Обреченные
Шрифт:
Люс пришлось опереться на стол, чтобы устоять на ногах. Помимо Кэма, остальные ангелы были безоружны. А она уже видела, на что способны эти стрелы.
— Люс, стой! — крикнул ей вслед Майлз, но она уже выскочила за дверь.
Даже в темноте Люс разглядела, что все изгои выглядят равно невыразительно. Здесь собралось столько же девушек, сколько и парней, все бледные и облаченные в одинаковые коричневые плащи, с коротко остриженными светлыми волосами у юношей и туго стянутыми почти белыми хвостиками у девиц. Крылья изгоев, выгибающиеся за их спинами, выглядели просто ужасно: изорванные, обтрепанные,
Когда Дэниел заметил, что она стоит на террасе вместе с остальными, он развернулся и схватил ее за руки. Его безупречное лицо исказилось от страха.
— Я же просил тебя оставаться внутри.
— Нет, — прошептала она. — Я не буду сидеть взаперти, пока все остальные сражаются. Я просто не могу больше смотреть, как люди вокруг меня умирают без причины.
— Без причины? Давай поспорим об этом в другой раз, Люс.
Он не переставал оглядываться на темный строй изгоев у ограды.
Девочка стиснула кулаки.
— Дэниел…
— Твоя жизнь слишком драгоценна, чтобы потратить ее из-за вспышки гнева. Ступай внутрь. Сейчас же.
Громкий визг раздался посреди двора. Передняя линия из десяти изгоев вскинула луки и спустила тетивы. Люс взглянула вверх и едва успела заметить, как что-то — кто-то — срывается с крыши.
Молли.
Она ринулась вниз — темный сгусток, вооруженный парой садовых граблей и раскручивающий их в воздухе.
Изгои услышали, но не могли увидеть, что она приближается. Грабли Молли завертелись, срезая стрелы в воздухе, словно колосья в поле. Она приземлилась на черные армейские ботинки, а серебряные стрелы с тупыми наконечниками застучали и раскатились по земле, с виду безвредные, словно прутики. Но Люс знала, что это не так.
— Теперь пощады не ждите! — взревел Фил с другой стороны двора.
— Отправьте ее внутрь и соберите стрелы! — крикнул Дэниелу Кэм, забравшись на перила террасы и нацелив собственный серебряный лук.
Одну за другой он быстро отправил в полет три полосы света. Изгои дрогнули, когда трое из их рядов исчезли, оставив после себя облачко пыли.
С быстротой молнии Арриана и Роланд метнулись по двору, крыльями взметая с земли стрелы.
Второй ряд изгоев приближался, готовя новый залп. Когда они собрались стрелять, Гэбби вспрыгнула на перила террасы.
— Хмм, посмотрим.
Со свирепым блеском в глазах она указала кончиком правого крыла на землю под изгоями.
Газон содрогнулся, а затем в земле распахнулась ровная щель — длиной во весь задний двор и шириной в пару футов.
По меньшей мере два десятка изгоев рухнули в черную бездну.
С глухими, унылыми криками они летели вниз. Бог знает куда. Изгои из следующего ряда заскользили, остановившись перед самым жутким провалом, созданным Гэбби. Их головы крутились то влево, то вправо, как будто они пытались своими слепыми глазами разобрать, что происходит. Еще несколько изгоев зашатались на
Гэбби с предельным изяществом убрала пушистое крыло обратно за спину и утерла лоб.
— Что ж, это должно помочь.
Но затем новый яркий ливень серебряных игл обрушился с неба. Одна из них стукнула о верхнюю ступеньку террасы, у самых ног Люс. Дэниел подхватил стрелу, размахнулся и резко метнул ее, словно смертоносный дротик, прямо в лоб приближающемуся изгою.
Последовала вспышка света, словно от фотокамеры, и белоглазый парень, даже не успев вскрикнуть, исчез на месте.
Дэниел окинул Люс взглядом и обхлопал ладонями, как будто не верил, что она все еще жива.
Сбоку от нее шумно сглотнула Келли.
— Он только что… Этот парень что, на самом деле…
— Да, — подтвердила Люс.
— Не поступай так, Люс, — попросил Дэниел. — Не вынуждай меня затаскивать тебя в дом. Я должен сражаться. А ты должна убраться отсюда. Сейчас же.
Девочка видела уже достаточно, так что не стала спорить. Она повернулась обратно к дому, потянулась к Келли — но затем, через распахнутую кухонную дверь, заметила краем глаза изгоев.
Троих. Забравшихся к ней в дом. Нацеливших серебряные стрелы.
— Нет! — взревел Дэниел, метнувшись, чтобы заслонить собой Люс.
Шелби вынырнула из кухни на террасу и захлопнула за собой дверь.
Стрелы отчетливо трижды стукнули по другой ее стороне.
— Эй, да она реабилитировалась! — крикнул с газона Кэм, коротко мотнув головой в сторону Шелби, и впечатал стрелу в голову девочки-изгоя.
— Ладно, новый план, — проворчал Дэниел. — Найдите себе поблизости какое-нибудь укрытие. Все вы, — добавил он, обращаясь к Келли, Шелби и, впервые за весь вечер, Майлзу, а затем опять схватил Люс за руки, — Держись подальше от звездных стрел, — взмолился он, — Обещай мне.
Он торопливо поцеловал ее, а затем жестом велел им всем выбираться отсюда вдоль задней стены террасы.
Сияние от крыльев стольких ангелов было невыносимо ярким, так что Люс, Келли, Шелби и Майлзу приходилось заслонять глаза руками. Тени от перил танцевали перед их глазами. Они пригнулись и прокрались по террасе, и Люс указала им на боковой двор. К укрытию. Должно же там найтись какое-нибудь.
Новые изгои выступили из теней. Они появлялись в высоких кронах отдаленных деревьев, легким шагом выходили из-за приподнятых садовых клумб и изъеденных термитами старых качелей, на которых в детстве качалась Люс. Их серебряные луки мерцали в лунном свете.
Кэм единственный из их противников был вооружен. Он не останавливался даже подсчитать, скольких изгоев успел подстрелить. Только отправлял в полет стрелу за стрелой, со смертоносной точностью прямо в сердца врагов. Но на каждого исчезнувшего, казалось, приходился один появившийся.
Когда у него закончились стрелы, демон выдернул из земли деревянный уличный стол и одной рукой поднял его перед собой, словно щит. Залп за залпом стрелы отскакивали от столешницы и сыпались наземь к его ногам. Он только нагибался, подбирал и стрелял; нагибался, подбирал и стрелял.