинениям, в связи с которыми вы допрашиваете моего клиента?
– Мы считаем, что мистер Мерриуэзер способен пролить свет на убийство ребенка, – пояснил Нокс, с нажимом произнеся последнее слово.
– Не пытайтесь пришить мне ничего подобного!
– Не кричите, Джек, – посоветовал Нокс.
– Я очень удивился, когда вы сказали, будто ничего о нем не слышали, – продолжал я, – так как это было и по-прежнему является громким преступлением, а последний раз мальчика видели живым на Ранмейн-авеню, где живет один из ваших сообщников, Тони Фрэнкс…
– Понятия не имею, кто это такой.
–
– Знать не знаю, о чем вы говорите.
– Я тоже не понимаю, к чему вы клоните, – пришел к нему на подмогу Кэрролл. – Я хотел бы попросить вас прекратить этот допрос. Это совершенно не относится к делу.
Я наклонился и взял с пола полиэтиленовый пакет для улик. Протянув его Мерриуэзеру, я предложил ему:
– Угадайте, что здесь такое?
Мерриуэзер сощурился.
– Я ничего не вижу.
– А вы присмотритесь повнимательнее. – Я указал пальцем на нечто невесомое в пакете. – Это нитка, Джек, точнее, две нитки. Их сняли с куртки, бывшей на Роберте Джонсе в тот день, когда он погиб, и знаете что? Мы обнаружили их в доме, из которого на прошлой неделе вы вывозили вещи. Что вы об этом думаете?
– Это какая-то ошибка. – На его лице появился страх. Казалось, Кэрролла тоже сбил с толку этот неожиданный поворот дела. – Я ничего не знаю об убитом ребенке.
– Вы в этом уверены, Джек? – спросил Нокс.
– Конечно, уверен.
– Тогда как вы это объясните? – сказал я. – Как они там оказались?
– Это не имеет ко мне никакого отношения. Я там не живу.
– Тогда почему вы перевозили вещи? – вступил Нокс.
– Джек, где находится Тони Фрэнкс? Мы не можем его найти.
– Я не знаю никакого Фрэнкса.
– А почему вы вывозили вещи из его дома?
– Я не…
– У нас есть свидетельница, которая утверждает, что это были вы. Она даже разговаривала с вами.
– Черт побери, больше я не стану вам отвечать.
– Думаю, моему клиенту нужен перерыв, – заявил Кэрролл.
– Мы еще не закончили, – отрезал Нокс.
– Зато я закончил, – рявкнул Мерриуэзер, складывая руки на груди и демонстративно отводя глаза в сторону.
– Не желаете ли взглянуть на эту фотографию? – Я достал из кармана и подтолкнул снимок к Мерриуэзеру. – Это последнее фото Роберта. Обед на Рождество в прошлом году, за полтора месяца до убийства. Хорошая фотография, правда?
Мерриуэзер по-прежнему смотрел в сторону, но я заметил, что у него подрагивает подбородок.
– Я выражаю протест против подобных методов ведения допроса. Мой клиент уже заявил, что не желает отвечать на вопросы. В связи с этим я самым решительным образом настаиваю на окончании допроса.
– Вы знаете, Джек, что плату за дом Тони Фрэнкса вноси компания «Дагмар холдингс»?
– Никогда не слышал о «Дагмар холдингс».
– Правда? – сказал я, и Мерриуэзер сразу понял, что допустил ошибку. Это было видно по его глазам. – Два чека от «Дагмар холдингс» на общую сумму девять тысяч триста двадцать фунтов были внесены на банковский счет, принадлежащий вашей жене, один в феврале, другой в июне. Кроме того, вы находились в квартире секретаря этой компании, когда мы вас арестовали.