Шрифт:
ОЧАРОВАННАЯ
ПАРА ПАУКА № 2
ТИФФАНИ РОБЕРТС
Переводчик — Olla
Вычитка — Mary
Редактура — Olla
Обложка 2020 года Сэма Гриффина.
Всем
Сэму Гриффину, нашему талантливому художнику, мы любим и ценим тебя больше, чем ты думаешь.
ГЛАВА 1
— Королевский хан’ул Коготь королевы мертв, — прохрипел Кетан на языке вриксков. — Клянусь Восемью, что я навлек на нас?
Айви прижала древко копья к груди. Тьма сгущалась вокруг нее, становясь глубже и зловеще из-за кроваво-красного света в коридоре, и она поймала себя на том, что борется с иррациональной уверенностью, что она поглотит ее.
Ее грудь сдавило, учащенное дыхание причиняло боль, а стук сердца эхом отдавался в ушах. Страх и адреналин горечью ощущались на языке.
Пожалуйста, не дай ему пострадать.
Сделав медленный, прерывистый вдох, она положила копье на пол и направилась к Кетану. Зловоние протухшей воды усилилось, когда она приблизилась к неровному обрыву, за которым пол шел под уклон. Невозможно было отличить кровь от черной воды, растекшейся по полу. К счастью, мрак сделал тело врикса, лежащее под Кетаном, достаточно нечетким, чтобы Айви могла не зацикливаться на каких-либо деталях.
Из груди Кетана вырвалось натужное рычание. Это рычание завершилось потоком отрывистых слов на его языке, произнесенных слишком быстро и свирепо, чтобы Айви могла что-либо разобрать.
Кетан наступил двумя ногами на мертвого врикса, схватил копье и вырвал его из спины трупа. Не было смысла притворяться, что брызнувшая темная жидкость, была чем угодно, только не кровью. Айви ахнула и отшатнулась, когда брызги долетели к ее ногам.
Кетан резко тряхнул копье, и капли крови разлетелись по сторонам. Звуки, с которыми маленькие кусочки плоти падали в воду, были тошнотворно обыденными.
— Ты ему не достанешься, — сказал Кетан. — Я не достанусь ей.
Айви с трудом сглотнула и подняла руку, чтобы коснуться руки Кетана.
— Кетан?
На мгновение он напрягся; эта тишина не предвещала того, что последует дальше. Она лишь смутно осознала звук падающего копья Кетана, когда он развернулся, подхватил Айви на руки и притянул к себе в сокрушительных объятиях. Айви обвила его руками и ногами, как будто это была самая естественная вещь в мире, как будто она делала это миллион раз за тысячу жизней.
Ни один из неприятных запахов в воздухе теперь не имел значения. Когда Айви вдохнула, ее легкие наполнились пряным
Одной рукой он погладил ее по волосам, приглаживая их, а сам зарылся лицом между ее плечом и шеей. После резкого выдоха, который согрел ее плечо и отбросил пряди волос назад, Кетан сделала прерывистый, отчаянный вдох. Он обхватил ее передними ногами и провел ими по тыльной стороне ее бедер.
Схватив ее за волосы, он потянул их назад, приподняв ее подбородок и усилив объятия.
— И ты никогда не достанешься ей, — прохрипел он ей в горло.
— Никто не заберет меня, — Айви закрыла глаза. — Я твоя, Кетан. Я ничья больше, только твоя.
Он вздрогнул, и по ее телу прошла дрожь. Айви знала, что она была тем, что держало Кетана вместе, всем, что сохраняло его спокойствие. Запустив пальцы в его волосы, она обнимала его, находя утешение в его близости, в том, как он гладил ее волосы, ее спину, ее тело. Она страстно желала избавиться от всего, от всего, кроме него, но реальность оставалась той же, как когда она впервые проснулась в этом чужом мире несколько недель назад.
Она поднялась на борт Соминиума , чтобы сбежать от своего прошлого. От настоящего ей никуда не деться.
— Ты ранен? — спросила она.
— Нет.
В это простое слово было вплетено больше слоев, чем Айви могла разгадать, но она, по крайней мере, знала, что он говорит правду.
— Кем он был, Кетан?
Его хватка на ней немного усилилась, когда новое рычание вырвалось из его груди.
— Дуракс. Он принадлежал королеве. Он был ее Когтем Хан'ул. Ее охотник.
— И он хотел отвести тебя к ней?
Кетан утвердительно хмыкнул. Звук был прерван низким гулом, горькой ноткой, намеком на то, что он еще чего-то не сказал — или еще не был готов сказать.
— Мы должны идти, Айви.
Он выпрямился и поднял голову, на мгновение посмотрел ей в глаза, прежде чем окинуть ее взглядом. Его жвалы дернулись. Они блестели в адском красном свете, и Айви не сомневалась, чем они были покрыты.
Она не сомневалась в том, чем она теперь была покрыта.
С очередным разочарованным рыком Кетан бросил последний взгляд на павшего врикса, убрал руку с Айви, чтобы забрать копья, и отнес ее в стазисную комнату, через которую они вошли на корабль.
Он поставил ее на ноги, хотя и не убрал от нее рук.
Айви так же неохотно отпускала его. Внутри нее бушевал эмоциональный водоворот. Она так много увидела, сделала и почувствовала сегодня, что казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как она проснулась в объятиях Кетана тем утром. Часть ее стремилась к оцепенению; смерть, горе и мимолетный привкус надежды были слишком сильны.
Но оцепенение — это «все или ничего», и она не хотела даже немного притуплять свои чувства к Кетану. Ее связь с ним была единственным, что поддерживало ее.