Обрести себя

Лэнгтон Джоанна

Наклонившись, она выдвинула нижний ящик стола, извлекла оттуда портативную пишущую машинку и поставила перед Кэсси.

– Работайте здесь. Остальные машинки заняты.

Напечатав с большим трудом несколько страниц, Кэсси протянула их начальнице. От непривычки у нее разболелась голова и стали слезиться глаза. Донна Стоунер начала читать и тут же брезгливо поморщилась, найдя ошибку.

– От вашей четкости и грамотности зависит работа многих сотрудников, – заявила она красной как рак Кэсси. – Полагаю, сейчас вам нужно пройти в комнату

для отдыха и хорошенько обо всем подумать.

Опустив глаза, Кэсси выскочила из кабинета и поспешила в дамскую комнату. Умывшись холодной водой, она долго стояла перед зеркалом, всматриваясь в свое напряженное и бледное лицо. Дверь открылась, и к Кэсси приблизилась рыжеволосая улыбающаяся девушка.

– Меня зовут Трейси. Трейси Гордон. Я случайно все слышала. Не относись так серьезно к словам миссис Стоунер, – посоветовала она. – От ошибок и недоразумений никто не застрахован. Кроме того, она никак не может смириться с тем, что ты попала на работу не так, как все.

У Кэсси округлились глаза.

– Извини, но я тебя не понимаю. Трейси пожала плечами.

– Я точно не знаю, но прошел слух, что за тебя замолвил словечко какой-то влиятельный человек. Если бы не он, ты бы отправилась искать работу в другом месте.

– Но это неправда! Я посылала резюме, проходила собеседование! – воскликнула Кэсси, чувствуя, что вот-вот расплачется от обиды. – Произошла какая-то ошибка!

– Ну, значит, ты просто приглянулась нашему боссу, не иначе, – с лукавой улыбкой заметила Трейси.

– А кто наш босс? – спросила Кэсси, чувствуя, что не в состоянии больше продолжать разговор.

– Как кто? Федерико Эрнандес, – удивленно ответила Трейси. – Просто поразительно: ты работаешь в его компании и до сих пор ничего не слышала о нем!

– Федерико Эрнандес?! – не веря своим ушам, переспросила Кэсси, но ее новая знакомая уже успела исчезнуть.

Сжав кулаки, она выскочила из дамской комнаты и кинулась к стоящему в холле телефону. Тяжело дыша, она набрала номер Федерико.

Услышав знакомый голос, Кэсси вздрогнула и, справившись с внутренней дрожью, спросила:

– Так, значит, я работаю на тебя?

– Конечно. Тебе давно следовало бы об этом догадаться, – небрежно протянул он.

– Выходит, именно ты помог мне получить это место? – продолжала допытываться Кэсси.

– Почему бы и нет? Надо смотреть правде в глаза: ты бы никуда не устроилась без чьей-то протекции. – Федерико явно дразнил ее, и Кэсси пришла в ярость.

– Спасибо, – язвительно ответила она. – Спасибо, что отнесся ко мне как к полной идиотке, даже не удосужившись сообщить, что это твоя компания. Спасибо, что сейчас обо мне ходят невесть какие слухи.

– Что-нибудь еще? – сдержанно поинтересовался Федерико, никак не реагируя на ее выпад.

– Да, я нуждалась в работе, но тебе следовало быть откровенным со мной. А твои жалость и помощь мне совершенно не нужны!

Федерико на другом конце провода улыбнулся.

– Поверь, Кэсси, мне самому неприятно,

что пришлось пойти на обман. Это не в моем характере. Но я решился на это, только чтобы помочь тебе. В восемь я позвоню тебе. Мы где-нибудь поужинаем, там и поговорим. А на сплетни не обращай внимания. Здесь всегда о ком-нибудь судачат. – «Кроме того, тебе ведь не привыкать к этому», – вертелось у него на языке, но он вовремя сдержался.

– Я не желаю тебя видеть!

– Не слышу.

– Я не желаю встречаться с тобой! – Кэсси почти кричала. – Ты, конечно, считаешь себя очень умным и благородным. Но если тебе наплевать на мои чувства, тогда между нами не может быть ничего общего. Слышишь, ничего!

– Как угодно, – спокойно ответил Федерико и положил трубку.

Вернувшись в свою прекрасно отремонтированную квартирку, Кэсси устало опустилась в кресло, чувствуя себя измученной и опустошенной. Конечно, в трудную минуту Федерико помог ей. Но он ошибался, если считал, что найденный им выход из положения так уж безупречен. Кэсси не могла отделаться от ощущения, что вновь оказалась игрушкой в чьих-то руках. И при этом ее мучила мысль: правильно ли она поступила, пойдя на поводу у своих эмоций? Неужели между ними все кончено и она больше никогда не увидит его?..

Когда чуть позже позвонил отец и пригласил поужинать, Кэсси поспешно согласилась, стараясь, чтобы ее голос звучал бодро. Несмотря ни на что, она очень скучала по нему и по дому. В ресторане Эдвард стал рассказывать, что Элиза постоянно устраивает истерики и по никому не ясным причинам требует немедленно рассчитать экономку миссис Дорн. Но ему это сделать чрезвычайно сложно, ведь он так привык к ней за последние десять лет. Может быть, Кэсси попытается уговорить Элизу изменить свое решение?..

– Нет, хватит. Это меня теперь не касается, – решительно отказалась она, удивляясь, чем могла миссис Дорн так досадить ее сестре.

– Ну что ж, – вздохнул Эдвард, – понимаю. Но видишь ли, девочка, мне порой кажется, что я совсем не знаю тебя, мою дочь.

Этот вечер Федерико намеревался провести в компании коллег. Но, наскоро обсудив дела, он извинился и в отвратительном настроении покинул ресторан. Разговор с Кэсси не давал ему покоя, и, кроме того, он чувствовал раздражение и беспричинное беспокойство. Решив сегодня непременно переговорить с ней, он приказал шоферу остановиться неподалеку от дома Кэсси.

Выйдя из машины, Федерико с минуту постоял, обдумывая предстоящий разговор, как вдруг увидел, что с другой стороны к дому подъехал серебристый «порше». Дверца открылась, и Кэсси, в белом брючном костюме, счастливая и улыбающаяся, выпорхнула из автомобиля. Следом за ней вышел высокий, стройный, седовласый мужчина. Он обнял ее и крепко прижал к груди.

– Я так горжусь тобой, милая, – сказал Эдвард Ллойд со слезами на глазах, нехотя отпуская дочь. – Теперь я понимаю, как был несправедлив к тебе. Но…