Обольститель
Шрифт:
Занятый невеселыми мыслями, маркиз пересек поле и достиг коттеджа раньше, чем в небе заиграл первый солнечный луч.
Стук в дверь был встречен уже привычным молчанием.
— Это Тайрхем, — выждав минуту, вполголоса произнес Дастин.
Дверь отворилась, и на пороге появилась Николь, смотревшая на Дастина из-под козырька своей кепочки встревоженным взглядом.
— Милорд! Что-нибудь случилось?
— Прошу прощения за столь ранний визит, но мне необходимо немедленно поговорить с тобой и твоим отцом.
— О,
Дастин закрыл за собой дверь и обнял Николь за худенькие плечи, борясь с непреодолимым желанием прижать ее к себе. Николь выглядела испуганной и беззащитной.
— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросил он.
— Лучше, — смущенно взглянув на Дастина, ответила Николь. — Гораздо лучше. Я отдохнула, и теперь все хорошо.
— Я хотел прийти раньше, — хрипло сказал маркиз. — Хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Я не спал, я думал о тебе всю ночь.
— Ты беспокоился обо мне? — улыбнулась Николь. Она подошла к Дастину и погладила его по щеке. — Спасибо. Но я прекрасно себя чувствую. Правда.
Дастин поднес ладонь Николь к своим губам.
— Я так бесцеремонно вторгся в твою жизнь… Но поверь, Николь, я сделал это с единственной целью — увидеть тебя счастливой!
— Дастин, что случилось? — спросила Николь, почувствовав недоброе.
— Трентону прислали записку с угрозами.
Николь не надо было объяснять, кто это сделал.
— О Боже! — Руки ее бессильно опустились. — Я позову папу.
— Я уже здесь. — Ник Олдридж спускался по лестнице, завязывая пояс халата. — Кому предназначалась записка, милорд, и о чем в ней говорится?
— Записку получил мой брат. Угрожают жизни моего племянника, если я не прекращу расследование.
— О негодяи! — вскричал Ник. — Когда это случилось?
— Вчера вечером. Ариана и Трентон прибыли в Тайрхем около полуночи. Они привезли с собой Александра. Они очень обеспокоены.
— Еще бы! — воскликнула Николь. — Дастин, чем мы можем помочь?
— Спасибо. Сейчас Александр в надежных руках, — глухо произнес он. — Несколько дней назад я нанял детектива, он сопровождал меня в Ньюмаркет, а теперь вот сторожит Александра.
— Почему ты ничего не сказал? — спросила Николь и тут же сама ответила на свой вопрос: — Потому что ты сам подвергался опасности. Потому что мы втянули тебя во все это.
— Ники права, милорд, — согласился с дочерью Олдридж. — И я тоже хорош: позволил вам ехать одному! Но вы — взрослый человек, а ребенок — совсем другое дело. Я не могу допустить, чтобы из-за меня подвергался опасности ваш племянник.
— Вы тут ни при чем, — перебил Дастин. — Единственный способ обеспечить благополучие Александра и обезопасить ваши жизни — разоблачить этих мерзавцев. Олдридж, я не только ценю ваше благородство, но и рассчитываю на него. Но
— О, милорд! — многозначительно произнес Ник. — Что толку говорить о чьем-то благородстве, когда у нас перед глазами ваш пример?
— М-гм… — неопределенно промычал Дастин. Он почувствовал укол совести, но твердо решил отложить разговор о Николь до лучших времен.
— У герцога, должно быть, накопилось к тебе немало вопросов, — пробормотала Николь.
— Да. И я ответил на большинство из них. Я сказал, что Стоддард — протеже Олдриджа и приехал вместо него. Но я не сказал Тренту, где прячется Ник Олдридж и почему я лично заинтересован… — Дастин замолчал. — Кого я защищаю и почему, — добавил он неловко. — Ответить на эти вопросы я смогу только с вашего разрешения.
— Вот почему ты здесь, — тихо сказала Николь.
— Да, Дерби. Именно поэтому я и пришел, — вздохнул Дастин. — Я не имею права скрывать от Трента и Арианы суть происходящего. Нет нужды говорить, что они в высшей степени благородные люди и заслуживают всяческого доверия. Я, не колеблясь, доверил бы им свою жизнь. Это все, что я могу сказать. Решение за вами.
Ответ Николь не заставил себя ждать. Он прозвучал одновременно с утвердительным кивком Ника:
— Расскажи им все.
У Дастина словно гора с плеч свалилась. Он схватил руку Николь и прижал к своим губам.
— Спасибо, дорогая. Спасибо и вам, Олдридж. Теперь мы сможем объединить наши усилия.
Николь напряглась всем телом.
— Я не хочу, чтобы ты пострадал, — тревожно сказала она.
— Не беспокойся, Дерби, — улыбнулся Дастин. — По крайней мере, по этому поводу. У тебя есть другой повод беспокоиться.
— Что такое? — насторожился Ник.
— Сегодня в Эпсоме я попытаюсь обставить Николь, — объяснил Дастин. — Правда, она пообещала, что обойдет меня как минимум на пять корпусов.
— Какая наглость! — усмехнулся Ник.
— Может, и наглость, — сверкнула глазами Николь, закатывая рукава рубашки. — Дайте мне пятнадцать минут, чтобы выпить кофе и перекусить. К шести я буду в полной боевой готовности. — И перейдя на серьезный тон, добавила: — Если я что-нибудь могу сделать для твоих родных…
— Ты уже сделала. — Дастин сжал руки Николь, потом неохотно их выпустил. — Через четверть часа. Дерби, я буду тебя ждать.
Но Дастина на месте не оказалось.
Николь минут десять ходила вокруг конюшен, оглядываясь по сторонам, и вскоре ею начало овладевать беспокойство.
— Успокойтесь, Стоддард, — раздраженно сказал Брекли, взнуздывая Попону, стройную породистую кобылу, купленную совсем недавно. — Маркиз человек занятой. Он знает, где мы. Придет.
— Он сказал, что будет здесь в шесть часов.